Читаем без скачивания Гадюка в сиропе - Дарья Донцова

– Трое. Мальчики Сережа и Кирюша да девочка Лиза.

– А мне вот господь ребеночка не дал, – вздохнула Раиса Андреевна, – отсюда и все неприятности.

ГЛАВА 25

Разина была со мной предельно откровенна. Наверное, сработала штука, именуемая в психологии «эффект попутчика». Перед приятелями и знакомыми мы хотим выглядеть в наилучшем свете и не всегда рассказываем о себе правду. Иногда же так хочется отвести душу. Вот почему люди открываются перед случайными попутчиками в купе поезда. Можно выплеснуть на незнакомого человека все, потому что больше никогда его не встретишь!

Раисе Андреевне невероятно повезло с мужем. Честно говоря, она колебалась, стоит ли выходить замуж за Виктора. Все-таки она была студенткой педагогического института, да еще престижного факультета иностранных языков. Предполагаемый супруг был же всего лишь шофером с незаконченным средним образованием. В институте вокруг веселой Раечки тучами роились кавалеры. Одному из них, Гоше Серову, она отдала предпочтение. Завертелся роман, закончившийся беременностью. Как только Гоша узнал, что любовница ждет ребенка, он моментально испарился, испугавшись ответственности. Недолго думая, Рая сделала аборт, поплакала пару недель в подушку, а затем назло красивому, но коварному Серову вышла замуж за давно влюбленного в нее Виктора Разина. Выскочила без всякой любви, очертя голову, но случайно вытащила выигрышный билет.

Виктор оказался удивительным мужем – добрым, ласковым, нежным, полностью подчиненным властной, как все педагоги, супруге. Он служил дальнобойщиком, гонял фуры по необъятной Стране Советов, не пил, не курил и из всех рейсов привозил в дом разные разности. Потом стал ездить по странам социализма, и Раечка одевалась, как жена посла. Все было у них хорошо, вот только дети не получались. Гинекологи, к которым безуспешно обращалась Рая, разводили руками. Последствия первого аборта, спайки, непроходимость труб, каких только причин они не называли. Она долго лечилась, ездила в Мацесту к бабкам-травницам, к колдуну в Малаховку… результат – чистый ноль. Долгожданная беременность так и не наступила.

Муж, как мог, утешал жену:

– Зачем нам дети? Вдвоем лучше, свободны, как птицы.

Виктор даже купил для Раисы дорогую персидскую кошку. Женщина всей душой полюбила ее, но ребеночка кошка заменить не могла.

У Виктора был брат-погодок Николай. Каждый раз, приходя к нему в гости, Раиса дивилась. Надо же, какая странность. Братьев разделяло всего четырнадцать месяцев, а оказались они словно птенцы из разных гнезд.

Николай пил, дебоширил, поколачивал жену Татьяну и настругал четверых наследников. Когда на свет явился пятый – сын Степан, Колька чуть не прибил жену, накинулся с воплем:

– Дура, на кой хрен нам столько спиногрызов? Другие умные, пойдут и избавятся, а ты! Имей в виду, я лишний рот кормить не стану. Сама родила, сама и воспитывай.

Раиса и Виктор присутствовали при этой сцене, переглянулись, и муж сказал:

– Ну ты даешь, Колька. Что она его себе пальцем сделала?

– Это бабье дело думать, чтоб без последствий обошлось, – рявкнул Николай.

Рая, имевшая по этому вопросу прямо противоположное мнение, промолчала, а он продолжил:

– Хотите, забирайте парня с глаз долой.

– Не сердись, Коля, – забормотала Татьяна, – я уж его изводила, изводила. В ванной парилась, травку пила, со стола прыгала – все без толку.

– Ох, дура! – вновь зашелся муж. – Пошла бы да выковырнула!

Татьяна залилась слезами. Рая с тяжелой душой вернулась домой. Ночью, лежа без сна возле мирно посапывающего Виктора, она тихо заплакала в подушку. Ну почему мир так несправедлив? Тане ребенок не нужен, а ей, Рае, просто необходим.

Потом Николай выпил технический спирт и отправился на тот свет. Через пару дней Раиса пришла к вдове и забрала Степана. Татьяна с радостью избавилась от младенца. Официально оформлять усыновление не стали. Раиса не собиралась скрывать от мальчика правду, думая, что он сам решит, кого из двух женщин звать мамой. Кстати, имя ему придумал Виктор. Рая хотела назвать сына Филиппом.

– Глупости, – фыркнул всегда покорный муж, – станут парня Филькой кликать. Ну подумай сама! А так Степан Разин – в честь борца, героя.

Раечка считала атамана Степана Разина бандитом, но не стала говорить это вслух, а согласилась с супругом. Умная женщина знала, что мужчина должен участвовать в процессе воспитания, только тогда он полюбит младенца.

