Читаем без скачивания Пришлые и ушлые - Николай Берг

  - Это я понимаю. Не понимаю - почему мой муж?

  - Материал для зиннгукарлы должен быть тоже хорош. Из сырого железа не сделаешь отличный клинок. Из олова и битых бутылок не получится золотое украшение с бриллиантами и изумрудами. Так же и здесь, в жертву требуется особый мужчина-дроу. Как минимум - бесстрашный, умный и имеющий командирские задатки. Вот и смотри сама - при бабьем допросе твой муж молчал достаточно долго, чтобы тебя успел увести Блудень.

  - Но ведь все равно потом туда нагрянула стража?

  - На бабьем допросе говорят все. И всегда. Потому что наши бабожрицы умеют пытать так, как никто, пожалуй. И сдохнуть пытаемому не дадут. Потому - говорят все. Только одни - сразу же, другие - чуть позже, а вот некоторые держатся до последнего.

  - И мой муж...

  - Такого не было давно. Бабожрицы были сильно удивлены. Твой муж молчал дольше всех за последние лет двести. А мучили его очень умело. Можешь мне поверить, эти бабожрицы если что и умеют делать качественно - так это пытать. Твари, хуже драуков и пещерных ликартов. Для Темнейшей чужая боль - лучшее удовольствие. Ее клевретки полностью этим ремеслом поганым владеют. И я это знаю по себе.

  - Понятно, почему ты так их ненавидишь - кивнула Галяэль.

  - Эти дуры ведут всех илитиири к жалкому и убогому концу. Помяни мое слово - нас в итоге сметут. Те же лихо плодящиеся людишки. Имеющие более вменяемых богов, чем Темнейшая. Дроу сожрут себя сами. А соседи с радостью помогут. Но я сейчас хочу сказать про твоего мужа. Он сумел искалечить одну из пытавших его жриц - палачинь. То ли вырвал, то ли высосал ей глаз. Я не знаю, как ему это удалось. Такого не было пару тысяч лет, самое малое. Значит он хороший воин. Воин-дроу, хитрый, коварный и терпеливый. Ну и последнее. Вам единственным удалось спастись из Долины.

  - Это потому что все мы - особенные! - гордо сказала Экка. Блудень тут же потянулся к ней рукой и служанка, ойкнув, тут же спряталась за хозяйку.

  - Не сомневаюсь - улыбнулся старый эльф.

  - Малышка права. От каждого из нас зависело общее спасение. Без меня не прошли бы степь, без тролля не унесли бы ноги так быстро, без госпожи - мы бы сдохли еще в Долине... - задумчиво поглядывая на одноногого илитиири сказал Шорг.

  - Да. Каждый из вас внес свой важный вклад. А командир собрал вас в единый кулак, дал каждому из вас выполнить свою работу, жизненно важную для всех, он всего лишь организовал ваше спасение. И это смог сделать именно он. Причем так, что каждый из вас горд собой, но без командира ничего бы у вас не вышло. Так?

  - Так - согласилась Галяэль, а Шорг и Экка кивнули задумчиво.

  - Вот именно поэтому он и назначен в зенгакары. Там было пять претендентов. Не хуже твоего мужа, можешь мне поверить. Четверо из них стали драуками. А он - сумел удержаться на краю и пока он еще мужчина-иллитиири. Сохранивший разум и свои таланты. Несмотря ни на что. Видимо он очень любит тебя, госпожа - тонко улыбнулся старик.

  Галяэль почувствовала, что сейчас расплачется, но перед мужчинами и слугой этого делать было никак нельзя. Потому она поспешно отогнала ужасающие образы, как мучают ее мужа и вернулась к важному вопросу.

  - А рассказы о полудроу-полускорпионах правдивы?

  - Нет, госпожа, это легенды. Скорпитавры - выдумка пустая, сказочки для детей. Таких просто быть не может - уверенно отозвался Ухорез.

  Все надолго замолчали.

  - А ногу ты потерял, когда тебя в зенгакару превращали - вдруг спросила Экка.

  - Нет. Это было позже. Перед ритуалом необходимо, чтобы обреченный был совершенно здоров и в полной памяти.

  - Я не поняла - в чем тогда отличие зенгакары от того, кто им стал? Он же остается иллитиири?

  - Не совсем, госпожа. Любая жертва идет в пользу Темнейшей, а уж такая - и тем более. Это для нее - деликатес.

  - Не понимаю, что тогда достается Темнейшей?

  - Зенгакара - не личность. Это великолепный придаток для Верхней бабы Дома. Но только придаток. Думающий меч, лишние руки и так далее. Полностью ее.

  - А личность, душу - жрет Темнейшая?

