Твои слова подтверждают его догадку. Я так понимаю, Сулис Минерва была любезна с тобой?
– Можно и так сказать, – согласилась Сьюзен. – Она сообщила, что Алфавитный дом построили из менее качественного пурбекского мрамора, не из массива, принадлежащего сущности, а из окружающих его слоев, причем камень везли сначала вверх по течению Эйвона, а потом по каналу Кеннет-Эйвон за пределы Бата. Правда, она не знает, куда именно.
– Клемент обнаружил его неподалеку от Брэдфорда-на-Эйвоне. Упоминания Алфавитного дома нашлись в переписке Фанни Берни с издателем Томасом Лаундсом по поводу рукописи ее романа «Эвелина». Там же упомянуты и «любопытные статуи». Но мы еще не нашли этот дом на карте и не определили его точное местоположение. Полезно знать, что камень привезли по каналу. – И она крикнула книготорговцу, сидевшему вместо нее на телефоне: – Прадип, скажи Клоду, что камень везли по каналу Кеннет-Эйвон, который потом закрыли, так что фрагмент на карте, наверное, от него.
Прадип кивнул и продолжил говорить.
– Думаю, эти сведения сужают круг поиска настолько, что мы найдем его в самое ближайшее время, – сказала Эванджелина. – Сьюзен, что еще рассказала тебе Сулис Минерва?
Сьюзен честно выложила ей все, что узнала о Гвайре, известном как Каменная Леди, об Алфавитном доме, о волшебнице Эверильде Гиббонс и ее дочери, но не упомянула ни о бронзовом браслете, ни о предупреждении Сулис Минервы насчет книготорговцев.
– Эверильда Гиббонс, – задумчиво произнесла Эванджелина. – Внебрачная дочь Гринлинга Гиббонса. Насколько я помню, она была известным практикующим магом, но мы ее не запрещали. Моя мать вела с ней кое-какие дела, она держала нас в курсе некоторых событий в Дорсете. Помогала нам, а сама замышляла недоброе.
Эванджелина снова повернулась к Прадипу и выдала ему длинный ряд указаний по организации исследования личности Эверильды Гиббонс, ее потомков и всего, что может иметь к ней отношение, а также велела Клоду поискать на острове Пурбек каменоломню, из которой извлекли Гвайра или какие-нибудь его обломки.
Сьюзен слушала ее и гадала, сколько же лет этой праворукой. Судя по тому, что она о ней знала, выходило, что Эванджелина была молодой женщиной во времена битвы при Ватерлоо, когда, по ее словам, Меррихью «отбила у нее кавалера». Но и тогда ни одна из них не была особенно юной, предположила Сьюзен. Значит, Эванджелине должно быть по меньшей мере несколько сотен лет. Эта мысль встревожила Сьюзен. До сих пор она считала книготорговцев людьми, обладающими особыми способностями, но теперь ей вдруг показалось, что они куда ближе к сущностям из Древнего мира, чем она полагала. Те, кто живет так долго, просто не могут принимать близко к сердцу особенности современной жизни и разделять заботы обычных людей.
Сьюзен подумала, что это же может относиться и к ней. Возможно ли, что она проживет так долго? Какой она тогда станет? Есть о чем поразмышлять. Может быть, она просто превратится в часть Конистона. Погрузится в камень, словно в удобную постель. И Сьюзен вдруг ощутила, как гора манит ее…
– Сьюзен, ты это слышала? – взволнованно спросил Мерлин.
Сьюзен открыла глаза и поняла, что, похоже, отключилась на две-три минуты. Столько событий произошло с ней за один день, причем еще до обеда. Перед ней уже стояла чашка с чаем и тарелка с фирменной булочкой. Сьюзен торопливо глотнула чая, пока он не остыл, откусила булочку и посмотрела на Мерлина так, словно все время слушала очень внимательно. Она попыталась сказать ему об этом, но во рту у нее была булка, и Мерлин все равно ей не поверил.
– Ты ведь не слушала, да? – спросил он.
– Мм… – промычала Сьюзен с полным ртом.
– Слушайте все внимательно, – сказала Уна. – Полина сообщает из Чиппенхема. Там в мастерской арестованы еще трое масонов, но, что самое важное, средняя форма Гвайра, Матрона, тоже была там. Ее нейтрализовали. Двое моих людей получили ранения, но ничего страшного, это всего лишь переломы, а вот сержант Лалонд, заместитель инспектора Грин, госпитализирована с сотрясением мозга. Чувствует себя удовлетворительно. Я думаю, это большой шаг вперед.
Сьюзен проглотила.
– Что значит – нейтрализовали?
– Статую удалось разбить не сразу, но мои леворукие удерживали ее на месте, пока один праворукий изгонял занявшую ее сущность в другое место. Скорее всего, в Алфавитный дом или в форму Старухи. Когда сущность исчезла, статую разбили на мелкие кусочки. Их сейчас пакуют в контейнеры для опасных отходов, а затем отправят туда, где мы храним такие вещи. Значит, теперь у Гвайра осталась всего одна форма, которую он может использовать для ритуальной охоты: Старуха. Если, конечно, Сулис Минерва не ошиблась насчет Девы. Но это мы проверим, насколько сможем.
– Это повышает твою безопасность, Сьюзен, – вкрадчиво произнесла Эванджелина. – И конечно, мы тоже примем дополнительные меры для ее обеспечения.
– Какие, например? – спросила Сьюзен.
Эванджелина ответила не сразу. Изящным движением она поднесла к губам чашку и глотнула чая. Сьюзен обратила внимание, что чайная пара у нее винтажная, «Роял Доултон» 1930-х годов.
– Знаете, я очень заинтересована в том, чтобы остаться в живых, – добавила Сьюзен.
– Вполне тебя понимаю, – ответила Эванджелина. – За твою личную безопасность будет отвечать Мерлин, но мы уже ведем переговоры с разбуженными Древними из Лондона, чтобы они… следили за любыми попытками Каменной Леди проникнуть в столицу или применить там свою силу. Мы просим их предупредить нас, если она появится или обратится к ним, чтобы мы смогли преградить ей путь. Большинство Владык и сами оттолкнули бы ее от своих владений по причине естественной враждебности, которую сущности питают друг к другу, но если мы дадим понять, что таково наше желание, даже те, кто в ином случае сохранял бы нейтралитет, выступит против нее. Переговоры уже в разгаре, и я надеюсь, что все необходимые договоренности будут достигнуты прежде, чем ты вернешься в Лондон сегодня. Ты ведь, кажется, туда собиралась?
– Да, – ответила Сьюзен. – И все-таки, что такое усиленная охрана?
– Охрана, которую мы снимем, когда закончится зимнее солнцестояние или когда найдем и нейтрализуем Старуху и уничтожим Алфавитный дом, – сказала Эванджелина.
– Понятно, – кивнула Сьюзен. – Но у меня есть дела, которые я должна сделать, я не собираюсь прятаться. Мне нужно ходить в Слейд, у меня работа в «Дважды коронованном лебеде» и много чего еще.
– Вот и занимайся своими делами, – сказал Мерлин. – А мы будем присматривать за тобой. И… э-э-э… было бы неплохо, если бы ты переехала в безопасное место до конца солнцестояния.
– Типа Милнер-сквер? – мрачно поинтересовалась Сьюзен.
Именно из дома на Милнер-сквер ее похитили гоблины и волчица Фенрис, а его хозяйку миссис Лондон убили.
– Нет, – вмешалась инспектор Грин с энтузиазмом, необычным для человека, который носит цинизм
