class="p1">Продумывать какие-то другие варианты не имело смысла – целью Жени была встреча с актрисой Лидией Фруминой.
Женя разыскала место, где на окраине Переделкина, в дачном массиве, рядом с лесом, проходили съемки. Увидев толпу людей, которые передвигались по площадке так же хаотично, как муравьи в муравейнике, она заприметила длинный стол под навесом и, припарковав машину под елями, взяла большущую корзину с пирожками, купленными в трех подольских пекарнях (пирожки были с разной начинкой и отличались и вкусом, и запахом, и качеством, хотя все были свежими), и расположилась рядом со столом. Она приготовилась было уже кому-то объяснять свое присутствие, запомнив наизусть придуманное ею же название кейтеринговой компании («Пирожковый джинн»), как уже очень скоро поняла, что никого вообще не интересует, кто она такая и откуда выпечка. Аромат пирожков притягивал народ и без всяких объяснений и рекламы. Люди подходили, по-быстрому хватали пирожок и, поблагодарив Женю, убегали.
Женя в какой-то момент смешалась с толпой, и ее вынесло к большой старинной даче, рядом с которой и снимали сцену, где главная героиня Фруминой разговаривает с энкавэдэшником, выясняет отношения. Было несколько дублей, во время которых мимо них то и дело прохаживались статисты, мальчишка в коротких штанах проезжал на стареньком велосипеде…
После выкрика «Снято!» все расслабились и начали разбредаться кто куда. Женя проследила за Лидией Фруминой. Ее вагончик находился в таком укромном месте, за деревьями, что мало кто мог заметить входивших или выходивших оттуда людей. Совсем уж глухое место было и за вагончиком, просто какое-то слепое пятно, за которым проходила заросшая травой лесная дорога, ведущая к грунтовке. Там же стояла машина актрисы.
Женя, пробормотав «Господи, помоги!», ворвалась в вагончик, не постучав, представив, что она на самом деле родная сестра погибшего Виктора Юрьева – именно этого персонажа ей предстояло сыграть, чтобы разговорить актрису. По свежим следам, когда Фрумина, возможно, еще и не знает о смерти поклонника.
…Примерно через полтора часа после отъезда Ребров позвонил Борису, и Женя, которая присутствовала на кухне, поняла из разговора, что несчастный Юрьев подготовился к свиданию с актрисой капитально, купил дорогой подарок, цветы, лакомства. Она заметила, что ее хозяева, братья Бронниковы, для удобства часто говорят по телефону, включив громкую связь. Во время разговора они могут прохаживаться по комнате, пить кофе, курить и совершать великое множество различных действий, не прерывая разговора. Хотя вот в этом конкретном случае, заподозрила она, громкая связь была включена намеренно, специально для того, чтобы держать Женю, принимавшую активное участие в деле сестер, в курсе. Что само по себе было очень приятно, до мурашек. Особенно если учитывать сложные отношения, создавшиеся между Женей и ядовитым Борисом. Но главное – теперь она была в курсе событий и могла придумать свою историю.
– Куда собрались?
Когда, прибравшись на кухне и переодевшись, Женя уже стояла перед дверью, рядом с ней возник Борис.
– В Переделкино, – замерев в напряжении, призналась она, сделав это специально, желая продемонстрировать и свое доверие к адвокату. – Есть кое-какие мысли, планы. Может, добуду еще какую-нибудь полезную информацию.
– Хорошо, – внезапно без всяких подковырок одобрил он ее план. – А я – к Реброву. Он так быстро уехал, я даже не успел собраться. Уверен, ему сейчас нужна моя помощь. Возможно, он позволит мне еще раз осмотреть квартиру Супониных.
– Борис, а что с Петром? Он даже не вышел к завтраку.
– Так завтрака же и не было, – усмехнулся Борис, снова превращаясь в прежнего несносного домовладельца.
Женя со злостью толкнула перед собой тяжелую дверь и вышла на свежий воздух. Над головой между темно-голубыми облаками начинало светлеть, еще немного, и выглянет солнце. Хоть бы не было дождя, подумала она, чтобы удалось провернуть аферу с пирожками.
…И вот теперь она, захлопнув за спиной дверь вагончика, стояла перед известной актрисой Лидией Фруминой и сама не верила, что ей все это не снится. Если бы не эти страшные убийства, разве смогла бы она поступить так дерзко, просто ворваться к звезде, чтобы еще и наорать на нее?! У нее и план такой был – внезапность, грубость, резкость. Она должна была застать Фрумину врасплох. Напугать ее.
Лидия была красива. Огромные глаза, ярко-красные губы. Даже слегка уродливый светлый парик с уложенными волнами натуральными волосами ее не портил. Женя успела представить Фрумину с большим гнездом аиста вместо прически на голове, но и в этом случае она оставалась бы привлекательной и красивой. Все-таки не зря она стала актрисой и ей поручали главные роли, пусть и в мыльных сериалах.
– Вы кто? – Лидия стояла перед ней в кружевных трусиках и бюстгальтере кремового цвета, почти голая, и таращилась на Женю. – Вы что, спятили? Как вы посмели сюда ворваться?
– Что ты наговорила моему брату, что сказала такого страшного, что он пожелал умереть?! – со слезами в голосе спросила Женя, хотя эти слезы и этот дрогнувший голос относился скорее к погибшим девушкам, о которых она постоянно думала, ну и о Реброве, конечно.
– Какой еще брат? Что вы такое несете?
– Моего брата звали Виктор. Он ехал к вам позавчера, чтобы сделать предложение, как я понимаю… Мы вместе с ним выбирали для вас сережки с изумрудами, букет цветов, сладости… А теперь он лежит в морге с разбитой головой.
Лидия, шаря рукой в поисках опоры и найдя ее, присела на стул, забыв даже набросить халат. Молча смотрела на Женю и почти не дышала.
– Вы сестра Виктора?
– Да. А вы – та самая сука, из-за которой мой брат погиб? – прошептала сипло Женя, глотая вполне себе натуральные слезы.
– Как… погиб? Что с ним случилось?
– А вы не знаете? Вам еще не доложили?
– Нет, я ничего не знаю.
– Он ехал к вам, это было позавчера, чтобы сделать вам предложение. Купил для вас подарок, сережки с изумрудами, все как положено…
– И что случилось?
– Вы меня спрашиваете? Он даже не успел вам ничего сказать… Что-то произошло между вами серьезное, вероятно, он узнал что-то такое, что заставило его передумать делать вам предложение.
– И? Что вы все тянете-то?! – Фрумина достала сигарету и закурила. – Да что с Витей?
– Он где-то напился, может, это вы его напоили, не знаю… И вчера он на полной скорости намеренно врезался в столб и погиб! Из-за вас, понимаете? Молодой красивый парень!
– Витя? Погиб? Но этого не может быть! Мы с ним позавчера виделись, он приезжал сюда ко мне. Мы разговаривали, но никакого предложения он мне не делал. А вы уверены, что эти сережки с изумрудами, как вы говорите,
