есть и более гуманные способы покончить с собой. Например, в промышленную мясорубку прыгнуть. Или там на кол сесть. Дать себя тигру сожрать… много гуманных способов. — хмыкаю я: — но ты же легких путей не ищешь, а, Хироши?
— Кто бы говорил… — огрызается Хироши и снова подносит к глазам бинокль: — жаль что Натсуми не поехала… и куда эта, которая загорелая подевалась?
— Эй, извращенцы! — кричит кто-то снизу и я вытягиваю шею, чтобы увидеть на дорожке, ведущей к нашему домику — Косум, которая машет мне рукой: — слезайте! Хватит подглядывать! Ваша очередь! Меня Мидори прислала сказать. Кстати, Кента-кун — сиськи у нее что надо, не даром ты на нее слюни пускаешь!
— Мы ж с тобой вроде как незнакомы — отвечаю я и она беззаботно машет рукой.
— Познакомились уже — отвечает она: — помойтесь, потом ужин. И нас ребята из коттеджей «люкс» пригласили к себе завтра! Представляешь! У них там какой-то фестиваль правды будет, танцы, песни и праздничный обед с деликатесами. Знаешь сколько филе тунца тут стоит?!
— Пригласили?
— Угу. Сегодня выспимся… а завтра к ним на встречу. Всех пригласили в курортном городе — и семейные парочки и школьные экскурсии вроде нас. Спускайтесь уже, у меня шея болит, голову задирать.
— Фестиваль Правды? Может Ритуал Высшей Истины?
— Томато, томейто… какая нахрен разница? — задается вопросом Косум, упирая руки в бедра: — спускайся, поговорить надо. Я тут кое-кого заметила… тебе интересно будет.
— Да я уже понял, что отдохнуть не получится — вздыхаю я, встаю и делаю шаг вперед. Высоко, почти три метра, но внизу мягкая трава, я умею правильно падать и у меня непреодолимая жажда похвастать своим умением перед Косум… которая все же девушка. И я легко спрыгиваю вниз, расслабляя ноги так, чтобы спружинить и поглотить энергию падения. Оп! И я уже стою рядом с ней.
— Ого! — она отступает в сторону и смотрит на меня: — классно. Я так не умею. Ничего себе не отбил?
— Все в порядке. Так кого ты там встретила?
— Мечницу твою с ее родителями. По крайней мере с папочкой. Тоже отдыхают. Мордочка у нее недовольная, видимо надрали ей задницу за ваши приключения… но она воон в том домике. Я бы на твоем месте маску надела… а то папочка уж больно злым выглядит. — говорит Косум.
— Сора-тян. Как … я определенно недооценивал масштабы полета мысли одной особы. А я-то думал что в моем окружении только Бьянка на такое способна…
— Я на многое способна! — гордо выпячивает грудь Косум: — ты меня со счетов не сбрасывай! Я сейчас в купальне четыре бутылки пива выпила за раз!
Глава 18
— Я вот чего не понимаю… — говорит Птиц и перекладывает белое полотенце, сложенное и намоченное холодной водичкой со своего лба на край купальни: — и какие они — общие? Когда только мы тут?
— Радуйся что тебя впустили вообще… «школьничек»… — ворчит Аримару, подтаскивая к себе плавающий в горячей воде поднос со стопочкой сакэ: — ты ж весь разрисованный как стенка рядом с полицейским участком.
— А я чего… — пожимает плечами Птиц: — я ничего. Как все хотел быть…
— Все драконов на всю спину не колют, пока пять лет в семье не пробудут, а ты тут без году неделя а туда же… — беззлобно ворчит Аримару: — тоже мне уличный боец… вот босс у нас настоящий стрит файтер, видел его бои по телику?
— Босс, а как у вас так получается? Кунг-фу? Каратэ? Секретные техники монахов Шаолиня? А нас научите? Пожалуйста… — говорит Птиц и моргает своими темными глазами. Когда он так голову набок поворачивает и моргает — он действительно на птицу похож. Хотя, как говорит Аримару, кличка у него, потому что он по дурости решил сам себе «погоняло» придумать. Вот, дескать, среди братвы всякие клички дают, а он сам себя назвал. Орлом. Вот и стал — Птиц. Не знает он меры в стремлениях своих, вот и драконы на всю спину.
— Научить? Да я сам ничего толком не знаю — откликаюсь я. Сидеть в горячей воде — то еще удовольствие. Через некоторое время кожа как будто немеет, и ты как будто получаешь тепло прямо из воды, становишься красный как рак — встанешь и видишь на теле четкую черту между той частью, которая была в воде и той, что не была, как будто половинку тебя просто покрасили в цвета пожарного стенда. Осталось только конусы и лопаты с ломами повесить, да ящик с песком рядом поставить.
— Он у нас скромный — встревает Хироши, который и не краснеет вовсе, хотя в горячей воде наравне со всеми сидит. Инопланетянин он все-таки, хотя ничто человеческое ему не чуждо.
— Но самое интересное, что он тайно тренировался у себя дома в течении десяти лет и не показывал это снаружи — продолжает Хироши, привлекая внимание членов «Клуба Кройки и Шитья»: — десять лет тайных знаний и упорных тренировок! Невидимые удары! Удары Отсроченной Смерти! И наконец вершина мастерства — Удар, Снимающий с Девушек Трусики!
— Ого! — тут же проникается Птиц: — и такие удары есть?! А ты почем знаешь?
— Как это — почем знаю? Я же самый близкий друг и соратник вашего босса. Его заместитель — беззастенчиво продолжает гнать Хироши, ни капли не смущаясь моим присутствием: — его альтер эго. Все что говорю я — это как будто он говорит.
— Да ну… — сомневается Птиц и я тут же накидываю парочку очков в его пользу. Все-таки, несмотря на свой простоватый вид, он — якудза, вырос на улицах, он не станет доверять словам, он умен какой-то особенной, уличной мудростью, его не проведешь на мякине и …
— Ну да. Вот смотри, кого еще из своего класса из всей школы, из всего города он взял с собой в эту поездку? Только свой гарем и меня, его верного генерала — говорит Хироши и глаза у Птица округляются.
— А ведь точно… — бормочет он: — что же… продолжайте, помощник босса.
— … - вздыхаю я, мысленно отнимая очки уважения к уличной мудрости Птица как жесткого, недоверчивого, тертого калача и стрелянного воробья, Сына Улиц и якудза месяца. И прибавляя очки манипулятору из любви к искусству, моему однокласснику Хироши. Умеет же…
— Так эти девушки — гарем Босса? — вдруг спохватывается Птиц: — Ого! Босс… вы просто невероятны! Ну… то есть я видел, что вы со школьной медсестрой, но и женскую отдельную школу
