ничего не сказал, только обреченно поднял глаза. Лицо его помрачнело.
Наступило время для церемонии связывания волос[8], церемониймейстер запел:
[8] 结发 jiéfà цзефа — связать волосы, как связать нити двух жизней.
— Свяжите волосы, чтобы стать мужем и женой. Супружеская любовь никогда не подвергнется сомнению.
Призрак протянул Мо Жаню золотые ножницы, и тот невольно вздрогнул, испугавшись, что Чу Ваньнин может его заколоть ими прямо сейчас. Эта мысль, кажется, и правда пришла в голову Чу Ваньнину, но в конце концов они только отрезали прядь волос друг у друга и поместили их в парчовый мешочек, подаренный Золотым мальчиком и Нефритовой девочкой. В завершение обряда мешочек с их волосами был отдан на хранение «невесте».
Мо Жаню так и хотелось спросить: «Ты же не используешь мои волосы, чтобы проклясть меня или сделать куклу для черной магии, или что-то в этом роде?»
Церемониймейстер объявил:
— Церемония завершена!
Оба вздохнули с облегчением и встали. Но, как оказалось, это был не конец действа:
— Благоприятный час настал, войдите в брачную комнату!
— Что? Вот черт!
Мо Жань застыл.
Вот это была бы шутка, если бы он посмел закончить церемонию с Чу Ваньнином. Эта свадьба тогда точно стала бы кровавой призрачной свадьбой! Конечно, говорят, что если кто-то умрет под цветком пиона, он все равно будет очарователен, как призрак, но в этой жизни Мо Жань хотел... Нет, стойте, в обеих жизнях он хотел добродетельного Ши Мэя, а не этого хладнокровного демона Чу Ваньнина, который свяжет любого, кто захочет его, и утопит в грязи!
Ведь еще не слишком поздно бежать от этого брака?
Глоссарий по миру «Хаски…»
Арты к главам 11-20
Оглавление: ERHA.RU и feniksnovel.top
VK-сообщество переводчиков
Аналитика: Китайская призрачная свадьба: зачем жениться на мертвеце?
Автору есть что сказать:
В тексте есть свадебная лирика. Первоначально я искала в разных источниках упоминания об обычаях подобного пения, но не нашла никаких конкретных деталей. Кроме того, поскольку это призрачный брак, вряд ли сами слова песни будут соответствовать обычной свадебной песне. Так что знатокам обычаев и исторических реалий лучше не ввязываться в неприятности, пытаясь найти здесь то, чего нет, ха-ха-ха!
Кроме того, в текст специально были добавлены некоторые детали. Если творение этой маленькой сестрицы впечатлит вас настолько, чтобы дочитать его до конца, то вы сможете оглянуться назад и обнаружить, что текст этой свадебной песни имеет особый смысл и значение.
Художник: 葵呆呆
Глава 15. Этот достопочтенный впервые видит такую брачную ночь
Конечно, в этой ситуации сбежать со свадьбы точно не было решением проблемы. Ши Мэй все еще был здесь, поэтому, несмотря ни на что, он не мог просто уйти.
Только вот… блять, Призрачная хозяйка церемонии, не слишком ли ты стараешься?
Мо Жань побледнел от гнева и усилий сдержать себя. В душе он кипел от негодования:
«Разве недостаточно просто наблюдать за свадебными обрядами? Это ведь наша брачная ночь! С чего ты, блять, взяла, что будешь смотреть, войдет ли моя флейта в его грот? Кроме того, здесь все трупы! Окоченевшие трупы! Какая, черт возьми, может быть брачная ночь?!»
Что касается лица Чу Ваньнина, то Мо Жань боялся даже посмотреть в его сторону. Он предпочел прикинуться дурачком и уставился на ковер под ногами. Ему очень хотелось схватить эту Призрачную распорядительницу церемонии, где бы она ни пряталась, и рыкнуть ей в лицо: «Эй, мамаша, ты не охуела ли? Тогда, может покажешь мне свою дырку?»
Золотой мальчик и Нефритовая девочка мялись вокруг них, подталкивая в дальний конец зала.
Там стоял гроб, выкрашенный в ярко-алый цвет. Он был огромен, в два раза больше обычных гробов, и выглядел точно так же, как тот, который они выкопали раньше.
Чу Ваньнин просветлел лицом. Все выглядело так, как будто он что-то понял. Вскоре Мо Жань тоже догадался, в чем дело, и облегченно выдохнул. Конечно, у мертвых не может быть настоящей брачной ночи. Эта так называемая брачная ночь, вероятно, просто означала запечатывание в один гроб для совместного погребения, чтобы быть «вместе и в смерти».
Золотой мальчик и Нефритовая девочка подтвердили его подозрения:
– Невеста, пожалуйста, первой войдите в брачную комнату.
Чу Ваньнин расправил широкие рукава и с ледяным выражением лица лег в гроб.
— Теперь, жених, пожалуйста, пройдите в комнату невесты.
Мо Жань схватился за край гроба и озадаченно моргнул. Чу Ваньнин уже занял больше половины места внутри. Гроб, который выглядел довольно просторным для одного, для двух человек был тесноват. Забравшись внутрь, ему неизбежно пришлось лечь поверх расстеленной одежды Чу Ваньнина, ощущая кожей его сердитый взгляд.
Золотой мальчик и Нефритовая девочка встали у гроба и снова запели — это была та же жуткая, но печальная элегия, что и раньше:
В водах Белого Императора волны сверкают и светятся,
Духи уток-мандаринок, приветствуя вас, несут цветы.
В этом гробу соединятся двое.
В этом святилище будут лежать двое.
Желание в жизни, реализуется в смерти.
Отныне двое пойдут под небесами.
Отныне и в смерти одинокие души никогда не расстанутся.
Песня закончилась, дети задвинули крышку гроба, и их окружила кромешная тьма.
Чу Ваньнин и Мо Жань были запечатаны внутри гроба.
Гроб был достаточно толстым и заглушал голоса так, что снаружи их было почти не слышно, ноЧу Ваньнин поднял руку и установил звукоизоляционный барьер, чтобы гарантировать их безопасность.
Первым, что он сказал, было:
— Подвинься, ты лежишь на моей руке.
Разве, кроме «ты лежишь на моей руке», нет более насущных вопросов, которые следует обсудить прямо сейчас?
Несмотря на внутренний протест, Мо Жань пододвинулся.
— Сдвинься, я не могу выпрямить ноги.
Он снова отодвинулся.
—Подвинься еще! Не смей трогать мое лицо!
– Учитель, я уже в самом углу, чего вы еще хотите? — обиженно заскулил Мо Жань.
Чу Ваньнин хмыкнул и, наконец, замолчал.
Мо Жань на некоторое время забился в угол. Внезапно гроб затрясло. Люди снаружи подняли его и понесли в неизвестном направлении. Мо Жань напрягся, прислушиваясь к звукам снаружи. Он подумал о том, что Ши Мэй, вероятно, сейчас заперт в гробу с Чэнь-Яо, а он ничего не мог с этим поделать.
Барьер Чу Ваньнина был мощным и не давал звукам изнутри проникнуть во вне, однако им было хорошо слышно, что происходит снаружи. Сквозь стенку гроба доносился треск петард и шум от хлопушек. Мо Жань заметил:
—А они не слишком расторопны. Интересно, куда они тащат гробы?
В гробу было слишком темно, чтобы разглядеть лицо
