– У меня мать болеет сильно. Плюс у нас двое. Денег катастрофически не хватает. Купили коляску, она ведь на двойню. Посмотрите цены на коляски на двойню! Купили две кроватки. Вот и умножайте всё на два!
– Надо было предохраняться!
– Ой ли..,– а потом вдруг резко замолкает. Понимает, видимо, что сейчас мне не выгодно хамить. Денег ведь и работы просит. Меняет тон. – Ну будьте вы человеком, просто помогите с работой, – ластиться ко мне как преданный пёс, а мне противно.
– Хорошо, иди устраивайся. Но ты будешь работать не в офисе. Это сто процентов. На стройке. Как раз разнорабочих не хватает.
– Мне хотелось бы всё-таки в офисе…
–Тогда иди ещё другое место, – пожимаю равнодушным плечами, уверен, что он откажется, и уйдёт. – В офисе-то не получишь место. Устраивает стройка или нет, говори сразу. У меня совершенно нет времени болтать впустую.
– Я хотел бы спокойно какие-нибудь бумажки в офисе перебирать. Так сказать, непыльное что-то.
– Ты глупый или наглый? Ты, видимо решил, что, если я был добр с Алиной, значит будет тоже самое с тобой?
– Она о вас хорошо отзывалась, – кивает.
– И что? Ты, видимо, слушая эти отзывы одного не учёл: я добр и учтив не со всеми и до определённого времени. Тебе нужно быть более аккуратным в общении со мной. Я тебе не друг, не сват, не брат. Условия мне ставить совершенно точно не надо. Если я тебя и возьму, и то только на стройку класть кирпичи, и сделаю это ради своей сотрудницы, твоей жены, а не потому, что ты такой смелый и качаешь тут права. Усёк?
– Нет, на стройку не пойду. Всё-таки надеялся на офис. Ну раз с работой не получилось, могу я попросить вас об одолжении?
– Ещё что? – продолжаю удивляться.
– Как я сказал, мама болеет, лекарства нужны. Денег не хватает. Двое детей. Помогите нам. Ну-у-у, – задумывается, – будем считать, что вы просто помогаете какой-то бедной семье. А при условии того, что вы знаете девушку из этой семьи, я думаю, что вам не составит особого труда оказать такую материальную помощь. Будете точно знать, что деньги не пошли на что-то плохое, а на детей, – сверлит меня глазами.
– Твои дети. Отец должен заботиться о них, – пожимаю плечами.
– Да, отец должен заботиться, – замолкает, словно ищет подходящие слова, – но всё-таки, в честь добрых и хороших, близких отношений, помогите Алине. Сама она стесняется прийти и попросить. А мне вот пришлось переступить через себя, и идти к вам на поклон. Не пошёл бы унижаться, вот честно! – театрально бьёт себя в грудь¸ – но она так просила, так умоляла. Говорит, сходи, напомни ему, что я у него работала, всё-таки его сотрудницей была, а сейчас в тяжелом финансовом положении. Неужели босс не поможет? Не поможете?
Я не хочу слушать больше этот бред. Она дура? Пусть лучше он заткнётся! Пусть она останется в моей памяти хорошей девчонкой, а не идиоткой и попрошайкой. Хочу её запомнить характерной, гордой, упрямой девушкой.
Желаю лишь, чтобы он отсюда ушёл, и больше не появлялся никогда на моих глазах. Он и она мне противны. Не ожидал от неё такого.
– Пошёл вон отсюда! Ещё раз появишься, своими ногами не выйдешь из кабинета!
Трясёт! Как я мог любить эту меркантильную расчётливую дрянь?!
Очень хочется поехать и посмотреть ей в глаза, пусть сама денег просит, а не прикрывается никчёмным муженьком!
– Денис Константинович! Вам пора в аэропорт, и так уже задержались!
– Как мне все надоели со своими требованиями и претензиями, – бубню себе под нос собирая портфель, чтобы снова лететь в Москву и решать вопросы матери.
Глава 32. Никогда ни о чём не жалеть!
Глава 32. Никогда ни о чём не жалеть!
Прошёл уже два месяца как я родила своих деток: доченьку и сыночка, а кажется, что один день.
Родила я на месяц раньше срока, но мне повезло, дети были крепкими и сильными, поэтому я не очень долго лежала с ними в больнице. Они быстро прибавляли в весе и хорошо кушали.
Ощущение, что они с характером с самого рождения.
Сын не любит пелёнок, если я его начинаю пеленать, он психует, кряхтит и плачет. Как только одеваю памперс и штанишки, потягивается довольный и улыбается.
Такой же, видимо, как отец его – свобода нужна с самого рождения. Сковывать его обязательствами и условиями нельзя ни при каком раскладе.
Дочь напротив, тихая, спокойная, но тоже требует внимания, потому что неожиданно у нее началась аллергия. Не могла почти неделю понять на что.
Она плакала чуть ли не постоянно.
Иногда мне кажется, что я скоро сойду с ума от усталости. Но изо всех сил креплюсь и стараюсь держаться добро.
Не хочу расстраивать родителей своей кислой физиономией.
Всё равно, как бы оно не было, на душе стало чуточку легче, потому что, я отключила все свои чувства.
Живу на автомате, а у робота какие проблемы? Только команды надо выполнять чётко, а больше ничего и не требуется.
Изо дня в день занимаюсь своими детьми.
Мне некогда распаляться на что-то другое.
Радость только вечером, да в выходные дни, когда мама и Ирка могут подстраховать меня и побыть немного с детьми.
Мне позволительно уходить на пляж на пару часов, благо он недалеко от дома.
Теперь я всё больше люблю сидеть у воды и просто смотреть на неё.
Это позволяет мне отключить мозг вообще от всего.
Наблюдаю за веселыми и счастливыми людьми, детьми, гуляющим или купающимися рядом и просто радуюсь тому, что мои дети теперь со мной.
Есть, конечно, проблемы с деньгами, но я была готова к этому.
Очень много уходит на памперсы, питание деток. Молока совсем не хватает, приходится докармливать смесью.
Чувство вины, конечно за то, что они на смешанном вскармливании мучает, но вариантов всё равно нет.
Сил нет, откуда молоку то взяться?
Мама старается иногда и по ночам вставать, чтобы мне помочь, но я снова и снова прошу её этого не делать.
Надо учиться справляться самой, потому что это моя ответственность, я сама приняла
