меня стеклянными глазами.
— Твоя задача… подними руки в защиту, вот так. И как только я нанесу удар — сбей его вниз. Или в сторону. Отведи руку… ага вот так. — видимо якудза имеет опыт каратэ — он блокирует руку, отводя ее ладонью. Годзю-рю.
— Все правильно — киваю я: — теперь я сделаю то же самое, но быстрее. Твоя задача — сбить руку. Среагировать на удар. Понятно?
— Чего уж непонятного. Бейте, сенсей… — Птиц встает в стойку и поднимает руки, преображаясь. Пожалуй, я недооценил его, пусть он бывает слегка наивен, но когда он поднимает руки и встает в стойку — он преображается. Вот сейчас я вижу перед собой не школьника и не наивного уличного простачка, сейчас передо мной опытный боец якудзы, готовый к любому повороту событий.
Я выбрасываю руку вперед. Удар! Птиц — резким движением блокирует удар.
— Вот — поворачиваюсь я к зрителям: — видите? Даже если бить быстро, если он знает как и куда я буду бить — он среагирует. У него есть преимущество — знание куда именно придется удар и какой он будет. Короткое движение блока у лица — оно короче и быстрее моего удара… хотя я бил на половинной скорости. А сейчас — я ударю туда же, с такой же скоростью, тем же ударом, но он пропустит этот удар. Потому что это и есть тот самый невидимый удар советской школы бокса, который в свое время практиковал Попенченко Валерий Владимирович. Готов?
— Хай, сенсей! — Птиц группируется, и я поднимаю руку. Удар!
— Как так? — он смотрит на мой кулак у его лица: — это… как?!
— Обратите внимание — этот удар не быстрее предыдущего. Даже пожалуй медленнее. — говорю я, убирая руку: — но наш Птиц все равно не смог его отразить.
— Сенсей! — поднимает руку Аримару: — а можно мне показать?
— Можно — соглашаюсь я: — иди сюда. Становись в стойку… ага. Вот так. Готов?
— Готов, сенсей! — Аримару встает в стойку. В отличие от Птица он — расслаблен, его глаза внимательно следят за мной. Пожалуй он побыстрее Птица будет — не тратит время на напряжение, показатель мастерства.
— Хорошо. Я бью. Вот!
— … и точно. — моргает Аримару, глядя на мой кулак: — но… это же финт!
— Нет. Никакого финта тут нет. Используется физиологическая особенность зрения и формирования образа угрозы в мозгу человека. Вот смотрите, этим же пользуются бывалые ножевики — скорость движения объекта считывается мозгом и чем выше скорость — тем выше приоритет угрозы. Сперва я наношу удар с обычной скоростью, но потом — скорость падает едва ли не до нуля… и твой мозг перестает воспринимать этот удар как угрозу. Переключается на другие объекты, присвоив этой руке статус «не опасно». И вот тут — я снова разгоняю кулак! Заново пересмотреть приоритеты и переклеить ярлык на «очень опасно» — твой мозг попросту не успевает, на это надо больше времени, чем на оценку опасности с нуля. Вот скажем — лежит в углу темного помещения змея и сперва ты пугаешься, а потом видишь, что это просто тряпочка и мозг успокаивается, ты подходишь ближе и вдруг оказывается что это все-таки змея… и мозг впадает в ступор, переклеить ярлычки сложней чем присвоить степень опасности в первый раз. Переоценка занимает время.
— Но … это похоже на финт…
— Это не финт. Это выработанное умение одним ударом — приостановить, сделать паузу в долю секунду и продолжить с этого же места. О, научиться этому удару нелегко, а уж выполнить его так, чтобы он был и сильным, и быстрым — так и вовсе. Умение сделать паузу, причем не так — бью, пауза, потом удар — а слитно, одним движением… давай повторим? Поднимай руки… да, вот так. И … удар!
— Мистика какая-то — говорит Аримару: — я же знаю, куда вы будете бить, сенсей, а все равно пропускаю…
— Мы не можем ничего поделать со своими рефлексами. С встроенными механизмами выживания в голове. К сожалению, наш мозг имеет ограниченные ресурсы, а просчитывать положение тела в пространстве, скорость и силу удара, степень угрозы — это невероятно затратные вычисления. Вот почему у бойцов так устает нервная система, даже если они просто «танцуют» на ринге. Невидимый удар действует, даже если ты про него знаешь.
— Но… от этого нет защиты?
— Защита есть от всего. Но про защиту потом. Необходимое условие для осваивания невидимого удара — предварительно научится выполнять «удар в один дюйм» от того же самого Брюса Ли. Конечно, сама техника такого удара известна задолго до Брюса, но назвали его так, потому что он был первый, кто открыл такой удар для широкой публики. Знаете же его?
— Да — кивает головой Аримару и выставив перед собой руку — тут же коротким движением бедра и плечей — посылает ее вперед, одновременно сжимая в кулак: — дюймовый удар.
— Вот. Значит вы знаете что для того, чтобы нанести сильный удар не нужен замах, не нужна дистанция. И на самом деле не нужен даже этот дюйм. Можно нанести удар вплотную. А значит — даже если твоя рука рядом с оппонентом, совсем рядом — удар возможен. И невидимый удар — когда вы научитесь его выполнять — не будет состоять из трех фаз — удар-пауза-удар — это будет один удар, но с «провалом» скорости посредине траектории. Сложный удар.
— А… есть проще?
— Есть. Вторая техника из Джет Кун До — «не телеграфический удар».
— Что?!
— Э… когда Брюс Ли разрабатывал свое искусство боя — он уже был в Америке и название… скорее так «удар, который не телеграфирует противнику что ты его наносишь». То есть удар без предварительных движений. Это кажется странным, но каждый из нас привыкает двигаться своим особым способом и умение наносить удары — у каждого свое, индивидуальное. И каждый из нас неосознанно — готовится к нанесению удара. У кого-то — расширяются зрачки, изменяется контур глаз — они щурятся или наоборот — распахиваются, стопа становится удобнее, немного разворачивается, чтобы помочь в разгоне бедра, поворачиваются плечи… много движений, которые предшествуют удару и могут предупредить противника «сейчас я нанесу удар!». Аримару — подними руку ладошкой ко мне, словно лапу боксерскую держишь, ага, вот так. Твоя задача — убрать руку до того, как я нанесу удар, договорились? Ага. Ну вот… — я обозначаю удар и Аримару — убирает руку.
— Легко? Легко. Почему? Да потому что я всем телом показываю — я сейчас
