Ну да. Вы меня извините за все эти вопросы. Он просто пришел мне на ум сегодня, как я сказал.
– Верно.
И Джейк почел за лучшее оставить эту тему.
– Ну, так или иначе, я хочу обсудить ваши рассказы. Они очень хороши, и у меня есть пара идей насчет дальнейшего развития. То есть, если вы не против услышать мои мнения.
Перселл был откровенно в восторге от такой перспективы. И следующие семьдесят пять минут Джейк старательно изображал преподавателя писательского мастерства. А кроме того, настоял на том, чтобы оплатить оба их заказа.
Глава двадцать первая
Плак-плак, как жалко
После того, как они попрощались на парковке, Джейк подождал у себя в машине, пока Мартин Перселл скроется в северном направлении (он возвращался в Берлингтон), потом подождал еще немного, на всякий пожарный, и поехал к «Таверне Паркера».
Съехав с шоссе 4, на полпути между Ратлендом и Западным Ратлендом, он различил неоновую вывеску: «ТАВЕРНА ПАРКЕРА ЕДА И ВЫПИВКА». А пониже еще одну, рукописную, также знакомую по статье в «Ратленд-геральд»: «Скидки 3–6». Парковка была запружена машинами, и Джейк несколько минут искал свободное место.
Он нечасто бывал в тавернах, но имел общее представление, как себя вести в таких местах. Войдя, он сел за стойку и взял «Курс»[60], затем достал телефон и немного полистал его, как нормальный человек. Он выбрал табурет, рядом с которым никто не сидел, но вскоре слева к нему подсел какой-то тип и кивнул Джейку.
– Здоров.
– Здоров.
– Поесть не хотите? – спросил бармен, заметив, что Джейк почти допил пиво.
– Нет, спасибо. Если только еще «Курс».
– Заметано.
Вошла компания женщин за тридцать, как показалось Джейку. Тип рядом с ним повернулся в их сторону и проследил, как они садятся за столик. Справа к Джейку подсела еще одна женщина. Он услышал, как она делает заказ. Затем она выругалась.
– Извините.
Джейк повернулся к ней. Женщина была примерно его возраста и весьма габаритной.
– Прошу прощения?
– Я сказала, извините. Ругнулась.
– О. Это ничего, – это было лучше, чем ничего, поскольку давало повод завязать разговор. – А почему вы ругнулись?
Женщина достала телефон. Джейк увидел на нем фотографию двух девочек неземной красоты, хихикавших щека к щеке. Затем выскочило кислотно-зеленое сообщение, закрыв девочкам лица. Сообщение было коротким: «Иди нахер».
– Ангелочки, – сказал Джейк, сделав вид, что не заметил сообщения.
– Ну, были ангелочками, когда снимались. Теперь в школу ходят. Но и на том, пожалуй, спасибо. Их старший брат ушел с десятого класса. Переехал в Трой, бог знает чем занимается.
Джейк не представлял, что ответить на это, но был рад знакомству с такой словоохотливой соседкой.
Ей подали выпивку, что-то явно тропическое, с долькой ананаса и бумажным зонтиком.
– Пасиб, соколик, – сказала женщина бармену.
И отпила полбокала одним глотком. Джейк подумал, что она себя не щадит. Набравшись смелости, соседка повернулась к нему и представилась.
– Я Салли.
– Джейк. А что вы такое пьете?
– Ой, это они мне мешают по особому рецепту. Тут мой зять заправляет.
«В яблочко», – подумал Джейк.
Он совершенно не ожидал такой удачи.
– Вашего зятя зовут Паркер?
Женщина взглянула на него с оскорбленным видом. У нее были длинные, подозрительно светлые волосы, причем такие тонкие, что просвечивал череп.
– Паркером звали того, прежнего владельца. Который умер.
– О, надо же как.
Она пожала плечами.
– Не самый мой любимый человек. Вырос здесь. Мы с ним оба.
Джейк не мог не задать Салли несколько вопросов, которых она очевидно ждала от него. Он выяснил, что Салли была родом из Нью-Гемпшира и переехала в Ратленд в детстве. Из двух ее сестер одна умерла. Салли растила ее детей.
– Должно быть, тяжело.
– Не-а. Лапочки. Но долбанутые. Спасибо мамаше.
Она подняла пустой бокал, отчасти в честь сестры, отчасти как сигнал бармену.
– Значит, вы росли с бывшим владельцем этого заведения?
– Эван Паркер его звали. На пару годков старше меня. Встречался с моей сестрой.
Джейк постарался не подпрыгнуть от восторга.
– Правда? Мир тесен.
– Ратленд уж точно. С кем он только не встречался. Если «встречался» уместное слово. Я даже думаю, не он ли заделал мою племяшку, если уж на то пошло. Хотя меня это не колышет.
– Что ж, тут…
– Тут у него логово было, за баром, – Салли подняла полупустой бокал и указала в дальний конец зала. – Всех знал, кто заходил.
– Что ж, владелец бара должен уметь общаться. Часть работы – выслушивать чужие проблемы.
Салли усмехнулась ему, но усмешка вышла невеселой.
– Эван Паркер? Чтобы выслушивал чьи-то проблемы? Эван Паркер срал на чужие проблемы.
– В самом деле?
– В самом деле, – передразнила его Салли.
Джейк отметил, что она слегка захмелела. Ему пришло на ум, что этот тропический коктейль – не первый алкоголь у нее за вечер.
– Ага, в самом деле. А вам-то, собственно, что?
– О. Просто, я сейчас ужинал со старым другом. Мы оба писатели. И друг сказал, что парень, владевший этим баром, тоже был писателем. Он писал роман.
Салли откинула голову и захохотала. От ее хохота пара человек прекратили говорить и повернулись в ее сторону.
– Чтобы этот говнюк мог роман написать, – сказала она, отсмеявшись и покачивая головой.
– Вы, похоже, удивлены.
– Ладно вам, этот малый, наверно, в жизни не прочел романа. Он и в колледж-то не ходил. Ну, разве только в Общественный колледж, – она налегла на стойку и всмотрелась в дальний конец. – Эй, Джерри, – завопила она, – Паркер ходил в колледж?
Грузный мужчина с темной бородой отвлекся от своего разговора.
– Эван Паркер? В Общественный, думаю, – крикнул он.
– Это ваш зять?
Салли кивнула.
– Ну, может, прошел писательские курсы или что-то такое и решил попробовать. Каждый может быть писателем, вы же знаете.
– А то. Я сама пишу «Гроздья гнева». А вы?
Джейк рассмеялся; ее слова прозвучали как: «Я шама пишу „Гвозди гнева“». Салли пьянела на глазах.
– Я точно не пишу «Гроздья гнева», – сказал он и добавил: – Если он писал роман, хотел бы я знать, о чем.
– О девках, надо думать. Как лазил к ним в спальни по ночам.
Салли прикрыла глаза.
Джейк решил попытать удачу еще раз, пока она не опьянела окончательно.
– Наверно, вы знали его семью, если выросли вместе?
Салли хмуро кивнула.
– Угу. Родители умерли. Мы в школе учились.
– Оба умерли? – спросил Джейк, словно не знал.
– Вместе. В доме. Погодите, – Салли снова налегла на стойку. – Эй, Джерри? – завопила она.
Зять посмотрел на нее с другого конца стойки.
– Родители Эвана Паркера. Они же умерли?
Джейк, вовсе не хотевший оповещать всех и каждого о своем интересе к Паркеру, с облегчением
