идти.
Наконец, колонны расступились и нам открылась большая площадка. А впереди на застывшей кристаллической волне возвышался помост, на котором стоял тоже кристаллический трон. Если кристаллы заменить на мечи, то будет очень похоже на трон из сериала «Игра престолов».
Демон, сидящий на троне, был огромен! На его голове было столько шипов, что голова казалась непропорционально большой. И было странно, как он удерживает её. Наверняка шея постоянно болит.
Да, тяжела ты, шапка Мономаха! Причём, в самом прямом смысле этого слова. И не важно, что на голове демона не было ни шапки, ни короны. Шипы говорили сами за себя.
Демоница прошла в центр площадки и остановилась, дожидаясь, пока мы подойдём к ней. Потом, изящно поведя рукой, приложила её к груди и, отступив на шаг, поклонилась.
Я тоже поклонился. Без всяких этих реверансов. Просто выразил почтение правителю. Он и так возвышался над нами, вынуждая почувствовать себя ничтожным существом. Так что, простого поклона вполне хватит.
Парни и Найдвар тоже поклонились. И тоже без расшаркиваний.
Что касается Мони, он с интересом рассматривал тут всё — и правителя, и колонны, и помост. Все шесть его глаз бегали туда-сюда, ему даже башкой крутить не нужно было.
Правитель сидел на своём троне и с интересом рассматривал нас. И молчал.
Мы тоже молчали. И тоже смотрели на него.
Мне было интересно, что вот он, живой! И почему татуированный демон сказал, что правитель умер? В чём причина тех слов? И ведь татуированный верил в то, что говорил! Это сразу было видно.
Молчание длилось некоторое время.
Наконец, демоница снова поклонилась и произнесла:
— Ваше величество…
— Оставь нас! — оборвал её правитель.
— Но… — начала было она.
— Оставь! — жёстко произнёс правитель.
Уулын Цэцэг поклонилась и попятилась.
Она так и двигалась спиной до края площадки. И даже ни разу не запнулась! А потом развернулась и скрылась между колон.
Через какое-то время правитель произнёс громко и с усмешкой:
— Уулын Цэцэг! Не заставляй меня повторять!
Раздался стук закрываемой двери, и между колон пронёсся лёгкий порыв воздуха, словно кто-то выдохнул.
— Теперь нам никто не помешает, — сказал правитель. — Можете говорить.
Я не знал, как обращаться к правителю. И эта… Цэцэг… не проинструктировала нас по поводу того, что тут принято, а что нет. Решил просто повторить то, как к правителю обратилась демоница:
— Ваше величество, — сказал я. — Мы пришли, чтобы закрыть щель между мирами.
— Вот как? — усмехнулся правитель. — И как вы это сделаете?
— Пока не знаю, — честно признался я.
— Очень интересно! — оживился правитель, как будто я предложил офигеть какой захватывающий план. — И вы знаете где расположена щель?
— Нет, — ответил я. — Мы надеялись, что вы нам поможете в этом.
— Надо же! — восхитился правитель.
Я смотрел на него и думал: он что, издевается что ли? По всему выходило, что издевается.
* * *
Авторская рубрика «Всё для лайков, всё для комментов»
Два солдата разговаривают:
— Давай над майором приколимся…
— Спасибо, над деканом уже прикололись.
Глава 23
— Вы в таком составе пришли в столицу страны Ледяных Гор, спустились сюда, в часовню и заявляете мне, что хотите закрыть щель между мирами? Вы в своём уме? Видимо всё-таки порастеряли по дороге. А может, у вас и сразу не было?.. — продолжал надсмехаться правитель.
И я вспомнил слова профессора Тору. Он говорил, что на переговоры демоны не идут, просто уничтожают всё, до чего могут дотянуться.
Что-то в последнее время я слишком часто вспоминаю профессора. И если в том, что касается красоты города, он прав, то вот насчёт переговоров — фиг его знает! Мы шли в одном отряде с демонами, и они не задумываясь умирали, защищая нас. Если б не это, я бы сейчас не стоял и не слушал правителя, его насмешки и подколки.
Постепенно у меня зрел вопрос: а это точно правитель? Тот самый, который отправил демонов за мной, и потом отправил отряд шишкастого нам на помощь?
И чем больше я слушал правителя, тем сильнее росла уверенность, что царь-то не настоящий! Этот демон ничего не знал о нашем отряде. Наше появление в Нийслэле было для него полной неожиданностью.
А значит, нужно найти настоящего правителя. Ну или того, кто отправил демонов за мной.
Как это сделать, я не знал. Как и не знал, у кого спросить совета, к кому обратиться.
Хотя… Есть тут один…
«Аргх, — позвал я демона, глядя на то, как правитель откровенно смеётся над нами. — Что происходит?»
«Ты привёл меня сюда, в эту часовню, и это главное! В этом и была цель! — ответил демон. — Остальное для тебя не имеет значения! Потому что…»
Закончить фразу Аргх не успел. Свет в колоннах резанул по глазам, а потом начал пульсировать. Частота пульсации была такой же, с какой сейчас билось моё сердце.
Правитель, казалось, не замечал этого. Продолжал покатываться со смеху на своём троне.
Шикиша и Найдвар стояли рядом со мной плечом к плечу, а Бориска внезапно, не обращая внимания на правителя, сел и молча открыл свою сумку. И вдруг начал доставать деревянные фигурки зверей. Доставать и раскидывать их вокруг нас.
Он делал это быстро и сосредоточенно.
У меня глаза на лоб полезли — я вообще не понимал, что происходит. Потому что правитель не обращал внимания ни на пульсацию света, ни на Борискины действия. Он продолжал хохотать, словно до него как до жирафа наконец-то дошёл анекдот, рассказанный накануне. Он как будто замер в той точке, когда я сказал, что хочу закрыть щель, но не знаю где она, и как с ней справиться.
Единственное, что помогало мне не свихнуться — это Моня. Он спокойно стоял передо мной. Его глаза по-прежнему бегали, осматривая всё вокруг. При этом он абсолютно не реагировал ни на пульсацию света, ни на правителя, как будто тот не сидел на троне перед нами.
Пульсация колонн усилилась, и я почувствовал, что и моё сердце забилось сильнее.
Найдвар и Шикиша побледнели и переглянулись. И оба рефлекторно приложили руки к груди. Но остались стоять рядом со мной, доверяя мне. И я не должен был их подвести!
Я понял, что и их сердца тоже попали в резонанс с пульсацией света и понеслись галопом.
Чёрт! Становилось опасно! Если частота сокращений усилится ещё, то наши сердца могут не выдержать — их просто разорвёт!
В этот момент Бориска встал и раскинув в стороны руки запел. Медленно, тягуче, во всю мощь своих лёгких.
Частота сокращений света и сердец диктовали ему один ритм, но он держал другой — свой. Более медленный.
Его голос поддерживал нас, давал точку опоры. Дарил надежду.
Цепляясь за мелодию
