– Я здесь, – откликаюсь я.
Она идет на мой голос и входит внутрь, неся в обеих руках дымящуюся кружку с кофе. На нем теплая клетчатая куртка и шапочка, натянутая на вьющиеся волосы.
– Вот черт, – поставив кружку и широко раскрывая объятия, говорит он. – Рад, что ты вернулась, путешественница.
Похоже, в Сан-Диего я стала настоящей тряпкой, потому что когда он отстраняется, я тяну его назад, обнимая еще крепче.
– Спасибо, – отвечаю я. – Спасибо, что позаботились о лодках. Вы, парни, неплохо справились, – я отстраняюсь, но прежде стаскиваю с него шапочку, взъерошив блондинистые волосы.
Его характерная улыбка на месте. Ден всегда был самый улыбчивым из нас и настоящим шутником, тут он меня не разочаровал.
– За мной идет Кирилл, но мы можем улизнуть и покрасить друг другу ноготочки, если тебе сильно хочется.
– Пошел на хуй, – говорю я и, смеясь, бросаю в него его шапочку.
С огромным бумажным пакетом с обедом в одной руке и яблоком в другой появляется Кирилл.
– Вы только посмотрите, кто вернулся, – говорит он. Он обнимает меня с такой же силой, что и Ден, и все сейчас встает на свои места: братья и сестра Ипатко на лодке, готовые начать новый день. Кроме того, что этот день начинается по-другому.
– Послушайте, – начинаю я, сняв бейсболку и почесав лоб. – Думаю, сегодня нам стоит остаться на пристани.
Кирилл изучает меня с секунду.
– Почему?
Я осматриваю пристань и все еще не вижу, чтобы отец поднимался на борт.
– Папа остался дома?
– Наверное, придет позднее, – отвечает Кирилл. – Тем более, когда он в курсе, что ты вернулась.
– В чем дело, Насть? – интересуется Денис. – Мы сегодня не будем расставлять сети?
Я решаю, что надо сразу им все рассказать, в присутствии отца или нет. Я надеваю бейсболку и смотрю на каждого брата по очереди.
– Думаю, я приняла решение.
Ден подходит чуть ближе.
– И в чем оно заключается?
– Думаю, мы должны согласиться, – я смотрю на Дениса и смеюсь над его умоляющим лицом. – На шоу.
Братья вопят от восторга и бросаются меня обнимать.
– Блять, да, – кричит Кирилл и его голос эхом отражается от воды. – Ох, Настюш, да это же здорово. Хвала небесам.
– Ты хоть представляешь, что скажут люди? – спрашивает Ден, но при этом улыбается так, что сразу видно – это его беспокоит меньше всего. – Они же нам проходу не дадут.
– Да пусть говорят все, что хотят, – отвечаю я. – Можешь им помахать из открытого моря, ведь наши двигатели на ходу.
– Ага, я им буду рассылать воздушные поцелуи, прикрывшись одной только выпиской со счета, как фиговым листком, – добавляет Кирилл.
Ден смеется:
– Уж ты-то точно будешь.
Я стою и смотрю на них, не понимая, куда делись Денис и Кирилл, которых я оставила, перед тем как уехать к Лере. Дела были хуже некуда, и, может быть, до сегодняшнего дня я этого не осознавала, наблюдая сейчас эту разницу. Они оба улыбаются, такие молодые и счастливые. И впервые за целый год смотрят на меня с надеждой. Счастье нельзя купить за деньги, но, согласитесь, намного проще его найти без беспокойства, когда ты поешь в следующий раз.
– Давайте-ка, – говорю я им, снимаю большой блокнот с крючка возле двери, большим пальцем листая ежедневные дела. – Хочу все еще раз проверить и сообщить им, что нам надо починить.
Ден направляется за мной в рубку.
– Ну а теперь расскажи про Калифорнию.
– Что означает рассказ о кисках, – перебивает Кирилл.
– Следи за языком, Кирюш, – тихо упрекаю я.
Кирилл смотрит на меня с самым комичным невинным лицом, какое я только видела.
– Все прошло хорошо. Было здорово встретиться со Светой и Лерой. Посмотреть на магазин, – я помечаю пару напоминаний в блокноте, добавляю сегодняшнюю дату и начинаю писать список дел в порядки важности. – Я видела Полину, – добавляю, сразу же об этом жалея.
