интенсивности. Они зависят от длины волны, но не зависят от местоположения сфотографированного участка. И точки, полученные со всех спутников, разных стран, в разные моменты времени — ложатся в одну гладкую кривую, — он выдержал паузу, — всех снимков, кроме тех, которые сделаны «астронавтами США на Луне». По негласной договорённости фотометрические данные с этих снимков в научных публикациях не используются никем и нигде.
И тут учёный бархатисто расхохотался и стёр слезинку.
— Было что-то ещё?
— Было кое-что. Поскольку тогда, я был молод и наивен, я сделал вывод, что США на Луне не побывали. И поскольку я был молод и глуп, то высказал этот довод моему американскому соавтору, работающему в НАСА. Дело было на конференции в Турции, мы сидели на пляже, любовались звёздным небом внутри нас и нравственным законом над нами.
— И что ваш соавтор? — загорелся любопытством Паша.
— А он не обиделся. Сказал, что факты правильны, а вывод из них я сделал неправильный.
— Это как?
— Он согласился, что эти фотки классические, то есть самые обычные. Они сделаны на Земле в студии. Просто потому что на Луне температура плюс сто и нет атмосферы. Поэтому все фотографии, сделанные астронавтами США на Луне лучшими фотоаппаратами Хассельблат оказались «мутным г…», пардон это цитата. Оказывается, эти фотографии выложены на сайте НАСА в одном из пыльных разделов. Я их внимательно изучил. Действительно очень мутно, всё расплывчато, почти не в фокусе. Из них понятно только то, что человек в скафандре где-то был. Такое показывать широкой публике нельзя — засмеют. Вот американцы и сняли своё посещение Луны на Земле, чтобы красиво было.
— А как же грунт?
— С грунтом и того проще. Он тупо зацвёл. Плесенью покрылся. Туда видимо органика попала. И раз грунт пропал, то его нельзя никому давать. И они придумали, как выйти из ситуации — сделали аналог лунного грунта из базальтовых пород. Для понимания у лунного грунта две особенности. Во-первых, он чёрный, чернее чем вспаханная земля или раздробленный антрацит. Во-вторых, он очень лёгкий. Средняя плотность две тысячи семьсот килограмм на кубический метр. Итого что получилось? Американцы сделали из базальта аналог, который по поглощению и по плотности похож. Но поляризацию не обманешь, она очень чувствительная величина. Потому Дюлльфюс и увидел отличия.
Паша звучно хмыкнул:
— А разве нельзя было правду сказать?
— Если бы они заявили правду, над ними бы все смеялись. Потратили миллиарды, полетели на Луну, а сфоткать нормально не смогли. Грунт привезли, а сохранить не смогли. Это же позор. А так они выглядят жертвой клеветы и наветов — для тех, кто верит, что они там были. Или хитрыми ловкими обманщиками, которые всю планету обдурили — для тех, кто верит, что их там не было. Я предполагаю, что они приставили палец к носу и предпочли выглядеть жертвой или обманщиком, чем опозориться. Тем более, что в тему, как всегда, бывает, набежала куча фриков и клоунов и начала приводить крайне нелепые «аргументы»…
Словно из-под земли, как самый настоящий джин только женского пола, между ними материализовалась симпатичная девушка в строгом сером костюме и круглых очках. Она схватила учёного под локоток и без видимых усилий потащила астронома за собой.
— Дмитрий Владимирович, я вас везде ищу. Пойдёмте, пойдёмте, коллеги заждались.
Паша вдогонку поблагодарил и поплёлся к одиноко стоявшему Глебу, который успел обзавестись пакетом с рогаликами и усердно уминал один из них, запивая йогуртом.
— Угощайся.
— Спасибо. Сладкое понадобится. Надо в себя прийти, после всех этих научных терминов и словечек. Даже не знаю, как пересказать тебе всё это… Жаль, что ты к нам не подошёл, — попенял утомлённый Паша, потирая лицо ладонями.
Укор возымел действие. Переминаясь с ноги на ногу, понурый Глеб выдал другу рогалик и бутылку с ягодным йогуртом.
— О, вишнёвый? Вижу, специально для меня выбирал. Хох, пойдём, по дороге изложу.
Пока они выходили к проезжей части, Глеб, внимательно слушая добытые в разведке сведения, становился всё мрачнее. Паша, не выдержал и спросил причину пасмурного настроя:
— Я не понял! Ты что не доволен? Меня значит, чуть научным водопадом не смыло, пока ты в сторонке гнездился, а он хмурится!
— Не мели чепуху! — осадил Глеб, раздосадованный тем, что ему мешают думать.
— Что?!
— Потерпи. Дай всё взвесить.
— Так и быть. Только не молчи. Вываливай, что там тебе не нравится, — на тон спокойнее сказал Паша.
— В истории с полётом американцев на Луну были вопросы по пропаже аудиозаписей переговоров астронавтов. У них затерялась куча чертежей космического корабля. Читал, что инженера-теплотехники утверждают, что в заявленном режиме американцы не могли полететь — двигатель не потянет. Часто спорят о том, что успешность запусков на той же самой элементной базе не может вырасти, а они вдруг «Щёлк!» и взлетели. Что без испытаний? США в России двигатели для ракет закупают, даже сейчас, когда сами обвешали нас санкциями. Получается, что раньше могли на Луну сами слетать, а теперь размогли и снова изобретают способ, как туда добраться и нашими разработками пользуются?
— Это ты у меня спрашиваешь? — возмутился Паша.
— Это я так, в принципе. Вопрос чисто риторический.
Доставая мобильник и набирая номер телефона дедушки Димы, Паша пожал плечами и прерывисто ответил:
— Чего не знаю, того не знаю. Мы об этом не говорили. Сам бы подошёл и спросил. Но если как по мне, то я однозначно понял одно — у американцев нет доказательств о том, что они были на Луне. К тому же, мало ли какие ведуны-колдуны им древние технологии могли подсуетить и те, естественно всё засекретили.
— Применяя теорию нулевой гипотезы, получается, что пока не доказано обратное придётся считаться с тем, что полёт на Луну состоялся, — резюмировал Глеб и медитативно произнёс, — опровержение этой гипотезы — есть главная задача любого исследователя.
Короткий звонок знахарю, и ребята отправились искать стоянку, на которой припарковался Георгий Максимович. Блуждая по рядам автомобилей, Паша сварливо заворчал.
— Все машины белые, серые и серебристые. А то как же? Это же популярнейшие цвета на юге. Эти цвета меньше тёмных собратьев поглощают солнечные лучи и, стало быть, «железный друг» меньше прогревается. Хотя какая разница, если кузов авто нагреется до сорока пяти или до пятидесяти пяти градусов?! Водителю всё равно придётся включать кондиционер в салоне! Да где же этот серебристый форд?! О, вон он! Давай быстрей!
Обратный путь проходил в оживлённой атмосфере. Троица кроила и перекраивала дальнейший план действий. Уже на подъезде к Чёрному лесу Паша, уставший от пустых, по его мнению разговоров, заартачился как
