смертоносных. Но как правило, противник к этому моменту уже приближался на дистанцию их эффективного применения — на тысячу километров или ближе.
— А… сколько всего излучателей? — спросил несколько ошарашенный Мордин.
— Семьсот двадцать девять в верхней полусфере и столько же в нижней, — гордо уточнил Явик.
— А Явик… тот Явик, в будущем. Говорил, излучатели изобрели позже. После начала войны.
Аватар опустил крайние глаза. Он не любил упоминаний о своём двойнике из альтернативной реальности. Не спорил, так как Мордин предоставил весьма убедительные доказательства. Но и принять не мог — это всё ещё не укладывалось в его здравый смысл.
— Ручные — да, уже в период войны со Жнецами. До этого разработка системы точного попадания для атмосферного боя считалась слишком накладной. А корабельные применялись уже несколько тысячелетий к началу вторжения.
— «Вершина» создана до войны. Лишена точной защиты в атмосфере? Антивещество неприменимо. Излучатели частиц не попадают. Ионизация?
— Да. Хотя можно, используя те же орудия, создать вокруг корабля нечто вроде грозы, облака электрических дуг. Большинство приближающихся объектов в нём сгорает или выходит из строя. Правда, радиус такого электрического шторма — всего пара километров, но ведь и скорость сближения в плотной среде намного меньше. При первой возможности мы переделаем корабельные орудия ближней обороны по образцу наших ручных винтовок — но для этого нужно больше персонала и производственных мощностей.
Зависнув на стационарной орбите Кваны, Мордин в ускоренной перемотке наблюдал запись старта «Вершины Полутени».
Сначала зашевелилась, окуталась зелёным сиянием и отлетела в сторону крыша ангара. Кувыркаясь в воздухе, она казалась совсем миниатюрной и лёгкой, как листок бумаги. И только когда на излёте она мимоходом сокрушила десятиэтажную наблюдательную вышку на краю рудника, вспомнилось, что это мегатонный кусок металла, более прочного, чем любые материалы Цитадели.
Внутренности ангара были освещены слабо, и только по мелькавшим в полутьме зелёным огонькам было видно, что кто-то там шевелится.
Затем тени зашевелились, и на дневной свет показались два носа… Поднявшись на пусковых под углом в 45 градусов, махина супердредноута ещё секунд пять постояла неподвижно, словно собираясь перед прыжком — а затем зелёное сияние полей эффекта массы померкло перед призрачно-голубым огнём основных двигателей. Огромная туша рванулась вперёд и вверх с такой скоростью, словно ею выстрелили из винтовки, пропав из кадра прежде, чем Идрис успел перенацелить телескопы.
Наездник снова поймал огромный корабль в прицел видеоискателя только через три секунды, следуя вдоль туманной полосы взбаламученной атмосферы. Только теперь стало возможно в деталях рассмотреть протеанского монстра (как ещё назвать корабль, имеющий два с половиной километра в длину — из всех кораблей Цитадели разве что «Судьба вознесения» могла сравниться с ним).
Корабль был построен по схеме «катамарана» — два вытянутых корпуса, соединённых перемычкой. От высокой рубки расходилась в стороны пара крыльев.
— Я помню его, — задумчиво сказал Идрис. — Правда не уверен, именно этот корабль, или его систершип — но точно с таким я сражался.
— Где? — заинтересовался Мордин.
— Во время осады Джаната. Так как наша системная оборона не могла сравниться с протеанской, мы редко превращали планеты в крепости, как это делали они. Нашим оружием была незаметность и неизвестность. Если протеане вскрывали расположение системы, мы просто уходили оттуда. Космос большой. Но с Джанатом так не вышло. Там было население почти в миллион. Мы не успели его эвакуировать, пришлось драться. Мы заминировали все подступы к планете, используя корабли-прилипалы — беспилотные полуживые аппараты с тахионным шунтом. Они должны были подходить как можно ближе на сверхсвете к протеанским кораблям, прогрызать их обшивку, проникать внутрь и выводить из строя. Первое время казалось, что этого хватит, чтобы продержаться до ухода. Они потеряли около сотни вымпелов, мы — только три. А потом появилась «Вершина», и ситуация резко переменилась. Она была закрыта не только щитами, но и биотическими полями. Все корабли-прилипалы отшвырнуло прежде, чем они успели прогрызть броню этого монстра. Ну а о перестрелке с ним вообще не могло быть даже речи. Разница в огневой мощи была такая… — Наездник поморщился. — В тот день мы потеряли около шестисот тысяч.
По словам Идриса, арсенал главного калибра «Вершины» был весьма разнообразен. Восемь стволов излучателей заряженных частиц (с возможностью стрельбы нейтральными атомами или антивеществом) были собраны в два пакета — по четыре ствола в каждом корпусе. На верхних «крыльях» — две кинетических пушки, которые считались вспомогательными, но по огневой мощи были сравнимы с главным калибром дредноутов Цитадели. Но всё это блекло перед орудиями центрального модуля. Два лазера с чудовищной апертурой по восемьдесят метров! Каждый из них мог испускать непрерывный луч мощностью до килотонны тротилового эквивалента в секунду — или дать миллисекундный пятикилотонный импульс, после которого, правда, приходилось пять секунд остывать.
— Не очень эффективно, — скептически заметил Мордин. — Для фрегата хорошо. Для супердредноута слабо. Кинетические орудия — десятки килотонн.
— Мы тоже так думали, — вздохнул Идрис. — Пока не испытали на себе. Весь секрет в длине волны. Это не просто лазер. Это разер.
— Рентгеновское излучение?
— Да. С длиной что-то около ангстрема. Оно не только вызывает мощный взрыв, но и убивает при этом биометаллические микроструктуры импульсом фототока. То есть оно оказалось особенно эффективным именно против наших кораблей и машин, имеющих сложную, постоянно изменяемую конструкцию.
— И радиус поражения…
— Да. Радиус у него совершенно невообразимый. По классической формуле дифракционной расходимости, чтобы диаметр луча увеличился только с 80 до 81 метра — он должен пройти расстояние в тысячу световых секунд! «Вершина» истребляла нас, как мишени на стрельбах — она вела огонь с дистанций, на которых мы абсолютно ничем не могли ответить. Просто то один, то другой корабль внезапно ярко вспыхивал, и мы чувствовали его крик боли.
— Но прицеливание! На таких дистанциях… Цель успеет уйти!
— Ну да, с ТАКИХ дистанций даже протеане не стреляли, это чисто теоретическая возможность. Но в пределах одной световой секунды они беспрепятственно расстреливали всё, что хотели. Хорошо, что сейчас эти излучатели заблокированы… если, конечно, Явик сказал нам правду.
Также Идрис рассказал, что «Вершина» могла при необходимости разделяться на три модуля — боковые корпуса и центральный блок. Каждый из них представлял по сути отдельный дредноут, со своими двигателями, ядром эффекта массы, оружием главного калибра, с независимой защитой и жизнеобеспечением. Это не только повышало живучесть (и без того немаленькую), но и позволяло разнообразить тактические