– Полина, – повторяет Денис с явным интересом в голосе. – Полина, которая в плащике?
Ну конечно, разве Ден мог о таком забыть. Карма – та еще сука, и Денису посчастливилось приехать ко мне домой как раз в тот момент, когда Полина садилась в такси. Он определенно был счастлив поделиться этой информацией со всеми членами нашей семьи.
Я смотрю на него поверх блокнота.
– Да, та самая Полина.
– Ах ты, сучка, теперь понятно, почему ты не отвечала на звонки.
– Да, на счет этого… – начала было я, но Ден уже качает головой.
– Мы большие мальчики, Насть, и сами справились. А вот ты заслужила отдых, сестренка.
– Точно, – вторит Кирилл.
– Ладно тогда, – немного растерянно отвечаю я, не зная, что на это ответить. – У нас есть двигатель, который мы должны перебрать, прежде чем сделаем контрольный звонок, так что за работу.
***
Как будто и не уезжала. Я работала от рассвета до заката – прерываясь только на обед, чтобы мы с братьями и отцом позвонили продюсерам сообщить, что мы все-таки согласны – и было так чертовски приятно работать до полной усталости, когда даже нет сил стоять, и ты слишком измочалена, чтобы думать или беспокоиться.
Я проснулась посреди ночи, когда вся ясность ума отдыхала в сторонке. Мне приснился очень реалистичный сон. Снилась Полина, она сидела на мне и смеялась над моими словами. Ее обнаженное тело было еле различимо в лунном свете, а когда я проснулась и ничего этого не увидела, по всему нутру прошла боль.
Было куда проще лежать и смотреть в потолок, чем отважиться снова заснуть и снова увидеть ее во сне. Я не уверена, ускорила ли Полина невозможность наших отношений своим разговором с Сальваторе Марин за моей спиной, или это я разрушила их, согласившись на участие в этом шоу, но как бы то ни было, я должна признать: для нас нет никакого будущего.
Несмотря на все это, сейчас я понимаю, что никогда до сих пор не любила, и не представляю, как все это пережить. Мне и страшно, и интересно, всегда ли будет ощущение этой пустоты под ребрами, словно в Калифорнии я оставила что-то жизненно важное.
***
Прошло четыре дня, с тех пор как я видела ее последний раз, и всех, кто утверждает, что со временем станет легче, хочется послать нахуй. Я практически не сплю, не ем и работаю на износ.
Я привела дела в порядок с Сальваторе и выставила на продажу нашу самую маленькую лодку, чтобы сконцентрироваться на двух больших. Организаторы шоу в течение недели пришлют механиков отремонтировать «Линду», поэтому у меня еще есть время попробовать что-то сделать самостоятельно. Я прихожу в доки первой и ухожу последней. К среде мы полностью перебрали двигатель и наконец-то поняли, что причина серьезнее, и самостоятельно нам не справиться.
Кирилл полдня провисел на телефоне с продюсерами, обсуждая все поломки, пока я с Деном проверяла шкивы на износ. Отец проверял сети, говоря, что и где нужно отремонтировать, когда я услышала знакомый голос.
– Разрешите подняться на борт, Капитан.
Я смотрю вниз и вижу улыбающуюся Леру.
– Срань господня, – удивляюсь я. Я машу ей, чтобы она поднималась на лодку. – Какого черта ты тут забыла? – моя первая реакция, конечно же, радость, когда я увидела подругу, которая проделала весь этот путь до меня.
Но потом я почувствовала почти животный страх. Я приехала и уехала, не объясняя ей никаких причин, и даже не отзвонилась, когда доехала до дома. А сейчас, когда я приняла важное решение относительно семейного бизнеса, я так ничего и не рассказала двум своим лучшим подругам.
– Что-то случилось? Со Светой? Или с Полиной?
Она уже отрицательно качает головой.
– С ними все в порядке, – отвечает она. – Я приехала поговорить с тобой, – она тянет меня в объятия, потом отходит и смотрит вокруг. – Никогда не думала, что снова окажусь здесь, – говорит она. – Тут воняет гребаной рыбой.
– Да будь я проклят.
Мы обе оборачиваемся и видим идущего к нам улыбающегося Кирилла.
– Кирюша, – приветствует Лера и обнимает его. После чего переводит взгляд с него на меня. – Как дела?
