Читаем без скачивания Пришлые и ушлые - Николай Берг

  В основном говорил толстяк. Галяэль вставляла замечания изредка, а Экка вся извертелась оттого, что ей не терпелось выложить все про виденное ей, но присутствие хозяйки мешало. Зато когда дело дошло до волны Большого Призыва - тут уж маленькая гоблинша гордо завладела общим вниманием. Говорила она долго и много, но старик не прерывал.

  - Мы у прохода пробыли почти сутки - закончила Экка.

  . И оттуда вслед за нами больше никто не вышел - подвел итог рассказу Шорг.

  - И, стало быть, не свалить таких умертвий? - все так же полуприкрыв глаза сухо спросил старец.

  - Свалить можно. Но они... Как это? - оглянулся на эльфийку трактирщик.

  - Не развоплощаются - помогла ему Галяэль.

  - Вот-вот. Бессмертные получаются умертвия - закончил речь Шорг.

  - Этого не бывает - твердо и уверенно возразил Ухорез.

  - Знаем. Но сами это видели - согласился трактирщик.

  - И значит, они разумны и даже говорить могут? - опять же усомнился старый эльф, поудобнее укладываю свою деревянную ногу.

  - Да. И это мы тоже своими глазами видели. И даже какая-то воля остается.

  - Блудень, а у тебя есть знакомые девчонки - бабенки в Доме, откуда этот странный кривомордый? - спросил Ухорез.

  - Найдутся, если надо, сейчас сбегать? - уточнил полуэльфийский сын Шорга.

  - Да, поговори, послушай. Только будь осторожнее самого себя вдвое - сказал старый эльф.

  - Лучше втрое. Запах духов всадника мне, чем дальше, тем больше не нравится. Такие духи - для пожилой дамы, а он воин. Не старый, и потому духи ему не подходят никак... - заметила Галяэль.

  - Зато такой запашок перекрывает запах трупнины - толстяк закончил за эльфийку фразу.

  - Хорошо, хорошо, я буду осторожнее Рифиэля Трусливого - усмехнулся сын Шорга.

  - Сына, надо быть гораздо осторожнее. Как Рифиэль помер, помнишь? - не принял веселого тона толстяк. Полуэльф проникся, кивнул уже серьезно. Собрался быстро, как заметила эльфийка - под просторный плащ пододел кожаную куртку с бляшками и на голову напялил вроде как и шапчонку, но с подбоем металлической сетки. Меч не остановит, а вот что полегче - кинжал например - вполне сдержит.

  - Мне кажется, что лучше бы к подружкам идти на рассвете, а пока вокруг Дома покрутись, поприглядывайся - посоветовал Ухорез, и эльфийка согласилась про себя - сплетни не распространяются мгновенно, нужно время.

  Неожиданно серьезный Блудень, сын Шорга, выбрал из имевшегося в домике оружия длинный незаметный стилет, ловко спрятал его под одеждой и словно испарился.

  - Теперь мне надо узнать у вас, госпожа - церемонно начал старый эльф.

  - Спрашивайте - кивнула Галяэль.

  - У вас есть некий артефакт, наделенный высшей силой - утвердительно сказал старик.

  Илитиири задумалась. Под это определение подходила и статуэтка с божественной аурой и кинжал-грисс, который, наконец-то, вернулся к Экке и та была на седьмом небе от счастья, да и странноватый металлический недоарбалетик пришлых, опять взятый для себя, тоже вполне мог быть назван артефактом.

  - А что именно вы имеете в виду? - осторожно спросила она.

  - Временное обиталище божественной сути - ответил Ухорез.

  И спокойно встретил взглядом ее взгляд. Вероятно, понимал, что ей, жрице, показывать чужому илитиири, да еще и ущербного мужского пола, статуэтку, тревожа при этом заключенную в ней частичку богини, очень не хочется. Галяэль и не хотелось. Мало того, она сомневалась в том, что это не будет оскорблением для богини. К своему стыду эльфийка ясно сознавала, что жрица она неопытная, далеко не все знает и потому может что-то в служении Высшей сделать не так, как должно. Беда в том, что все опытные и знающие жрицы остались там - в испепеленном храме. И совета спросить не у кого.

  Увечный старик терпеливо ждал. Наконец, эльфийка решилась и бережно достала из своей сумки сверток со статуэткой. Ухорез почтительно склонился, насколько ему позволяла искалеченная нога.

  - Почтенная служительница великой Эйлистири! Нижайше прошу тебя просить Покровительницу помочь нам!

  - В чем? - оторопела Галяэль.

  - И в освобождении твоего мужа.

  - Старик, говори прямо! О чем идет речь?