А воспитывали Степочку по всем правилам. Мало у кого в детстве были такие любящие и понимающие родители. Небольшие запреты Раиса умело сочетала со свободой. Никогда не спорила о том, во сколько ложиться спать и что надевать. Разрешала приглашать друзей и угощать их вкусностями. Вино и сигареты в этом доме не прятали. Они стояли открыто в гостиной, и, наверное, поэтому Степан оказался совершенно равнодушен к выпивке и куреву.

У мальчика было все самое лучшее – велосипед, одежда, магнитофон… Из заграничных поездок Виктор привозил диковинные вещи – жвачки, чипсы, сухой сок в пакетиках. Степа никогда не жадничал, угощал друзей, зная, что папа добудет еще.

Надо отметить, что и мальчик радовал родителей. Он рос аккуратным, послушным, почти полным отличником. Даже противный подростковый возраст преодолел без всяких проблем и юношеских прыщей. Вообще он был очень хорош собой, и девчонки влюблялись в него пачками, причем не только одноклассницы, но и ученицы из старших классов.

Когда Степе исполнилось восемь лет, Раиса рассказала ему правду о Татьяне и повела мальчика в гости к родной матери. Степа высидел томительный вечер, а потом перед сном обнял Раю и сказал:

– Ты моя разъединственная мамочка, а к той я больше не пойду, противно у них.

Раисино сердце запело от счастья, честно говоря, она рассчитывала именно на такую реакцию, но педагог взял в ней верх, и она спокойно ответила:

– Нет, деточка, так не годится. Это женщина, которая подарила тебе жизнь, она заслуживает если не любви, то хотя бы уважения.

Степочка состроил гримасу, но покорно согласился навещать несколько раз в год Татьяну. Делал он это не по велению сердца, а по приказу. Приходил с тортом и, отсидев «протокольный» час, радостно убегал.

Всю юность вокруг Степана роем кружили девушки. Раиса Андреевна и тут оказалась на высоте. В пятницу вечером они с мужем стали уезжать на дачу. Возвращались всегда поздно вечером в воскресенье. На въезде в город тормозили у телефонной будки, и Раечка звонила Степе:

– Скоро будем, детка, – говорила она, – примерно через час, вот только в булочную и молочную заедем.

Виктор целиком и полностью одобрял супругу:

– Правильно. Все равно с девкой в постель ляжет, так пусть дома, в чистоте, а не в подвале или подъезде каком.

Предупрежденный звонком Казанова успевал выставить даму сердца за дверь до прихода родителей, накладки не произошло ни разу. Только однажды Виктор нашел на стиральной машине пакетик от презерватива.

Виктор показал находку жене и хохотнул:

– Молодец парень, головы не теряет!

А из очередной поездки в Германию отец привез несколько ярких коробочек Степе.

– Держи подарок, только матери ни гугу. Пользуйся на здоровье, полезная вещь. От заразы убережет и от последствий нежелательных. Нам, конечно, внуков охота, да только молод ты пока, все хорошо вовремя.

В застойные времена, когда родители, краснея, не решались поговорить со своими детьми даже накануне свадьбы, подобное поведение отца было удивительным, если не сказать, уникальным. Но Степан привык, что дома его понимают и поддерживают, и счел поступок Виктора естественным.

Впрочем, ни одна из девушек ему особенно не нравилась, и он менял их словно тупые лезвия в бритвах. Девчонки рыдали, приходили к нему домой, сидели на лестнице, и Раиса Андреевна частенько зазывала брошенных любовниц на кухню, поила чаем и поучала:

– Гордость надо иметь. Отвернулся от тебя кавалер, вида не показывай, наоборот, смейся, веселись, заведи роман с другим. Пусть видит, как тебе хорошо, и локти кусает!

Девушки кивали, шмурыгали носом и уныло бормотали:

– Степа – ловелас, просто донжуан.

– Мужчина полигамен, – не сдавалась Раиса, – так исторически сложилось, и нечего его за это осуждать.

Но, ободряя и поддерживая брошенных девчонок, учительница втайне гордилась сыном. Вот ведь какой вырос – красавец, умница, ловкий ухажер.

Без всякого труда Степан кончил школу и сразу поступил в Институт стали и сплавов. Родители мечтали о его научной карьере.

Потом приключилась неприятная история со Светой Разиной, пришла повестка в милицию. Степан сходил в отделение и вернулся чернее тучи.

– Видишь, что придумала, – пожаловался он Раисе. – Врет, будто я у нее деньги брал и не отдал. Ну зачем мне это надо?

Раиса Андреевна моментально поверила сыну. Во-первых, Степан никогда не врал приемной матери и обо всех проказах докладывал честно, будь то выбитое стекло или порванные брюки. Во-вторых, деньги в семье лежали в коробочке, стоящей в бельевом шкафу. Купюры там не переводились, и Степан мог превосходно взять нужную сумму, даже не отчитываясь перед матерью.