и свободе, которую там обретал. По старине Мейкдону и зануде Раймонду. Целы ли? Оставалась ничтожная надежда, что они выбрались из той заварухи и дошли до западных островов.
Вопреки сомнениям, Алекс всё-таки нашёл нужную дорогу, и довольно быстро. Он ведь гостил у брата тогда. Сто лет назад, кажется, это было. И учитывая, как бурно они расстались, Алексу совсем не хотелось вспоминать дорогу, однако это была последняя возможность помочь их несчастному страдальцу.
Под копыта гнедой чуть не попал парнишка, вышмыгнувший откуда-то. Алекс едва успел остановить кобылу и сразу увёл в сторону. К демонам, надо обойти эту толчею. Но даже по окраинным улицам двигаться верхом было невозможно. Дома понастроили высокие, двух- и трёхэтажные, а улицы слишком узкие. В конце концов Алекс с Эриком двинулись пешком, только Джейна осталась сидеть, крепко вцепившись в седло.
Дом Сеймона, помнится, стоял когда-то на самой дальней от побережья улице. Впрочем, здесь по-прежнему были не улицы, мощённые булыжником, а каменистые утоптанные дорожки. Казалось, что за десяток лет ничего не изменилось.
Они пробрались под нависающими ветвями яблонь и ясеней, уже теряющих листву, ещё немного попетляли по узким дорожкам, но в итоге нашли его. Покосившийся дом стоял в стороне, но это точно он. Только обветшал сильно, что странно. Сеймон всегда так заботливо относился к своему хозяйству, хоть и жил второй десяток лет один-одинёшенек.
Он – дархан, прошедший обучение у наставника, – такой, каким должен был стать и Алекс, если бы согласился на эту судьбу. А ещё – невыносимый зануда, и одному Тёмному известно, как он отреагирует на их появление и не доложит ли кому не надо. Но идти больше не к кому, по пятам могут вот-вот выйти преследователи, так что Сеймон и его связи – сейчас последняя надежда.
Однако ещё не факт, что брат дома. Алекс оглянулся, пытаясь не выдавать своих сомнений. Эрик молчаливой тенью держался сзади. Алекс решительно постучал в белую, слегка облезлую дверь и успел ещё подумать, что с братом могло что-то случиться, может, заболел или вообще уехал. Жив должен быть – присылал же письмо полгода назад… Но дверь распахнулась, на удивление, быстро, Алекс даже не успел опустить руку.
Сеймон стоял с широко распахнутыми глазами на пороге. В своём обычном цветастом костюме с широкими, как две юбки, штанами и свободной рубахой он выглядел всё ещё неплохо, даже молодо. Значит, не болеет. С удивлением Алекс заметил седину в тёмных волосах. А ведь всего на десять лет старше. Они помолчали, внимательно изучая друг друга.
– Хо-хо! Я ждал вас, – торжественно заявил вдруг Сеймон на ивварском.
Алекс нахмурился: что за чушь он несёт?
– Ждал… нас?
Сеймон подошёл к нему и крепко обхватил обеими руками, похлопав по спине:
– Привет, брат. Я просто знал, что ты придёшь, – отстранился он. – Заходите же скорее, небось смертельно устали с дороги.
Лучше и правда войти, и побыстрее. Эрик помог Джейне слезть, и они поковыляли следом за Сеймоном, а Алекс быстро пристроил во дворе лошадей и вернулся к дому. При входе пришлось пригнуться: прямо над дверью висел какой-то тяжелющий огромный рог. Это что за штука?
Зайдя внутрь, Алекс плотно закрыл дверь и опустил на всякий случай засов. В большой комнате было темно, везде что-то валялось: одежда, сумки, ремни, ещё какая-то ерунда. На столе стоял недоеденный завтрак. Сеймон принялся суетиться и извиняться за беспорядок. Демоны подери, он ведёт себя так, словно они не ругались и только вчера вместе пили. Будто не он раздражённо кричал в спину, что Алекс ему не брат.
Эрик с Джейной держались насторожённо, уже не зная, кому и чему можно верить. Джейна вцепилась в спинку высокого кресла и осторожно осматривалась, а Эрик… ну, он-то вообще выглядел паршиво. Недоверчиво нахмурившись, он пристально следил за Сеймоном. Ладно. Надо привести их в чувство, а там разберутся, что у брата на уме.
– Сей… – начал было Алекс, но тот тут же прервал:
– Никаких серьёзных разговоров! – брат прижал палец к губам. – Сначала вы придёте в себя и поедите – потом поговорим.
Эрик и Джейна снова переглянулись. Ах да, они же не понимают.
– Ты ещё помнишь, как говорить на энарийском?
– Спрашиваешь! – Сеймон с пониманием кивнул и перешёл на когда-то родной язык, обернувшись к Эрику с Джейной: – Пожалуйста, ничего не пугайтесь. Чувствуйте себя свободно. Друзья моего брата – мои друзья.
– Друзья?
– Брата?!
Они выпалили это почти одновременно: сначала издевательски хмыкнул Эрик, потом удивлённо приподняла брови Джейна.
– Ну… да.
– Но почему… – начала было Джейна, а потом тут же влез Эрик:
– Какого Тёмного мы сюда сразу не пошли?!
Сеймон смотрел на них несколько удивлённо, и Алекс поспешил подойти, обхватил обоих и шепнул:
– Без лишних вопросов. – Он похлопал их по плечам, повернулся к Сеймону и, улыбнувшись, ответил: – Мы и правда очень сильно устали. Дашь нам отдохнуть чуток с дороги, и, может быть, у тебя найдётся чистая или хотя бы целая одежда? – Алекс осмотрел собственную рубаху с оторванным подолом, которым перебинтовал Джейне подвёрнутую ногу. – А ещё мы умираем от голода.
Демоны его знают, что Сеймон там думает, но надо понемногу унять подозрения и всё выяснить.
– Конечно, сейчас всё сделаю. Боюсь только, для дамы у меня нет ничего подходящего… – Он задумчиво изучил Джейну и её истрёпанный наряд. Та зарделась, когда поняла, что её раскусили, оправила длинную рубаху, подпоясанную ремнём. И такая, румяная, стала ещё меньше похожа на парня. – Посмотрю из чего-нибудь старого, что клиенты не забрали, – решил он наконец и ушёл в комнату.
Эрик снова дёрнулся задавать вопросы, но Алекс только отмахнулся:
– Поедим, потом будем говорить. Полчаса погоды не сделают, а разобраться, что происходит, мне надо.
Вскоре они собрались в крохотной гостиной за изрядно обшарпанным столом. Все стены были завешены коврами и тканями, шторы на окнах были им под стать: плотные, тяжёлые, с кисточками и какого-то непонятного тёмного цвета, поэтому свет из окон почти не проникал. Перед едой Сеймон дал всем по очереди ополоснуться на заднем дворе бодрящей колодезной водой, и лица собравшихся засияли чистотой.
Эрик наконец избавился от раздражающего ивварского мундира, взамен Сеймон выделил чудную тёмную рубаху и простые штаны, зато по размеру. «В такой красоте только помирать», – со странной усмешкой осмотрел себя Эрик. Джейне брат Алекса откопал где-то белую блузку с широкими рукавами и открытыми плечами, но длинную юбку на ивварский лад она надевать отказалась и взяла только свободные брюки, не сильно лучше своих предыдущих.
Свой камзол Алекс ему выкинуть не позволил, и Сеймон скрепя
