Читаем без скачивания Гадюка в сиропе - Дарья Донцова

– Слышь, Колян, свези ее.

– Пошли, – велел толстый, – только клеенку прихвачу, сиденье прикрыть.

Он шагнул внутрь гаража, я проследила за ним взглядом и чуть не лишилась чувств. В салоне разбираемой машины, на роскошных кожаных сиденьях сиротливо валялся мой светло-бежевый шарф, забытый вчера в Андрюшином автомобиле. Перепутать его с другим было невозможно – это подарок Лизы, и она вышила кривоватыми стежками вензель Е. Р. Вон он, в левом углу. Потом мой взор пробежался по темно-зеленым останкам, увидел разбитую фару и помятый бампер.

Парни разбирали «Линкольн» нашего соседа. Значит, Андрей соврал мне, когда сказал, что продал «Навигатор» на рынке. И зачем, спрашивается, уничтожать почти новую, безумно дорогую машину? Только для того, чтобы спрятать следы. Следовательно, он сбил не собаку, а человека. И по ужасному совпадению это была Галина! Уже у подъезда я внезапно подумала: «А вдруг он специально наехал на несчастную?» Вдруг он вообще организатор всего?

ГЛАВА 24

Увидев меня в обнимку с Рамиком, напоминавшим батончик «Марс» с толстым-толстым слоем грязи, Лиза вскрикнула:

– Лампа! Что случилось?!

– В овраг упали, – клацая зубами, сообщила я.

– А еще меня пускать не хотела, – возмутилась девочка, – сказала, лучше сама пойдешь! Здорово у тебя получилось!

Я только сопела, стаскивая с ног облепленные глиной сапоги. А что тут скажешь?

– Немедленно иди в ванную, – велела девочка, – я вымою Рамика в биде.

Приведя себя в порядок, я выползла на кухню. Андрюша тут же подвинул мне чашку с дымящейся жидкостью:

– Пейте.

– Что это?

– Сидор Иванович.

– Что?

– Да пейте! – вышел он из себя. – Не отрава.

Я глотнула и ощутила на языке вкус сухого красного вина, корицы и гвоздики. Грог! Только почему он так странно его назвал? Надо бы спросить. Я разинула рот, но внезапно сказала совсем другое:

– Слышь, Андрюш, а что выгодней? Продать автомобиль или разобрать?

– Смотря какой, – хмыкнул парень, – если паленый, без документов, или, к примеру, ДТП на нем висит, то лучше по частям.

– Что такое ДТП? – поинтересовалась Лиза.

– Дорожно-транспортное происшествие, – пояснил бандит, – легавка теперь прямо озверела. За любую вмятину на крыле тормозит и отчета требует. А еще компьютерами обзавелись, враз угонщика вычисляют.

– Наверное, кражи автомобилей в Москве сократились, – важно заявила Лиза.

Андрюшка засмеялся:

– Нет.

– Почему? – изумились мы с ней одновременно.

– Кражи, они тоже разные, – вздохнул браток.

– Угон он и есть угон, – припечатала я.

– Э, неправда ваша, Лампа Андреевна, – не согласился сосед и ввел нас в курс дела.

– К примеру, вышли пьяные с дискотеки. Покуражиться им захотелось, открыли первый попавшийся «жигуль» и покатили до дерева. Бац, врезались, убежали. Угон?

– Угон, – согласились мы.

– Ага, – подтвердил Андрюша, – вот таких придурков долбаных – тучи, они наутро и не помнят, чего наделали! Смехота! Пьянь она и есть пьянь, нечего их с деловыми равнять. А бывает так. Поступает заказ, ну, к примеру, «Мерседес» навороченный нужен, цвет – серебро.

– Что, и цвет заказывают? – удивилась я.

– И даже окраску сидений, – подтвердил сосед и добавил: – Вот мы один раз накололись. Требовался «БМВ», синий, салон – бордо. А ребята недоглядели и черный уволокли. Все!

– Что – все?

– Клиент не взял, пришлось тачку на запчасти разбирать.

Повисло молчание. Потом я спросила:

– А джип сколько стоит?

– Опять же какой?

– Ну, к примеру, твой «Линкольн»?

– За тридцать тысяч брал.

– Дешевле «Жигулей», – изумилась я.

– Баксов, Лампа Андреевна, – хихикнул Андрей.

– Вот это да! Лучше квартиру купить!

– Так она есть уже!

– Дачу!

– А на хрена она мне? Да я в Испанию смотаюсь, вот еще – на огороде жопой кверху стоять!

– Квартиру сдавать можно, все доход.

– Ага, и на метро кататься, с уродами и бомжами.

– Между прочим, я езжу исключительно на метро, – обиделась я, – к тому же можно купить «Жигули», вон вчера по телику реклама шла, «пятерка» всего две тысячи долларов стоит, а ты тридцать за те же четыре колеса заплатил!

– «Пятерка»! – взвился Андрей. – Еще присоветуйте на крышу багажник наклепать!

– А что? Удобно очень, всякие вещи можно возить!

