есть военная часть, а местный генерал является одной из целей. Так что…
Гррр! — рык желудка вывел меня из размышлений, напомнив, что ужин ужином, но и до него неплохо что-нибудь перехватить. Не найдя поводов возражать «внутреннему монстру», я направился на инспекцию местного ресторанчика.
* * *
Как и само заведение, ресторан при гостинице производил впечатление обедневшего аристократа, старающегося сохранить остатки былого лоска. Зал практически пустовал, лишь один из столиков занимал пожилой мужчина с седеющими тёмными волосами и короткой «испанской» бородкой. Одетый в идеально выглаженный, по виду недешёвый, но уже не новый костюм темно-серого цвета, одинокий посетитель что-то пил из чашки и задумчиво смотрел в окно. Увидев мою застывшую в поисках официанта фигуру, мужчина поставил чашку на стол, поднялся со своего места и спросил:
— Желаете сделать заказ?
— Вы официант? — удивленно спросил я. Этот человек с умными глазами и следами чернил на пальцах походил на официанта так же, как здоровяк Бэйб — на выпускницу института благородных девиц. Хотя, ненадолго усилив обоняние, я понял, что от него исходит запах этой гостиницы. Значит, действительно кто-то из местных работников. Управляющий?
— Не похож? — обладатель ухоженной бородки изогнул бровь.
— Не очень. Скорей, я предположу, что вы управляющий… или даже владелец этого заведения.
— Браво! Восхищён вашей проницательностью, юная леди, — улыбнулся мужчина. — Но сейчас, пока мои сотрудницы заняты, я действительно исполняю роль официанта. А вы, полагаю, спасительница племянницы моего друга Хантера?
— Можно сказать и так, — я неопределённо дёрнул плечом.
— Тогда для юной героини первый заказ за счёт заведения, — чуть шире и, как мне показалось, с некоторой иронией улыбнулся мужчина, показав здоровые зубы. Ну, или качественные протезы, что тоже возможно.
— Было бы некрасиво вас разорять, — ответил, мысленно поморщившись от словосочетания «юная героиня» и снисходительных ноток в голосе. — Поэтому закажу чай с пирожными и печеньем, а также небольшую историю о названии этого места.
— С радостью выполню ваш заказ, — глаза моего собеседника на мгновение сузились. — Нам, старикам, поболтать только в удовольствие, — вернув себе радушный вид, сказал псевдо-официант и направился к кухне.
«Чего это он? — удивился я мелькнувшему в чужих глазах раздражению. — Неужели увидел в моей шуточной фразе о нежелании разорить это заведение попытку уколоть, намёк на его бедственное положение? Забавно. Будем считать, что это ответ на юную героиню».
Зачем я интересовался историей гостиницы? Если исключить любопытство и желание развеять скуку, цель — сбор информации. Я, конечно, неплохо перетряхнул память как того, что нам говорили во время учёбы, так и того, что удалось увидеть за время работы, но этого недостаточно. А из подобных историй порой можно выловить интересные вещи.
В мире без радио и телевидения с интернетом люди гораздо охотнее шли на контакт, а уж поболтать за столом — это святое. Многие могли так просидеть и час, и два, и больше.
Вскоре мужчина вернулся с подносом, на котором стоял фарфоровый чайник с двумя чашками, сахарница и две хрустальные вазочки с кремовыми пирожными и миндальным печеньем.
Попивая неплохой сладкий чай с такими же неплохими пирожными и отличным печеньем (надо бы прикупить здесь несколько килограмм), я слушал рассказ Брейна, а именно так звали моего собеседника, о его отце, который и основал гостиницу.
Кстати, задав вопрос о таможенных сборах, я убедился, что всплывшие в голове знания не бред. В карман главнокомандующего действительно лились целые реки золота. Хлебная у старика должность.
Возвращаясь к истории родителя Брейна: пятый сын обедневшего рода безземельных дворян, вылетевший с предпоследнего курса медицинского университета, из всего наследства получил полуразвалившуюся торговую лавку в этом городе. Родня, придав ускорения не оправдавшему надежд отпрыску, и думать о нём забыла. Неизвестно, как сложилась бы его судьба в иных обстоятельствах, но недоучившемуся врачу повезло. Затеяв ремонт в доставшемся ему от щедрот рода здании, парень обнаружил самый настоящий клад. На вырученные от его продажи деньги он и построил гостиницу, которой хозяин в память о своём студенческом прошлом дал название на мёртвом языке медиков и алхимиков.
Но судьба, одарив улыбкой отца, решила взять плату с сына. Получив в наследство приносящую неплохой доход гостиницу в престижном районе, Брейн довольно успешно ей руководил и даже затеял расширение бизнеса, вложившись в строительство ещё одной.
А потом в том районе вспыхнул масштабный пожар.
Разумеется, огонь в конце концов удалось победить, но значительная часть города превратилась в горелые развалины. В том числе и строящаяся вторая гостиница.
Всё бы ничего, ведь первое заведение не пострадало. Но один высокопоставленный чинуша решил провести аферу, скупив за бесценок землю под пожарищем. Само собой, бывшие хозяева этому не обрадовались, а кое-кто резко возражал… но, как и всегда, прав оказался тот, у кого больше прав. Хитрый чиновник вдобавок сумел организовать на бюджетные средства расчистку пострадавшего от пожара района и вполне обоснованно рассчитывал обогатиться на торговле землёй под застройку.
Только у одного из выкинутых на улицу погорельцев имелось своё мнение на этот счёт. В итоге чинуша безвременно скончался.
Стоило ли надеяться, что после торжества справедливости всё наладится? Ну да, смешной вопрос.
После смерти комбинатора его действия признали незаконными, а земля перешла в ведение городской администрации. Пока коллеги погибшего увлечённо грызлись за самый жирный кусок пирога, образовавшийся пустырь облюбовала беднота, быстренько застроив его своими хибарами. Ранее престижный, район, превратившись в окраину трущоб, мгновенно потерял свою привлекательность, а цена на землю в нём рухнула вниз.
В итоге прежде довольно дорогая и престижная гостиница Брейна растеряла всех своих состоятельных клиентов (кто из богатеев согласится жить в месте, кишащем бродягами, ворьем и бандитами?). Ныне «Улыбка судьбы» держалась на плаву в основном за счёт старых клиентов да упёртости её владельца и работников, не желающих покидать это место.
«Как это мило и знакомо, — хмыкнул я. — Меняются миры и времена, а коррупция, головотяпство и пофигизм продолжают торжествовать над здравым смыслом. А ведь если каким-то чудом у меня получится не сдохнуть, сохранить страну и занять значимый пост, то со всем этим придётся что-то делать», — я с иронией и каплей страха представил, что мне предстоит копаться в бумагах и выслушивать лживые оправдания ворья на госслужбе.
«Нафиг-нафиг!» — отогнал мелькнувшие в голове картины. От такой работы хотелось держаться подальше.
Ещё когда наша группа числилась учебной, я спихнул обязанности командира на друга именно из-за своих околонулевых лидерских талантов и такого же желания заниматься отчётами. Стоило бы начать бороться с этим недостатком. А то стану начальником, да перебью всех коррупционеров и казнокрадов, — кто тогда станет