  - Твой муж будет принимать участие в противоестественном ритуале создания зенгакары. Та, которая должна появиться и своим присутствием дать долгую жизнь новосозданному чудовищу слишком сильна. Нам не справиться с ней. Но можно просто не пустить ее сюда. Для этого достаточно, чтобы истинное божество закрыла алтарь. Это, прошу прощения на простом слове - как запереть дверь. Достаточно поставить на алтарь Олицетворяющей злобу это самое хранилище Сути - и нам будут противостоять всего лишь жрицы Олицетворяющей злобу. А они смертные существа и потому справиться с ними - можно. Если твоя Покровительница согласится - то у нас есть вполне реальная возможность помочь тебе и твоему мужу. Если нет - то все затеянное провалится, и я не берусь за него.

  Галяэль прикусила губу. Она не представляла себе, как просить о таких делах само Божество и что надо делать, чтобы получить согласие и главное - как понять, что согласие получено. Последнее время статуэтка действительно была теплой и словно пульсировала как сердце, но ни наяву, ни в снах ничего внятного, что можно было бы принять за наставления богини не было.

  - Я поняла, что нужно и сделаю. Что смогу - сказала тихо эльфийка.

  - Это хорошо. Шорг ты долго собираешься прохлаждаться? Ты тоже будешь нужен и вовсе не в виде лежащей туши - повернулся старый эльф к толстяку. Тот закивал поспешно головой.

  - Нас очень мало - напомнила Галяэль.

  - Да? - удивился Ухорез. Почмокал тонкими губами, пофыркал. Потом сказал не без ехидства:

  - Вы совершенно правы, госпожа. Я буду думать над этим!

  Эльфийка поняла, что он просто издевается над ней. Хотела было возмутиться и указать ему его место, но вовремя одумалась. Ругаться сейчас было бы легкомысленно. Потому эльфийка взяла себя в свои руки. Подышала ровно, носом.

  Старикан с интересом поглядывал на нее.

  Она ничего не сказала.

  Тогда он усмехнулся и добавил:

  - У нас будут помощники. Без них в таком составе мы не доберемся не то, что до алтаря. Даже в подземелье не попадем. Но говорить госпоже о них не буду, потому что госпоже предстоит весьма серьезная задача и ей стоит думать только о своем участии. Остальное будут делать другие.

  Галяэль кивнула. Она не была полководцем и потому понимала, что каждый делает свое дело. И тут же забеспокоилась - шутка ли в чужом храме, изначально враждебном, прорваться к алтарю, самому охраняемому месту и не только прорваться - а еще и успеть замкнуть его, перекрыть выход не какому-нибудь третьесортному демону или мелкому забытому всеми божку, а самой Ллос Ужасающей! О том, что будет, если срежут стрелой или ядовитым дротиком или простым заклинанием по дороге, или смахнут легкую статуэтку с алтаря и думать не хотелось, хотя страх только начал нарастать. Там ведь будут жрицы. Будет охрана - и чующие живую кровь драуки, которые уже не люди и потому умеют быстро бегать даже по потолкам. Озноб прокатился по коже, но эльфийка сжала зубы - она уже решила, что будет делать и она выполнит свое решение.

  - Рассчитываешь, что два Дома сцепятся, и потому у нас будет шанс воспользоваться их раздором? - раздался голос толстяка.

  - Конечно. На это основная надежда. Всегда стоит стравить врагов друг с другом и воспользоваться плодами их резни - спокойно сказал старый эльф.

  - Мудро - согласился трактирщик.

  - Привычно - и ничего мудрого - не согласился с ним старик.

  - Странно - задумчиво и как бы про себя заметила Галяэль.

  - Что именно, госпожа? - откликнулся калека.

  - Вряд ли ради моего мужа, который знаком тут только Шоргу, стали бы затевать такую диверсию с запечатыванием алтаря. Слишком много сил потребуется, слишком здоровенная драка будет, да не где-нибудь, а в центральном храме. Городском центральном храме. К которому имеют доступ все старшие Дома, если я правильно понимаю обстановку. Я так думаю...

  - Госпожа, а стоит ли тебе это думать? В большой заварухе вполне можно обстряпать свои маленькие дела. Сосредоточься на своем деле, не думай об остальном - перебил ее Ухорез. Сказано это было почтительно, с соблюдением этикета, не без скрытой иронии и чуточку снисходительно, но возражать не имело смысла. Да и, в конце концов, если иначе не получится - то пусть будет так. Уязвить Ллос в ее же собственном храме - вполне достойное дело для жрицы конкурирующей богини.

  - Я имею смелость полагать, что госпоже стоит примерить вот это - и побыстрее привыкнуть к этому наряду - опять нарушил тишину старик, протягивая эльфийке небольшой, но тяжелый сверток.

  - Что это за конская упряжь? - удивилась Галяэль, развернув ткань и увидев там какой-то странный набор ремешков.