– Ну умора, – захохотал сосед, – ну цирк, в натуре. Прикиньте на минуту, я являюсь на стрелку, сам в «пятерке», на крыше багажник. А бритва вся на джипах, ну, в крайнем случае, на красных «девятках».

– И что такого? – удивилась я.

– Оборжут! У нас свои принципы. Голда на тумбе, пояса на грабках, прикид от Верса, говнодавы – крокодилы. Иначе подумают, все, с горы съехал, Андрейка, топчи, кому не лень. Джип мне как воздух нужен!

Самое интересное, что я стала понимать его без переводчика.

– Значит, без цепочки на шее, перстней на пальцах, костюма от Версаче и ботинок из крокодиловой кожи ты пустое место?

– Выходит, так, – подтвердил он и поинтересовался: – А чего вы джипом интересуетесь?

– Денег у нас с Лизой немного, в гараже стоит внедорожник Кондрата, нам такой автомобиль ни к чему, продать хотела.

– Чисто не сделать, – пояснил Андрей, – вы же тачке не хозяйка. Впрочем, можно попробовать доверенность сгоношить, нотариус есть.

– Сколько за него можно выручить?

– Посмотреть надо.

– Ты за сколько джип на рынке сдал? – задала я главный вопрос.

– За тридцать кусков, – не моргнув глазом соврал браток и нагло добавил: – Он у меня с документами, оформлен по всем правилам.

Я молча допила остывший грог. Может, рассказать ему про сцену в гараже? Нет, подожду немного.

– Если бабки нужны, возьмите у меня, – предложил он, – все равно тратить некуда.

– Спасибо, пока держимся.

– Не стесняйтесь, – настаивал браток, – от чистого сердца предлагаю.

– Спасибо, Андрей Петрович, как понадобятся, сразу приду.

– Жаль мне Кондрата, – неожиданно вздохнул парень. – Книжки клевые писал, зачитаться. У меня все есть, и с автографом.

– Ты же говорил, что недавно квартиру купил?

– Ну и что? Как узнал, кто в соседях, сразу с бутылкой пришел. Кондрат правильный мужик был. В кабинет провел, поговорил. Еще шутил: «Ты у меня консультантом будешь, хочешь, напишу в конце твою фамилию». Смерть-то у него какая страшная.

– Обычная, – сухо сказала я, – сейчас выстрелом никого не удивишь.

– Не то жутко, что выстрелили, а то, что пацанчик отца убил, – ответил Андрей и зевнул. – Пойду, пожалуй, спать вам пора.

Я молча смотрела, как парень, словно большая, хорошо тренированная хищная кошка, ловко двигается в сторону выхода. Он шел пружинистым шагом, под тонким свитерком перекатывались литые мышцы. Сильные руки открыли замок, дверь хлопнула, потом раздался еще один хлопок, это Андрей Петрович вошел в свою квартиру.

– Иди в кровать, – велела я Лизе.

– Ага, – пробормотала та, – глаза слипаются, сил нет.

Она ушла, я осталась в коридоре, тупо глядя на замок. Интересно, откуда милейший, обожающий собак Андрюша знает о том, что в Кондрата стрелял Ванька? Заботясь о мальчике, мы никому не рассказали правду, ее удалось скрыть даже от журналистов. Слава Самоненко, который начинал вести дело об убийстве, сообщил всем интересантам, будто Кондрат покончил с собой. Версия прижилась, газеты долго обсуждали причины страшного поступка писателя. Потом, словно змеи, поползли слухи о том, что литератора убила жена, и снова бульварные издания кинулись обсюсюкивать новость. Но ни разу никто не упомянул о Ванечке. Так кто мог рассказать нашему бандиту правду? Или он знал ее с самого начала? Мучаясь вопросами без ответов, я отправилась спать.

Будильник прозвенел в половине седьмого. Я села на кровати и затрясла головой. Может, не ездить к Маргарите? Спать хочется безумно. И потом, кажется, версия о виновности Степана Разина дает трещину. Просто подловатый мужик… Мне нужно срочно заниматься Андреем! Но руки уже схватили джинсы. Ладно, съезжу к Рите, узнаю телефон Раисы Андреевны, для очистки совести побеседую с ней и забуду про отработанную версию…

Но на площадке перед квартирой Маргариты меня поджидал сюрприз. Деревянную, ободранную дверь пересекала узкая бумажная полоска с печатями. Соседняя же дверь была нараспашку открыта, я видела, как в коридоре снуют женщины, одетые в черное. Так, понятно, хоронят несчастную Галину.

Я вытащила сигареты и прислонилась к перилам. Тут же высунулась востроносенькая тетка с простоватым лицом:

– Вы с работы? Входите, входите.

Я проследовала за ней и, снимая куртку, пояснила:

– Нет, просто знакомая.

На кухне мне вручили нож и велели резать овощи для «Оливье».

– Ужас какой, – причитала востроносенькая, назвавшаяся Надей, – вот беда так беда, дети сироты остались, муж прям черный весь. Они ведь с восемнадцати лет вместе, знаете?