class="p1">— Такахаси-кун поражает наш Клуб своими талантами — поясняет Аримару: — вы уж простите… моего кохая. Шьет и кроит он хорошо, а вот со словами у него беда.
— Ага. — замечает Хироши: — и … татуировки у него от того, что часто иглами колется когда шьет?
— Какие татуировки? Это у него переводные картинки — не моргнув глазом отвечает Аримару: — они вздумали в якудзу играть вот и наделали себе… у нас фестиваль был, маскарад и карнавал. Кто-то пиратами был, а наш класс — вот якудза. Очень страшно. Даже я себе сделал — он закатывает рукав и показывает карпов кои на предплечье, плывущих по синим волнам: — правда как настоящая?
— Вас с такими художествами в общую купальню не пустят — вздыхаю я: — пока не сойдут…
— Как не пустят! Аники ты же обещал! — поворачивается Птиц к Аримару и тот морщится.
— Все, заткнулись — говорит он: — а ну-ка пошли отсюда, я вам объясню, как себя вести надо! — и он вытаскивает из комнаты Птица и Сэмюэля. Мы с Хироши остаемся одни и он хмыкает, сложив руки на груди.
— И с какого перепугу ты у нас стал членом Клуба Экзорцизма? — спрашиваю я у него, раскатывая свой футон.
— С самого начала. Я самый верный и постоянный член Клуба — не моргнув глазом заявляет он: — у меня и членский билет есть. И взносы я плачу… кстати, я нигде не вижу твою Натсуми, а что-то мне подсказывает, что вся эта суета без нее не обошлась.
— Еще один проницательный — хмыкаю я: — и откуда на мою голову вы все свалились…
— Кента! Хироши! — в дверь стучат и тут же открывают, за дверью — Наоми, которая закрывает глаза ладонью: — вы тут одетые?
— Что случилось, Наоми-тян — спрашиваю я: — уже на ужин пора? Тут же «все включено»?
— Ужин подождет! Горячие источники же! Сразу говорю, что купальня общая, чтобы все в полотенцах были и без подглядывания! Сперва девочки! Вы — подождете!
— У нас купальня общая с несколькими домиками — замечает Хироши: — вы им-то сказали, что сперва девочки?
— Помолчи! Главное, чтобы вы знали! Все! Сперва девочки! — дверь закрывается, слышны легкие шаги, которые удаляются по коридору…
— Никогда бы не подумал, что я поеду в летнюю поездку с клубом — говорит Хироши: — ты дурно на меня влияешь, Кента-кун.
— Это мой талант. Дурно влиять. — соглашаюсь я: — так что держись от меня подальше, а то всякое возможно…
— А ты знаешь, что из четырех девчонок из Клуба Кладоискателей — двое по тебе сохнут? — невпопад замечает Хироши: — у меня взгляд наметанный… и где ты с ними мог пересечься?
— Кто знает — пожимаю я плечами: — может перепутали с кем-то…
— А еще рядом с нами в домике — семейная пара с дочерью… и дочь так на тебя посмотрела… где бы я ее видел? — Хироши поднимает взгляд и делает вид, что думает: — как звали ту мечницу, что ты в первый день на шоу придушил? Сора?
— Ты ходишь по очень тонкому льду, Хироши — предупреждаю его я.
— Я могу ничего не замечать и ни о чем не догадываться — отвечает он, на мгновение становясь серьезным: — но совпадением это не назовешь.
— Есть многое на свете, друг Горацио — вздыхаю я. В любом случае я тут не для того, чтобы Зрячего в апартаментах люкс, в ста пятидесяти метрах к востоку устранять. Я тут — чтобы отдохнуть и может быть дополнительные сведения собрать… я даже ничего с собой не взял, на случай, если Натсуми все же решила меня подставить и сейчас полиция ворвется и скрутит мне руки за спиной. Что? Это в сказках все добрые и пушистые, а Натсуми уже показала себя как очень информированная и категорически безжалостная особа. Да и мотивы у нее… те цели, что она заявляла в начале — подставить «Общество Высшей Истины» и очистить имя ее отца — эти цели практически достигнуты, но ей все мало. Вывод — она скрывает свои истинные мотивы и … на самом деле самый опасный человек рядом со мной, человек который слишком много обо мне знает и при этом скрывает свои истинные мотивы — это она. Второй такой же опасный человек — это Бьянка. Они обе действуют исходя из своих интересов, совершенно не считаясь с моим мнением и не включая меня в механизмы принятия решений. И это должно прекратиться. Переговоры… я уже разговаривал и с той и с другой. Бьянка пока согласилась на все и поджала хвост… но я сильно сомневаюсь, что она приняла правила игры. Впрочем — поживем, увидим. У нее есть один страйк. Если она удержится в рамках… то у нее есть шанс. Натсуми же… тут пора принимать меры, потому что она слишком самоуверенная и слишком торопит события.
— И в Боге полагают упование свое, что бы ни предприняли, ибо человек предполагает, а Бог располагает, и не в человеке путь его… — цитирует Хироши: — ты строишь слишком много планов, Кента-кун и это меня пугает. Я могу чем-нибудь тебе помочь? Не бесплатно, само собой разумеется…
— А знаешь… пожалуй можешь — окидываю я его взглядом: — помощь мне сейчас не помешает.
— Ого. Я наконец стану посвящен в тайные тайны самого Великого Кенты — улыбается Хироши и потирает ладони: — что надо сделать? Подсыпать порошок в чай? Найти материалы для шантажа?
— Не все так просто, дружище Хироши — я беру в руки старый бинокль, который оставил ушедший Птиц: — мы идем подглядывать!
Глава 17
Рекогносцировка — вот правильное слово. Подглядывать за купальней, которую временно оккупировали девчонки вместе с Мидори-сан и Косум — это для всяких там извращенцев. А мы с Хироши — не извращенцы. У нас важная задача. То есть, Хироши не знает что у нас важная задача, может догадывается что я на крышу полез не только для того чтобы в бинокль особо важные места Мидори-сан увидеть… хотя и это тоже. Вот кого-кого, а Мидори-сан я так без одежды и не увидел. Вдруг у нее там все по-другому?
Хотя… насколько это можно видеть из-за легкого пара, поднимающегося над купальней — все у Мидори-сан на месте…
— Дай бинокль, изверг… — копошится рядом Хироши: — не то, чтобы мне так уж хотелось глянуть…
— Тебе-то зачем? — спрашиваю я, переведя бинокль на высокий забор, отделяющий зону «стандарт» и
