сбежать.
Поворачиваюсь к нему, в какой-то момент хочу сказать, что не вышла замуж, а потом думаю, что он начнёт издеваться, мол, и я тебя бросил и он?
В любом случае точно не время для разговора.
Не хочу сейчас этих эмоций. Малышам и так не хватает молока.
Опасно это. Вдруг из-за нервов совсем пропадёт.
– Стой, – хватает меня за руку, – давай поговорим! Хватит бегать друг от друга как два идиота. Я был не прав, слышишь. Ты не счастлива, Алина? Скажи правду! Давай я помогу! Деньгами, ну не знаю, чем я ещё могу помочь? – вижу, пытается подбирать слова.
– Дети сейчас оба плакать начнут, – сестра подхватила песню брата, и теперь они голосят оба. Начинаю нервничать сильнее.
– Мы поговорим всё равно! Я вернусь, учти!
Покормив детей, убедившись, что его нет во дворе еду к Дане, оставив вечером детей на маму и Ирку.
– Говори правду, – сразу же накидываюсь на него.
– Ты о чём? – на столе несколько бутылок от водки, он порядком захмелевший. Видимо, выпивал не первый день. Рядом спит какой-то пьяный мужик.
– Уверена, знаешь о чём. Ходил к моему боссу? Денег просил?
– Просил, – кивает, икает пьяной икотой и ехидно улыбается. – Я и на работу просил устроить, но это так, как замануха. Сначала немного отвлечь от главного надо было, как говорится. Знал, что в работе откажет, но думал, хоть денег даст. А он, скотина жадная, не дал!
– Зачем ты это делаешь? – хочу услышать это от него. – Ты реально верил в успех столь глупого мероприятия?
– Я верил в то, что у тебя есть мозги и хоть какая-то расчётливость! Ну я хотя бы попытался с него денег стрясти за моё оскорбление, что бабу у меня увёл! А ты что? Он послал, ты смирилась, и растишь одна детей. Дура! Такой кошелёк потеряла!
– Значит, Ирка была права на твой счёт, ты редкое дерьмо….
– Твоя Ирка sука редкостная, вечно в наши отношения нос свой засовывала! А на счёт любовничка твоего… Так ты что, думала, что меня с носом оставишь? Думала, я буду терпеть сначала твоё блядство, а потом проглочу ещё то, что ты залетела?
– Ты же сам замуж меня звал… Говорил, что детей примешь, – всё потихоньку встаёт на свои места в моей голове. Я была лишь крючком для крупной рыбы.
– Звал! А ты дура, Алинка, зря отказалась. У него денег как у дурака фантиков, он, наверное, и количества их не знает. Миллионом больше на счёте у него, миллионом меньше! Даже бы не почувствовал этих расходов! А ты могла трясти его как копилку. Вместе бы решили, как действовать.
– Он не признавал детей, идиот!
– Да и похрен! Родила бы, я бы с детьми помогал и сидел дома, а ты вернулась на работу, пару раз жопой покрутила бы, простил бы, спала бы с ним, раз он тебя так хотел. Не признал и не признал. Дело не в детях. Я же видел, как он на тебя ещё в том ресторане смотрел. Как голодный на кусок сочного мяса. Да не будь там народ, и меня, он бы прямо там тебя загнул! Какой бизнес из этого животного желания богача идиота можно было сделать, а ты всё испоганила!
– Не понимаю, как вообще могла тебя любить когда-то, – подхожу и начинаю бить ему по лицу ладонями, оставляя отметины.
– А хочешь честно скажу тебе, что я думал о твоих чувствах? – хватает за руки, держит, дыша на меня перегаром.
– Ну, давай, раз уж пошёл такой разговор! – вырываюсь и пытаюсь отвернуть лицо. Меня начало тошнить от него в прямом и переносном смысле слова.
– Мне кажется, что ты меня вообще никогда не любила. Ведь если бы ты любила, ты не прыгнула бы к своему боссу в постель. Я не прав?
– Конечно, прав! – а что я ему ещё скажу, если он на самом деле прав. Если бы я любила его, я никогда бы не легла в постель с Денисом.
– Жадный придурок! – трёт ладонью красное от моих пощёчин лицо. – Да, не получилось, но я хотя бы попытался, – ухмыляется. Чего, прискакал уже к тебе? Не будь идиоткой, дави на жалость!
Смотрю на него, не представляю, что я вообще была с таким человеком.
Если бы мне рассказали об его истинном лице к то время, когда мы встречались, я не смогла бы в такое поверить.
И Ирке не верила. А она просто была более опытнее меня в общении с сильным полом.
Хотя этот, пьяный в усмерть человек какой сильный пол?
Да и трезвым он никогда им не был.
А я как дура, постоянно давала ему шанс, сетуя вместе с ним, что у него просто трудный период в жизни.
– Хорошо, что твоя мать тебя не видит.
– Вот ещё одна статья расходов была пустая! Если бы я знал, что она помрёт, даже деньги бы не тратил на её лечение.
– Заткнись! Слышишь! Заткнись! – начинаю плакать, и наверное, даже не из-за себя, а из-за его матери.
Мне так её жалко. Как она могла вырастить такого сына? Где и что произошло не так, что он оказался таким ублюдком? Она ведь сама по себе была прекрасная женщина. Всегда очень добрая, внимательная к людям, к сыну.
И никогда к себе...
Возможно, это была её ошибка.
И вдруг я понимаю, что чуть не повторила её путь.
Эта нелепая жертвенность… Кто её ценит? Кому она нужна?
Вот и я теперь одна с детьми оказалась именно из-за того, что жалела его.
Как же так могло случиться, что я ошиблась в двух мужчинах?
Я сто процентов в этой жизни что-то не понимаю!
Плетусь домой, смахивая слёзы.
Меня шатает из стороны в сторону, словно и я сама пьяная.
Ещё немного, и у меня не останется сил. И не только физических, сколько моральных.
И любовь к Денису, уже не так греет душу, потому что мне некогда думать о нём.
Все силы забирают мои дети. Ещё чуть-чуть