  - Совершенно верно. И муки того, чья личность медленно поедается - особенны. Ты слыхала, госпожа, что у южных людишек, что балуются каннибализмом, есть такое кушанье - живые мозги? Когда живой жертве вскрывают череп и жрут мозг ложками? Говорят некоторые, кто сам на таких пиршествах бывал, что жертва все это чувствует и верещит от страха и боли, что делает лакомство еще более приятным для этих ублюдков. Вот и тут Темнейшая так пирует.

  - Мы должны помешать этому - твердо сказала Галяэль.

  - Истинно сказано, госпожа - старомодным поклоном ответил Ухорез.

  - Солоно нам придется - отметил ускользнувший от всех нюанс Блудень.

  - В этом, мальчик, ты прав, как никто другой - поклонился и ему старик.

35.

  - Надо думать, охрана Храма и продумана и сильна? - спросил Шорг.

  - Более чем. И еще отлажена многими поколениями до совершенства. Практически, ее невозможно преодолеть без солидного штурма - спокойно согласился одноногий.

  - Тогда я ничего не понимаю! - призналась эльфийка. Ее совершенно обескуражило услышанное.

  - Мы тоже не так просты и у нас есть союзники. Да и к тому же, наращивая оборону сейчас и привлекая своих родичей из окрестностей, Дом Руаты и усилил оборону и ослабил ее. Много незнакомых лиц, много тех, кто в городе впервые, им требуется больше еды, соответственно в дом приходит больше торговцев и слуг. Потому, разумеется, риск - колоссальный, но не запредельный, при толике храбрости и везения есть вполне возможность проникнуть до Алтаря, тем более помощь оказываться будет. Вот выбраться оттуда без потерь и живыми - сразу скажу - будет гораздо сложнее. В том числе и потому, что союзники имеют свои задачи и им наплевать на твоего мужа, госпожа. Да и по отношению к тебе, как только ты замкнешь выход для Темнейшей и дашь им резвиться безоглядно, я бы не рассчитывал даже на дружелюбие. Те еще союзнички, прямо скажу. Потому сразу настраивайте себя на то, что туда будет непросто идти, там будет очень сложно, а обратно выбираться - и того гаже. И при этом выдираться придется быстро, потому как мышеловка захлопнется очень скоро, о чем союзнички не знают. А я - знаю. В случае атаки на Обитель Мрачнейшей все враждующие кланы города моментально объединяться, потому как покровительница города будет нуждаться в их помощи и защите.

  - А если мы не успеем выскочить? - спросил юнец.

  - Тогда все ворота города будут закрыты, город примет осадное положение, комендантский час, утроенные патруэли, повальные обыски и прочие удовольствия.

  - Никогда такого не было - удивился полуэльф.

  - На твоей памяти - да - усмехнулся Шорг и подмигнул одноногому.

  - Вас что ли ловили? - догадалась Экка.

  - И нас тоже - кивнул старый эльф.

  - И как вы ушли?

  - По канализации и норе Дранга - ответил Шорг.

  - Говорят, что там пройти нельзя! - присвистнул подросток.

  Его отец помрачнел и сухо ответил:

  - Как видишь - можно. Но пятерых мы тогда потеряли, а они были ребята не промах! Так что лучше спокойно - через ворота. Легенды об этом не сложишь, баллады не споешь, но в Храме и так хватит сюжетов. Не надо тащить на поверхность поэтические бредни. Надо быть скромнее. Да и нет у нас сил, бодаться со всем городом. Это лишнее. Да, госпожа, к слову - я хотел показать тебе несколько рисунков, делались они по памяти, но там вряд ли что сильно изменилось.

  Листки плотной желтоватой бумаги, ломкие, с крошащимися от старости краями и трудноразличимыми водяными знаками сначала показались покрытыми странными кляксами, потом Галяэль различила летящие строчки пояснений на квенья, тусклые, сделанные давным - давно выцветшими чернилами, прочла, что это схемы каких-то подземелий с разветвленными ходами.

  Блудень уже пришел в себя, сунул тоже нос в бумаги.

  - Ты отдышался? - спросил его одноногий.

  - Ага.

  - Тогда сходи, не спеша, в квартал троллей. Поспрашай там, может быть, что - то уцелело из имущества госпожи и ее мужа? По сроку - глаз надзора с подозрительного места должны уже снять.

  - А подземелья?

  - Ты в них не полезешь, вы с отцом будете ждать снаружи, так что пока тебе это ни к чему. Госпоже будет приятно, если что-то из ее вещичек найдется. Может быть.

  - Ты считаешь, что там был обыск? - подняла вопросительно бровь Галяэль.

  - Я уверен в этом. Другое дело, что Бархатные глазки тоже не в соломе найден и когда посылал за тобой сына, то попросил его предупредить троллей о том, что будет злой визит. Надо, знаешь ли, предусматривать неприятности, тогда последствий меньше. И вот - возьми кошелек, заплатишь им за хлопоты - повернулся эльф к подростку и дал ему тощий кожаный мешочек со слишком крупными для золота монетами. Блудень кивнул, замотался в плащ и, не медля, покинул домик.