– Сначала «миллионщики», затем с полугалчевым интервалом – Чичхох и Черные роботы, – перечислил Аллавель. – Надеюсь, вы хорошо освоили мультпликатор?
– В пределах четырех копий, – подтвердил Домби Зубль. – Но сначала я должен изучить последние новости.
– Я подготовил все необходимое, – Аллавель стукнул манипулятором по корпусу. – Сейчас мы начнем посадку, так что задавайте последний вопрос.
– Роботам Авареска действительно нужен политкорректор? – спросил Домби Зубль, на мгновение вспомнив свою профессиональную молодость. До сих пор ему не случалось консультировать роботов.
– Пока нет, – ответил Аллавель. – Но после завтряшних событий он им наверняка понадобится.
Туман рассеялся, и Домби Зубль понял, что откровенный разговор закончен. Возле горизонта появилась желтая полоска берега, флаер едва заметно дрогнул и пошел на снижение.
Домби Зубль смотрел в окно, фиксируя едва заметные отличия пейзажа от ранее просмотренных записей. За несколько месяцев со времени съемок роботы превратили свою столицу в законченное произведение сюрреалистического искусства. Завод – а столица в честь одного из двух богов местного культа называлась именно так – представлял собой тысячи плоских темных зданий, связанных между собой ажурной паутиной трубопроводов, воздуховодов, световодов и прочих проводов. С высоты нескольких километров это скопление представлялось внушающим ужас клубком из серо-стальных нитей, а вблизи распадалось на отдельные скопления зданий, протянувшие друг к другу широкие ленты магистральных дорог. Аллавель направил флаер в самую гущу увитых проводами высотных мачт, заложил крутой вираж и приземлился на крыше ничем не отличающегося от остальных здания, вблизи оказавшегося громадным кубом высотой в несколько сотен метров.
– По большей части, – сказал Аллавель, открывая Домби Зублю дверцу, – внутренние пространства пустуют. Смотрите на них как на архитектурные украшения. Мы любим суровую красоту металлических джунглей!
Громыхая по подернутой ржавчиной крыше, Домби Зубль проследовал за своим гидом к конусообразному лифту и спустился на несколько этажей вниз. Здесь, за просторным и абсолютно пустым холлом с мертвенно-белым самосветящимся потолком, располагалась одна из Приемных – место, где посетители могли встретиться с официальными лицами Роботов Авареска в их свободное от основной работы на Федерацию Фтальха время.
– Я подожду вас снаружи, – сказал Аллавель, останавливаясь возле двери.
Домби Зубль молча кивнул и зашел внутрь, сопровождаемый неразлучным саквояжем. Вопреки его опасениям, Приемная оказалась не столь уж велика – размером со средний концертный зал и со значительно меньшим количеством сидячих мест. Домби Зубль прошел между универсальными креслами, пригодными практически для любой разумной расы, и остановился у первого ряда, громко доложив о своем прибытии:
– Политкорректор Дайен Збирек, к вашим услугам!
Три робота – два стандартных цилиндра и один фтальхоид, великаном высившийся над своими коллегами, – оторвались от бесшумного разговора и повернулись к своему гостю.
– Я – председатель Тройки, – сообщил фтальхоид, складывая на груди громадные верхние конечности, – Фаннуэр Семь. Слева от меня – инженер по стратегии Лапикель Два, а справа – инженер по связям с общественностью Пабилор Восемь. Мы как раз обсуждали наши возможные потребности в ваших услугах, политкорректор. Присаживайтесь и расскажите, что вы можете нам предложить!
Домби Зубль сел на первое попавшееся кресло, тут же мягко обхватившее его за нижнюю часть туловища, и щелкнул пальцами, подавая сигнал саквояжу.
– Не нужно, – прервал его Фаннуэр Семь. – Мы уже получили вашу презентацию и внимательно ее изучили. Сейчас нас интересует ваше собственное видение ваших услуг. А кроме того, у нас есть к вам несколько вопросов.
– Хорошо, – Домби Зубль жестом загнал саквояж под сидение. – Я буду предельно краток. Ваш туристический бизнес находится в глубокой стагнации. У вас лучший сервис в Галактике, идеальные для большинства гуманоидов климатические условия, неповторимые природные ландшафты. Ваша Стальная пустыня завоевала первую премию Федеральной Академии Архитектуры. Ваша Звездная Терраса – единственный фтальхский отель, удостоенный высшей категории удовольствия. Ваш клиентооборот падает уже три сеза подряд, а ваши рекламные кампании неизменно дают отрицательный эффект. Ваша проблема – не в вашем товаре, а в вас самих.
– Первый вопрос, – прервал Домби Зубля Фаннуэр Семь. – Откуда вы получили сведения об эффективности наших рекламных кампаний?
– Из конфиденциального отчета «Пано-Гал», вашего крупнейшего конкурента. Весьма любопытный документ, – Домби Зубль демонстративно посмотрел на свой саквояж, – и весьма дорогой, надо отметить. Клиентооборот Пано-Гал вырос за последние пять сезов на двенадцать процентов.
– Мы знакомы с этим отчетом, – кивнул Фаннуэр Семь. – Второй вопрос: что не так с нашей рекламой?
– Я политкорректор, – заметил Домби Зубль, – а не рекламный стратег. На мой взгляд, с вашей рекламой все в полном порядке. Повторяю: проблема – в вас самих!
– Если с рекламой все в порядке, – зашевелил манипуляторами Пабилор Восемь, – почему она дает отрицательный эффект?
– Потому что в ней упоминаетесь вы, – в третий раз повторил Домби Зубль. – Вы, интеллектуальные технические устройства. «Железки», в переводе на низкий федератный.
– Наша реклама звучит на высоком… – начал было Пабилор Восемь, но фтальхоподобный Фаннуэр Семь издал высокий свист, и робот по связям с общественностью тут же замолк.
– Продолжайте, – сказал Фаннуэр Семь Домби Зублю. – Мы выслушали вашу критику; теперь мы хотим послушать ваши предложения.
– Я могу вам помочь, – просто сказал Домби Зубль. – Я знаю, в чем ваша проблема, и знаю, как ее устранить.
– Третий вопрос, последний, – сказал Фаннуэр Семь. – Так в чем же состоит наша проблема?
Домби Зубль закинул ногу на ногу и запрокинул голову, чтобы придать взгляду необходимую снисходительность.
– Вы – «железки», – пояснил он. – Мало кто в Галактике способен поверить, что вы на самом деле хозяева своего континента. В глазах ваших клиентов вы не те, за кого себя выдаете. Я могу объяснить подробнее, но на это потребуется значительно больше времени.
– Не нужно объяснять подробнее, – возразил молчавший до сих пор Лапикель Два. – Расскажите теперь, чем вы можете нам помочь.
Домби Зубль скрестил руки на груди:
– Уважаемые господа, я профессионал. Вы наверняка изучили мой послужной список и знаете, на что я способен. Как только мы оформим протокол о намерениях, и ваш Верховный подпишет его от имени Лиги, я тут же расскажу вам о своих предложениях. Но – ни минутой раньше!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
