мне руку, но я быстро перехватил её. От такой прыти у леди Бланш удивлённо взметнулись брови.
— Простите, но я предпочитаю сделать всё сам! — с этими словами я стремительно коснулся одной точки на её прелестной шее, и леди Бланш с тихим вздохом опустилась на кровать.
Поднявшись, я уложил её понадёжней и подошёл к предметам, которые она приготовила. Как я и думал, леди Бланш намеревалась провести ритуал, возвращающий зло тому, кто его насылал. Значит, она не была ни виновницей, ни пособницей преступлений. Я испытал облегчение.
Оставалось лишь завершить начатое ею. Но у меня был свой метод. Одевшись, я проверил револьвер, а затем быстро начертил на полу сигил. Выпрямившись, отступил от него и достал из кармана записную книжку с заклинаниями. Отыскав нужное, я принялся читать, поглядывая на чертёж.
Вскоре он начал светиться. Из меловых линий показались мерцающие лиловые лучи. Они быстро разгорались. Когда заклинание было произнесено до конца, я потёр рубин с Печатью Соломона.
Из сигила начала появляться голова быка, за ней — барана, а последней — человеческая, в чёрной императорской короне. Дальше стали видны широкие плечи, покрытые доспехами. В руке демон держал копьё.
— Король Асмодей! — звонко и чётко проговорил я, убрав записную книжку. — Я призвал тебя, чтобы просить отвести от меня губительную магию и направить её на того, кто породил это проклятье! Исполнишь ли ты мою просьбу?!
— А что ты можешь дать взамен, заклинатель?! — хрипло прорычал демон человеческой головой. Две другие мерзко захихикали. — У тебя есть, чем расплатиться?!
— Конечно! — когда я сделал пальцами особый знак, в воздухе появились кружащиеся глифы. — Знаешь, что это?
— Да! — прохрипел Асмодей. — Я приму две из них в уплату! Одну за снятие проклятья и другую — за то, чтобы твой обидчик получил его сам!
— Согласен!
Две глифы мгновенно вспыхнули и исчезли.
— Проклятие снято! — провозгласила голова быка. — Проклятие наложено! — отозвалась голова барана.
Глава 41
Демон начал опускаться в сигил. Как только он исчез, и лиловые лучи погасли, с улицы донёсся громкий крик!
Я подхватил ножны, прицепил их к поясу и направился к двери.
В прихожей со мной едва не столкнулся камердинер Мартина.
— Я слышал крик! — обеспокоенно сказал он.
— Иди со мной! — велел я. — Это на улице.
— Слушаюсь.
Мы вышли во двор, но там было пусто.
— Туда! — решил я, указав направо, где росли густые кусты.
Раздвинув ветки, мы едва не споткнулись о распростёртого мужчину! Он лежал лицом вниз, вцепившись пальцами в траву, так что она оказалась вырвана с корнями. Под носками ботинок виднелись в земле глубокие борозды — словно человек сучил ногами в жуткой агонии. Справа валялась массивная трость, весьма подходящая для сельских прогулок.
— Это господин Пол Уилшоу! — испуганно выдохнул камердинер и прикрыл рот рукой. — Ему нужно вызвать врача!
Присев, я приложил пальцы к шее лежавшего. Пульса не было.
— Поздно! Он умер.
— Как?! — опешил слуга. — Отчего?!
— Его постигла та участь, которую он готовил мне. Но врача всё равно вызови. И полицию.
Камердинер поспешил обратно через кусты, а я ещё раз взглянул на тело. Сейчас аристократический Пол Уилшоу в своём жёстком белоснежном воротничке уже не казался несгибаемым. Собственное зло настигло его и уничтожило, положив конец убийствам и посягательствам на Анну Бланш.
Развернувшись, я побрёл к крыльцу. Никаких симптомов недавней болезни больше не было. Я чувствовал себя прекрасно. Ну, разве что слегка уставшим.
То ли едва уловимый звук, то ли инстинкт, более-менее присущий любому человеку, заставил меня почувствовать движение за спиной и не просто обернуться, а ещё и отшатнуться в сторону.
Полированный набалдашник, тяжёлый, как булыжник, просвистел мимо моей головы и больно опустился на плечо, едва не раздробив кость!
Пол Уилшоу держал трость за конец и тяжело дышал, хватая воздух ртом. Лицо его с тонкими чертами покрывала сетка толстых синюшных вен, глаза злобно сверкали, а по подбородку струилась кровь, марая безупречно накрахмаленный воротничок сорочки и галстук.
Выхватив меч, я немедленно ударил по опустившемуся оружию противника, и оно, выбитое из руки Уилшоу, упало в траву, развалившись на две части.
Видеть только что лежавшего мёртвым Пола Уилшоу на ногах, хотя и раскачивающимся, словно от ветра, было поразительно! Я не сомневался: две минуты назад у него отсутствовал пульс!
Пол Уилшоу не стал снова нападать. Вместо этого он развернулся и с совершенно неожиданной прытью бросился через кусты в сторону ограды!
Я кинулся в погоню. Однако, как ни ужасно выглядел Уилшоу, бегал он на удивление резво. Правда, его заносило то в одну сторону, то в другую, и временами он спотыкался так, что казалось: вот-вот растянется. Тем не менее, он оторвался от меня шагов на десять.
Дело осложнялось тем, что у меня заплетались ноги — должно быть, сказалась недавняя болезнь: всё-таки, пролежал столько времени едва живой. В какой-то момент я даже упал в траву. Проклиная всё на свете, поднялся, но Пол Уилшоу успел за это время выбежать на дорогу и забраться в свою машину. Взревел мотор, и чёрный «Ягуар» рванул с места.
Я кинулся к своему «Бэнтли», но в этот момент подкатил Мартин в своём кабриолете.
— В чём дело?! — крикнул он, удивлённо пялясь на меня. — Ты здоров?! Зачем тебе меч?!
Я запрыгнул к нему в машину.
— Гони! Быстро!
— Ты чего это?! — испуганно пролепетал Мартин.
— Преследуем убийцу! Жми, чёрт бы тебя побрал! Упустим же!
Мартин, наконец, понял. Вцепившись в руль, он стартанул так, словно был пилотом гоночного болида!
— Ты, значит, здоров?! — недоверчиво проговорил он через несколько секунд, не поворачивая головы.
— Здоров, как видишь! Чудесное исцеление! Жми!
— Как же так?!
— Оказалось, ничего серьёзного. Банальная простуда, скоротечная. Выспался и вот — словно огурец!
Глава 42
Впереди показалась машина Уилшоу. Тот гнал почти на предельной скорости.
— Его нам догнать надо?! — поинтересовался Мартин. — Это и есть убийца?!
— Он, он!
Глаза у Мартина азартно блеснули. Лёгкий кабриолет прибавил газу и устремился за «Ягуаром», быстро нагоняя.
— Это кто такой?! —
