старше полковника ангольской армии никого не видел. С советскими генералами общался.
— И как? Всё им понравилось?
Опять на ум пришла наша поездка к океану. Сразу вспомнил лицо главного военного советника Булочкина, когда он нас отчитывал за этот «туристический поход».
— Конечно! Кубинцы меня наградили.
— Погоди, ты там кого учил кубинцев или ангольцев? Почему за успехи в Ангольской войне тебя наградили кубинцы? — спросила Вера, но меня спас охранник, который показал нам, куда нужно идти.
— Обригадо! — поблагодарил я, забрал документы и направился с Верой к входу в посольство. — Дорогая, ты задаёшь слишком много вопросов.
— Помню, помню. Не хочу, чтобы мне врали.
У дверей стоял посол с супругой, мило улыбающийся нам. Он был в строгом костюме и лакированных туфлях, а его жена была одета в светлое платье с коротким рукавом.
— Сергей Сергеевич, Вера Вячеславовна, меня зовут Луиш Паулу де Альберто. Я уполномочен от имени президента страны Душ Сантуша сопроводить вас на этот приём. Это моя супруга Миранда, представился посол, — пожимая мне руку.
— Очень приятно. Для нас с супругой большая честь и неожиданность быть приглашёнными сюда, — поблагодарил я. — Времени было мало, но собраться мы успели.
— Понимаю. Сам постоянно занят. Тем более, в эти дни, когда такие события происходят в нашей стране. Поэтому, приглашение вам отправили за месяц, — улыбнулся де Альберто.
Вера не подала вида, что информация о столь статусном событии была нам доведена явно не за месяц.
— Само собой, — кивнул я и проследовал вместе с послом.
Супруга посла и Вера шли на шаг позади и восхищались нарядами друг друга. Де Альберто пояснил, что ещё не прибыли все приглашённые лица. Главными действующими лицами должны были стать члены политбюро ЦК КПСС.
— Вы не встречались с товарищем Русовым? — спросил де Альберто, когда мы вошли в здание посольства.
Нам предложили сдать верхнюю одежду в гардероб. Раздевшись, я поправил синий пиждак.
Вновь мне доводится слышать фамилию — Русов. На слуху этот человек. Если вспомнить фотографию этого партийного деятеля в газете, когда он был в Анголе и получал награду, то логично, что он будет здесь присутствовать.
Зайдя в большой зал, где оркестр играл приятную музыку, мы с Верой удивились шикарному оформлению помещения и приятным ароматам горячих блюд. Немного засосало под ложечкой, поскольку мы с женой сегодня только завтракали, а время близилось к вечеру.
На стенах висят барельефы с изображением Ленина, а на небольшой сцене с трибуной для выступлений — бюст первого президента Анголы Нето. Флаги, стенд с фотографиями и многое другое.
У стены богато накрытые столы с закусками и бокалами сока. Официанты разносят на подносах напитки. Судя по всему — шампанское. Мероприятие и, правда, торжественное. Все гости общаются, подмигивают друг другу, но всё очень натянуто и картинно.
Посол с супругой представили нас, и вышли на улицу встречать других приглашенных. В принципе, на этом общение и закончилось. Здесь, как я понял, собралось много народу из других посольств в Москве.
— Эти из ГДР, наверное, — кивнула Верочка в сторону двух лысых мужиков в светло-серых костюмах.
Их жёны стояли молчаливо и, словно сканировали всех собравшихся. Даже между собой и слова не проронили.
— А вот кубинцы, — шепнул я, когда мимо нас прошёл смуглый человек, напевающий ритм песни «Гуантанамера».
Кто ещё будет напевать эту приятную композицию! Как раз и оркестр сейчас заиграл эту мелодию, и кубинская делегация обрадовалась такому вниманию со стороны организаторов.
Не прошло и десяти минут, как появились высокие гости нашей страны. Начали работать фотографы, щёлкая вспышками своих камер. Рядом с послом шли тот самый Русов с орденом Ленина на груди и ещё один человек, со звездой Героя Социалистического Труда на левой стороне чёрного пиджака.
Григорий Русов был невысокого роста с аккуратно уложенными набок волосами. Он приветливо здоровался с гостями. Другой высокий гость из нашей страны тоже не отставал от него, следуя за ним по пятам. Герой Труда выглядел гораздо старше коллеги. Светлые волосы, тронутые сединой, были аккуратно уложены. Создавалось ощущение, что мы с ним где-то уже виделись.
Посол Анголы вышел к трибуне с приветственной речью и начал выступление на русском языке. С самых первых слов он стал благодарить все силы социалистического лагеря за помощь, приводил примеры героизма кубинских и советских специалистов.
— В дань уважения павшим войнам и всем, кто помогал строить новую Анголу, прошу почтить память минутой молчания, — объявил де Альберто, и зал погрузился в тишину.
В этот момент я ощутил, что на меня кто-то пристально и внимательно смотрит. Чувство, будто тебя в прицел рассматривают, не ушло с годами отсутствия работы в поле.
— Спасибо, — сказал посол и продолжил речь.
Позади него вышла девушка с большим подносом. На нём были разложены различные награды и удостоверения.
— У тебя всё хорошо? — шепнула Вера. — Ты напрягся.
— Всё нормально. Волнуюсь, что сейчас вызовут.
— Я с тобой, дорогой, — тихо сказала жена и взяла мою ладонь.
Стало ли мне легче? Конечно. Но этот пристальный взгляд не давал мне покоя. И кто так может смотреть?
— От имени президента Народной Республики Ангола, я уполномочен вручить Орден Независимости секретарю ЦК КПСС Григорию Михайловичу Русову! — объявил посол де Альберто.
Русов медленно вышел к трибуне и получил награду. Как мне кажется, слишком рано для появления подобного ордена в Анголе, но история меняется. Возможно, раньше приняли решение учредить этот орден. Естественно, Русову было предоставлено слово для ответной речи, и он этим воспользовался.
Пока Григорий Михайлович рассказывал, как мы помогали Анголе, я осмотрелся. Чувство присутствия кого-то нежелательного меня не покидало. Ещё и встретился взглядами с другим большим человеком советской делегации. Он внимательно посмотрел на меня и опять повернулся к сцене. Вот что это значило, мне непонятно.
Русов закончил выступление, получил порцию аплодисментов и спустился со сцены.
— Я уполномочен вручить Орден Независимости секретарю ЦК КПСС Алексею Анатольевичу Чубову! — произнёс посол и тот самый Герой Труда так же, как и Русов, поднялся на сцену.
Этого и следовало ожидать. Двум секретарям не дали бы разных наград.
После Чубова ещё нескольким людям были вручены награды. Мне же было приятно, что просто провожу время с женой. Пускай и стоя на ногах на чужом празднике.
— Мы ведь с тобой давно никуда не ходили, — сказал я.
