Помещением давно не пользовались, в нем хранился различный хлам. Шарль попытался открыть дверь, та натужно заскрипела в ответ. Барон окинул придирчивым взором помещение: кругом царили грязь и разруха. Он решил, что для временного содержания Жанны здесь самое подходящее место. По крайней мере, сюда можно попасть незамеченным по переходу, а грязь и хлам уберут солдаты.
Оруженосцем Кастельмар решил заняться позже. В конце концов, он не принадлежит королевской семье и может содержаться где угодно.
Капитан привлек к хозяйственным работам двух молодых наемников из своего бриганда. Люди томились от безделья и были рады хоть какому-то занятию. В течение дня они вытащили из каморки весь хлам и сожгли его во внутреннем дворе, затем занесли кровать, стол, два табурета и свежий чистый соломенный тюфяк. Помещение приняло жилой вид.
Кастельмар отправился на склад и выбрал чистое платье для Жанны. Оставалась последняя сложная задача – раздобыть большую бочку и организовать купание Жанны. Бочку нашли через час, недавно торговец привозил вино, и теперь она стараниями наемников была полностью опустошена.
Оставался нерешенным еще один щекотливый вопрос. И посему капитан направился к маркитанткам. Он предпочитал обжаться с Виолет. Женщина была чистоплотной и весьма рассудительной, и чем-то напоминала ему Аделину.
– Виолет, мне нужна твоя помощь, – тотчас сообщил Шарль, обхватив Виолет за талию.
– Все, что хотите дорогой, капитан. Разве вам в чем-нибудь отказывала? – проговорила маркитантка томным голосом.
– Нет, Виолет, сейчас я не об этом… Будь добра, помоги искупаться нашей пленнице. Она дурно пахнет. Поверь, крестьянки в поле и то гораздо чище.
– Капитан, неужели вы обнюхивали ведьму на близком расстоянии?! – искренне удивилась маркитантка.
– Да, нет же, Виолет. Я зашел в ее камеру и чуть не задохнулся от смрада!
– Хорошо, я искупаю ведьму, при условии, что вы навестите меня вечером и останетесь до рассвета… – Виолет томным взором посмотрела на красавца капитана.
…Вскоре Жанну перевели в новое помещение, искупали и переодели в чистое платье. Кастельмар был удовлетворен, часть обещания, данного Сконци, он выполнил. Вечером же, он направился к Виолет, дабы насладиться ее прелестями.
После страстных любовных излияний Виолет прильнула к капитану, нежно скользя рукой по его левому плечу. Вдруг, она встрепенулась, вспомнив нечто важное:
– Шарль, я совсем забыла вам сказать! Сегодня, когда я помогала ведьме купаться, то увидела у нее на плече точно такое же родимое пятно, как у вас.
Для капитана это известие стало полной неожиданностью. Он прекрасно помнил слова цыганки Женэ об истинном смысле этого пятна. Значит, и баронесса д’Арк де Дешан отмечена таким же знаком? А может быть их встреча предначертана судьбой?! Мысли начали путаться…
– Что с вами, Шарль? Мои слова расстроили вас?
– Да, нет, Виолет, все в порядке… А ты уверена, что родимое пятно у крестьянки точно такое же?
Виолет пожала плечами.
– Не уверена… Но очень похоже…
Шарль понимал, что попал в щекотливое положение. Не хватало только, чтобы по крепости поползли слухи, что у него и ведьмы одинаковые родимые пятна на теле, так и до инквизиции недалеко!
– Виолет, я прошу тебя никому не говорить об этом. Иначе меня могут обвинить в связи с ведьмой, и отдать вместе с ней инквизиторам. А тебя привлекут как основного свидетеля.
При упоминании об инквизиции, Виолет не на шутку испугалась.
– О, Шарль! Я ничего никому не скажу, можете не сомневаться. Ну, мало ли у кого какие пятна на теле…
Капитан не мог заснуть, его мучили тягостные размышления: «Почему именно я пленил Жанну? Да еще и сестру короля?! А в Компьене я отдал ей свой Каролинг… И меч вернулся ко мне… Кто бы мог подумать?! Теперь эта подмена… Как все пройдет?..»
Он заснул только под утро.
На следующий день де Кастельмар был полон решимости навестить Жанну, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. В глубине души капитан понимал, что истинная цель его посещения – родимое пятно, которое он желал увидеть собственными глазами. Он еще не знал, как принудить Жанну обнажить плечо.
Капитан открыл дверь ключом. Жанна сидела за столом, сложив руки «замком», и, по всей видимости, молилась.
Капитан не стал отвлекать ее от важного дела и решил подождать, присев на маленький деревянный табурет около двери. К своему вящему удивлению, он заметил, что Жанна чрезвычайно хороша собой. После того, как девушку привели в порядок, ее волосы приняли дивный каштановый оттенок и завивались крупными локонами.
Шарль попытался представить, как будет выглядеть Жанна с модной прической в женском платье – картинка получилась весьма соблазнительная. Он взглянул на нее совершенно по иному, будто увидел впервые. Тогда, в Труа, она показалась ему чрезмерно надменной и уверенной в себе, облаченная в рыцарские латы, восседая на вороном жеребце. Теперь же она больше напоминала девушку, попавшую по воле судьбы в трудное положение и пытавшуюся сохранить достоинство в плену среди мужчин.
Жанна закончила молитву и посмотрела на Шарля.
– Благодарю вас, капитан, за предоставленные мне условия.
Шарль несколько замешкался, не зная, как начать столь деликатный разговор.
– Я отдал распоряжение, чтобы вас нормально кормили. Постараюсь посещать вас, как можно чаще… И прошу: не стесняйтесь высказывать свои пожелания. И по возможности, я максимально их удовлетворю.
Жанна кивнула в знак согласия. Капитан набрался смелости и продолжил:
– Мадемуазель Жанна, осмелюсь поговорить с вами о весьма щекотливом обстоятельстве. Вчера женщина по имени Виолет помогала вам искупаться… И обнаружила у вас на плече родимое пятно в виде восьмиконечной звезды. Я хотел бы знать, действительно ли у вас имеется названное пятно, или отнести это к фантазиям маркитантки Виолет.
Жанна удивленно посмотрела на капитана и ответила не сразу.
– Пятно, о котором вы говорите, действительно есть. Но, я не понимаю, капитан, что в нем предосудительного?
– Прошу вас, Жанна, покажите мне ваше плечо.
Баронесса совершенно растерялась, ее глаза округлились.
– Зачем? Отчего обычное родимое пятно вызвало у вас столь бурный интерес? Насколько я помню, оно у меня с рождения…
Капитан старался быть максимально спокойным и вновь повторил:
– Прошу вас, Жанна, покажите плечо. Поверьте мне, это слишком важно.
Жанна расстегнула одежду и обнажила левое плечо. Знак восьмиконечной звезды красовался на том же месте, что и у Шарля, и был в точности такой же. Он опустился на табурет в полном недоумении.
