Рейф быстро собирал их вещи. Земля все еще была слишком промерзшей, и он не мог похоронить Трэйгерна, поэтому тело оставалось в хижине. Энни ни за что бы не вошла туда снова.
Рейф обдумывал свои дальнейшие действия. Некоторое время ему не придется пополнять запасы еды: у него оказалось оружие и припасы Трэйгерна, его собственная лошадь хорошо отдохнула. Ему нужно отвезти Энни обратно.в Серебряную Гору, потом он поедет на юг, пересечет пустыню Аризоны и направится в Мексику. Это не остановит преследователей, но, по крайней мере, собьет Этуотера со следа.
Энни... нет, он не может позволить себе думать о ней. Он с самого начала знал, что им недолго быть вместе. Он вернет ее домой, к ее работе, и пусть она продолжает жить дальше.
Но Рейф беспокоился об Энни. Она не произнесла ни слова с того момента, как Трэйгерн умер. Ее лицо было белым и застывшим, глаза огромными и черными. Он вспомнил, как в первый раз убил человека, давно, во время войны: его рвало, пока не заболели горло и мышцы живота. Энни не стошнило. Он бы чувствовал себя лучше, если бы ее вырвало.
Оседлав коней, Рейф подошел к ней, присел на корточки, взял ее холодные руки в свои и стал растирать, чтобы согреть их своим теплом.
– Нам нужно ехать, детка. Мы сможем выбраться отсюда до заката, и ты сегодня ночью уже будешь спать в своей постели.
Энни взглянула на него так, будто он сошел с ума.
– Мне нельзя возвращаться в Серебряную Гору, – сказала она. Это были первые слова, которые она произнесла за этот час.
– Разумеется, можно. И нужно. Дома тебе станет лучше.
– Я убила человека. Меня арестуют. – Она говорила очень четко.
– Нет, детка, послушай. – Рейф уже обдумал это. Вероятно, все знали, что Трэйгерн шел по его следу, а поскольку Этуотер ненамного отстал от него, то тело Трэйгерна скоро найдут. – Они подумают, что это сделал я. Никто не знает, что ты была со мной, поэтому мы можем сделать так, как первоначально планировали.
Но Энни качала головой.
– Я не допущу, чтобы ты взял на себя вину за то, что сделала я.
Он смотрел на нее, не веря своим ушам.
– Что?
– Я сказала, что не допущу, чтобы тебя обвиняли в том, чего ты не делал.
– Энни, детка, ты не понимаешь? – Рейф отвел от ее лица прядь волос. – Меня уже разыскивают за убийство. Ты думаешь, убийство Трэйгерна что-то может изменить в моем будущем?
Она твердо посмотрела на него.
– Я знаю, что тебя уже обвинили в преступлении, которое совершил кто-то другой. Я не позволю, чтобы ты взял на себя и мою вину.
– Черт возьми!
Рейф встал и в беспокойстве запустил пальцы в волосы. Должен же быть какой-то способ заставить ее уступить здравому смыслу, но так сразу в голову ничего не приходило. Наверное, Энни все еще в шоке, только она уже приняла решение, и он ни черта не может с этим поделать. Он заставил себя обдумать, что может произойти. Маловероятно, чтобы ее повесили или даже посадили в тюрьму за убийство Трэйгерна: в конце концов, она женщина и уважаемый доктор, а Трэйгерн был всего лишь охотником за наградой. Служители закона не очень-то жалуют их. Но если станут известны обстоятельства смерти Трэйгерна и что Энни провела с Рей-фом почти две недели, то ее жизнь не будет стоить и ломаного гроша. Ее убьет тот человек, который заставил его скрываться четыре года, то есть убьют его приспешники. Преследователь Рейфа имел достаточно денег, чтобы никогда не марать собственных рук, и большая часть этих денег заработана на крови других людей.
Рейфу придется взять Энни с собой.
Выход был одновременно и прост и ужасен. Неизвестно, сможет ли она выдержать жизнь в бегах. Но он знал наверняка, что, если он отвезет ее назад в Серебряную Гору, она погибнет. Черт бы побрал ее принципы! Она ни на шаг не отступит от них, и это будет стоить ей жизни. Такая цена слишком высока, во всяком случае, для него.
Но что произойдет с Энни, если ей придется оставить все, чего она добилась столь тяжким трудом? Быть врачом так много для нее значило. Она никак не сможет следовать своему призванию, бродя с ним по звериным тропам.
Бесполезные сожаления – ведь у него нет выбора. Если Энни вернется в Серебряную Гору, у нее все равно не будет практики: очень скоро ее ждет могила.
Возможно, когда Рейф уводил ее из дому, лихорадка затуманила его мозг, а может быть, причиной была его самонадеянность. Чувствовал себя молодцом: был уверен, что ушел от Трэйгерна, и также уверен, Что может воспользоваться врачебными способностями Энни, насладиться ее нежным телом и вернуть ее в Серебряную Гору незаметно. Он не учел случая – тех поворотов судьбы, которые ставили самые лучшие планы с ног на голову, а теперь Энни попала в ловушку того кошмара, который держал его в плену уже четыре года.
Единственное их преимущество – никто не знал, что они вместе. Этуотер ищет одинокого мужчину, а не путешеству-ющих вместе мужчину и женщину. Это могло оказаться хо-рошей маскировкой.
Энни об этом не подумала – она все еще была в шоке.
Никто не знает, что она была с Рейфом, как ее могут заподорить. Она окажется в опасности, только если признается сама. Но все равно решат, что это Маккей убил Трэйгерна И тем не менее ей придется поехать с ним.
От этой мысли у Рейфа закружилась голова, и через секунду он понял, что испытывает облегчение. Он долго собирался с духом, чтобы отвезти Энни в Серебряную Гору, попрощаться и уехать, а теперь ему уже не надо этого делать. Энни принадлежит ему.
Он снова присел перед ней на корточки и сжал своими большими руками ее лицо, заставив взглянуть на него. Ее огромные карие глаза смотрели так потерянно, непонимающе, что он не мог сдержаться и крепко поцеловал ее. Это помогло. Энни заморгала и попыталась отвернуться, будто не могла понять, почему он это делает в такой момент, когда нужно думать о более важных вещах.
Рейф снова поцеловал ее.
– Я не повезу тебя обратно в Серебряную Гору, – сказал он. – Тебе придется остаться со мной.
Энни не возразила. Просто с минуту внимательно смотрела на него, потом кивнула.
– Хорошо. – Она помолчала, на лицо набежала тень беспокойства. – Надеюсь, я не помешаю тебе двигаться быстро.
Помешает, но это не имеет значения. Он не может оставить ее. Рейф потянул ее за руки и заставил встать.
– Поехали. Нам необходимо убраться отсюда.
Энни послушно взобралась в седло.
– Почему мы не берем с собой лошадь Трэйгерна?
– Потому что кто-нибудь может ее узнать.
– С ней ничего не случится?
– Я ее расседлал. Когда она достаточно проголодается, начнет искать траву. Либо кто-то ее найдет, либо она одичает.
Она взглянула на хижину и подумала о Трэйгерне, который лежал там мертвый. Ей очень не хотелось оставлять его непогребенным, но она понимала, что это невозможно.
