и сам не знаю, что ожидал там увидеть.
Удивляюсь, как он до сих пор не подписал указ о моей казни. Правда, для этого нужно было расторгнуть помолвку с моей сестрой… или же переписать законы империи. Тогда он бы смог и своих прямых союзников казнить.
Сложная система, но император писал её отнюдь не для себя. А чтобы союзники могли безнаказанно нарушать Уголовный кодекс империи. Хах, вот я и нарушаю.
— Виталь, да не расстраивайся ты так, — Дина пыталась утешить брата после того, как он потерпел поражение.
— Да как не расстраиваться? Он с двух заклинаний меня положил!
Здесь все участники были сильнейшими видящими магами в империи, многим из которых и проиграть было не стыдно. Но для меня это была непозволительная роскошь.
— Он всё равно проиграет, не вижу повода расстраиваться, — хмыкнул Илья, который уже успел сегодня одержать победу над противником и прошёл в следующий этап.
— Если столкнусь с ним, то отомщу за тебя! — пообещал Серёга, хотя сам сегодня ещё не выступал. — И за Костю тоже отомщу!
— Только не мсти так, чтоб нас всех выперли, — усмехнулся Илья, снова намекая Серёге про его любовь к запретным техникам.
— Не, мне для этого хватит заклинаний из лагеря, — отмахнулся Сергей.
За нашими спинами внезапно раздался знакомый голос магистра:
— Рад это слышать! Значит, не зря я мучился с вами все две недели.
Он по-доброму шутил.
— А вы здесь как наблюдатель? — поинтересовался Виталик.
— Да, вот смотрю, чему вы у меня научились. Нужно же понять, стоит ли повторять организацию лагеря в следующем году, — ответил магистр.
— Однозначно, стоит, — высказался я. — Подобным техникам не учат в училищах. И после двухнедельной тренировки все кадеты оказались примерно в равных условиях.
— На то и был расчёт. Но…
Толпа на трибунах загудела, и радостные крики после победы Голицыной Дианы заглушили окончание фразы.
Я хотел переспросить, но не успел… Один из судей жестом попросил магистра подойти, и он быстро скрылся.
— Что будешь делать с этим Беловым? — спросил Сергей.
По пути я передал ему слова Данила о заказном убийстве.
Гильдии убийц в городе больше не было, и теперь на их место встала гильдия воров. Конечно, с расширением состава. Всё-таки воры — это не убийцы. А теперь одни некроманты, которых мы видели по пути, чего стоили.
— Пока не решил. Очевидно же, что парень так хотел себе победу в соревнованиях выбить. Списки же вчера огласили и не меняли, как видишь, — ответил я Серёге.
— Да ему бы просто другую пару нашли.
— А это не важно. Походу, Белов никого из участников больше не опасается так, как меня.
— Слишком сильно хочет победить.
— Здесь все хотят. Эти же соревнования напрямую влияют на статус рода.
— Вот допустим, я попаду в тройку сильнейших, что изменится для моей семьи? — не понимал друг.
— Вся империя будет знать, что в твоей семье рождаются самые сильные маги. Сперва повалятся приглашения о помолвке, потом ты начнёшь замечать, что с тобой считаются…
— Погоди! — перебил меня Серёга. — Я же уже присмотрел девушку из Ивановского училища, зачем мне остальные?
— До сих пор общаетесь?
— Ага. И Виталик тоже с её подругой постоянно переписывается.
Не ожидал, что эта связь выйдет за пределы лагеря, но всё же был рад за друзей. Они научились общаться с девушками. А всего-то не нужно было заводить темы об аристократии и компьютерах.
Вскоре объявили и меня с Беловым. Валерий неохотно пожал мне руку перед началом поединка. От него за километр веяло злобой, словно я его мать родную убил.
— Не ожидал увидеть меня живым? — спросил я, крепко сжав его руку.
Он попытался вырвать ладонь, но моя хватка была крепкой.
— Пусти, урод, — процедил он.
Парнем руководили эмоции, и это было мне на руку. Так он наделает больше ошибок.
— Ты ответишь за попытку убить меня, — также злобно ответил я и отпустил его руку.
Лицо Белова скривилось в гримасе. Его гнев нарастал… но лишь от того, что мне удалось задеть его за живое. А страх я научился хорошо внушать. Так проще воздействовать на врагов, когда ими руководит не холодный расчёт.
Мы разошлись по разным сторонам арены, и судья объявил, что можно начинать. Я за секунду сплёл щит, но Белов не спешил ставить защиту.
Он сделал два шага вперёд и громко сказал:
— Алмазов, я вызываю тебя на дуэль!
Дуэль⁈ Посреди имперских соревнований? Он совсем сбрендил?
Парень стянул с руки браслет и бросил на пол.
— Это запрещено правилами. Устраиваете свои разборки вне арены! — возмутился один из судей.
— Почему же запрещено? — спросил у него магистр, стоявший за его спиной. — По законам Российской империи аристократы имеют право устраивать свои разборки, где захотят. Только для дуэлей насмерть нужно особое сопровождение. Но судя по действиям Валерия Белова, на подобное он и рассчитывает.
— Верно, магистр! — громко ответил Белов. — У меня с Алмазовым свои счёты.
— И всё же мы отвечаем за кадетов головой. Я не допущу, чтобы во время соревнований погиб хоть один! — воскликнул судья.
— Белов, одумайся и подними браслет. Иначе тебя дисквалифицируют, — сказал я парню.
Но он продолжил настаивать:
— Я требую дуэли по праву аристократа! Здесь и сейчас!
Да он точно псих!
— В таком случае, я как вызванная сторона должен выбирать время, место и условия, — спокойно ответил я.
Парень снова скривился от злобы.
— Белов! Алмазов прав, ему решать, на каких условиях и когда произойдёт дуэль, — громко сказал судья.
Все взгляды скрестились на мне. То есть если бы я сейчас заявил, что готов прямо здесь биться с Беловым насмерть, это бы не противоречило законам империи, и судьям пришлось бы смириться.
Ну а что? На первый взгляд хорошая возможность отомстить за то, что Белов меня заказал. Но с другой стороны, я не собирался идти у него на поводу.
— Дуэль состоится вечером. В отеле. Там есть специальный зал для магических тренировок, — громко ответил я.
— Соглашайся сейчас! — заревел Белов.
— Нет. Хочешь биться насмерть — ладно. Я убью тебя, раз сам того желаешь. Но не во время прямой трансляции, — я говорил тихо, чтобы
