попала эта жидкость, и он активировал у меня искин — я ее теперь Лизкой зову, она помогает мне во всех моих делах, — Вика сделала паузу.
— Удивительные ты вещи рассказываешь. Слышал я о таком рекорде — как анекдот ходил в спортивном сообществе Новосибирска. Насчет рекорда я верю — с твоей силой это не мудрено. Почему ты мне раньше это не рассказывала? — спросил Никита.
— У тебя пришел срок активации искина, можешь, конечно, отказаться от этого, я тебе внедрила систему «личный доктор», она будет следить за твоим здоровьем, ничем не будешь болеть, как не будешь и стареть, пока со мной работаешь. А если я его активирую, то ты приобретешь такую же силу, как я, и у тебя в голове будет суперкомпьютер работать, помогая во всех делах, между нами будет телепатическая связь, не зависящая от расстояний. Но в этом случае ты станешь моим агентом как минимум на десять лет, — ответила Вика.
— Блин, вот засада! Ты уже, оказывается, меня заразила этим! Это лечится? — спросил Никита с отчаянием.
— Да, как только перестанешь со мной работать, я отключу систему «личный доктор», будешь доживать свой век, как обычный человек, — ответила Вика.
— Хм, в личном докторе я ничего плохого не вижу, — размышлял Никита. — Необычно это все, поэтому и разволновался. А активация как проходит? Сложная процедура?
— Нет, я дам команду по телепатической связи, и искин у тебя активируется, — ответила Вика.
— Можно попробовать, — колебался Никита.
— Никаких проб — это не бесплатно дается, под протокол обязуешься работать на меня десять лет — этого достаточно будет. После этого свободен, как птица, с личным доктором и искином, будешь жить вечно и не стареть, — сообщила Вика.
— А что ты раньше не сказала про вечную жизнь? Я готов! Активируй мой искин! — подскочил Никита.
— У тебя в голове сейчас раздастся голос — искин поздоровается с тобой.
— Ой! Правда голос в голове, — после этого Никита замолк на минуту, общаясь с искином.
Дальше они с Викой начали обсуждать, как можно использовать искин с пользой для себя. Вика многому научилась и охотно делилась своими знаниями.
Через день они съездили в Москву, Никита позвонил в США, узнал, что ставки на чемпионат мира по стрельбе практически не делают. Они провели день в Москве, посетили ресторан, обсуждая возможные прибыли от соревнований в Сиэтле в плане выигрыша в тотализаторе.
Вика хотела поставить на себя семьдесят миллионов, но Никита резко стал возражать — кто знает, как повернет колесо фортуны?
— Вика, я поставлю на тебя не более половины своего капитала — два миллиона. И тебе рекомендую умерить свои аппетиты — ставить не более сорока миллионов. Еще дождаться надо соревнований и посмотреть, как будут ставить на нас и нашего соперника! — осторожничал он.
— Ладно, посмотрим. А то я ожидала на чемпионате мира что-то заработать, а оказывается, в США на него никто и не ставит — так, по мелочи, — согласилась Вика.
Они вернулись на спортбазу, и на соревнованиях Вика установила мировой рекорд — на одно очко превзошла его, по каждой дисциплине — лежа, с колена и стоя. Спорткомитет был доволен, место в Олимпийской сборной Вике было обеспечено.
Через месяц они вылетели в США, в Сиэтл на открытый чемпионат США, куда Вику пригласили как прошлогоднюю чемпионку. Первым делом Никита сходил в букмекерскую контору, узнал насчет ставок на чемпионате. Букмекеры его разочаровали — сейчас идет чемпионат США по бейсболу, все деньги ушли туда, и вряд ли кто будет ставить на стрелков.
— Вика, вот это сюрприз! Похоже, что мы в этом сезоне ничего не заработаем! — сообщил Никита.
— Я же тебе говорила, что это случайный заработок — нам просто повезло. Будем соревноваться и выигрывать соревнования без всяких сюрпризов — может, пригласят сняться в оружейной рекламе, — Вика и сама не скрывала своего разочарования. Она рассчитывала, как минимум удвоить свои капиталы.
Им даже не предложили участвовать в матче-реванше с Робом Литемом, похоже, тот получал вознаграждение от букмекерских контор. А если к матчу нет интереса — зачем его организовывать?
Но все равно финансовые дела Вики были неплохими — их брокерская контора за прошедший год обеспечила прирост капитала на двенадцать процентов, а это почти десять миллионов долларов. Никита заработал четыреста пятьдесят тысяч. Вике надо было думать о других источниках роста капитала, тотализатор оказался исчерпан.
Но надо было побеждать, и Вика в очередной раз получила звание чемпиона США по винтовке и стандартному пистолету, ничего при этом не заработав, но по привычке устроив на соревнованиях по пистолету колебания, еще раз продемонстрировав свою нестабильность в результатах. Ей хотелось оставаться темной лошадкой на будущее участие в соревнованиях и в игре на тотализаторе.
— Привет, Вика! Поздравляю с очередной победой на чемпионате США, — Виктор позвонил ей по мюонной связи.
— Спасибо за поздравления, но в этот раз выигрыш чисто моральный, — усмехнулась она.
— Вика, займись игрой на бирже. Стартовый капитал у тебя имеется, я буду обеспечивать тебя инсайдерской информацией, мне будешь отдавать половину прибыли, — предложил Виктор.
— Хм, ты предлагаешь мне рисковать своими деньгами, а половину прибыли ты хочешь отобрать? — уточнила она.
— Ты можешь играть на бирже без моего участия и рисковать самостоятельно. Но это как играть в тотализаторе с неизвестными результатами — твой риск и твой выигрыш, — ответил Виктор.
— Я так не играю, — тут же ответила Вика. — У меня капитал размещен в брокерской конторе, обеспечивает двенадцать процентов годовых. Зачем мне лишний риск?
— Ну, как знаешь. А играя со мной, ты можешь получить двадцать пять процентов годовых! — сообщил Виктор.
— Давай подробности насчет инсайдерской информации — это же незаконно в США, но, может, меня это и привлечет, если это будет безопасно, — предложила Вика.
— Я анализирую информацию, поступающую от моих агентов со всех территорий США, и при колебании курсов акций изучаю причины колебаний. Исходя из этого, делаю выводы о дальнейшей стратегии относительно этих акций. Вот и все, ничего необычного. Никакой противозаконной деятельности я не веду, не подкупаю должностных лиц, чтобы они мне слили инсайдерскую информацию, все в рамках закона, — еще раз подчеркнул Виктор. — Надумаешь — звони! — и он отключился.
«Подумаю над этим и решу позже»,
