Она поперхнулась вином и встретила его безумное предложение широко раскрытыми глазами.
— Ты хочешь, чтобы меня убили? — она зашипела, музыка скрыла ее тон.
— Все, что тебе нужно сделать, это перехитрить его. Продолжай обороняться, пока не сможешь занять уверенную позицию, — беспечно сказал Феррис.
Она впилась в него взглядом, пытаясь сдержать возмущение, чтобы люди не догадались о их разговоре.
— Если это все, то ты, черт возьми, можешь попробовать сделать это сам, — огрызнулась она.
Он весело усмехнулся.
— Это было просто предложение — и такое, которое могло бы принести гораздо больше денег, чем даже твоя первая ночь.
Она размышляла — на самом деле обдумывала эту бессмысленную, абсолютно нелепую идею. У нее не было никаких шансов победить фейри. Их скорость сама по себе просто не могла сравниться ни с одним смертным — даже близко. Она баловалась фехтованием с Ником, а он даже не сражался в полную силу. Было бы почти невозможно уклониться от их атак. Если не…
Фэйт выпрямилась, едва слышно втянув воздух.
Если только кто-то не обладал способностью заранее предвидеть их движения.
Ее сердце забилось быстрее, когда она обдумала это. Она сделала это однажды — поймала ногу Ника, прежде чем он смог полностью уйти с дороги, потому что она видела, как он планировал свой следующий шаг. Это было бы рискованно. Огромный риск. И на кону была бы ее жизнь или противника. Была большая вероятность, что ее смерть от рук фейри останется безнаказанной, случайной или иной. Тем более, что она глупо и добровольно поставила бы себя на грань опасности.
Она вздрогнула. Это была очень, очень опасная игра, в которую она собиралась сыграть.
— Я в деле, — выпалила она.
Его брови приподнялись в ответ на ее согласие.
— Но не сейчас. Мне понадобится пара недель…для опыта и практики. Мне нужно быть полностью готовой, — сказала она со всей бравадой, на которую была способна.
Ей нужно будет попрактиковаться — только не так, как предполагал Феррис. Она предвидела движение только один раз, случайно, и с тех пор, как была с Ником, она на самом деле не пыталась использовать свои сознательные способности и посмотреть, на что еще она способна.
Он уставился на нее на мгновение, все еще удивленно приподняв бровь, давая ей последний шанс взять свои слова обратно. Когда она не проявила ни долю сомнения, он кивнул ей в ответ; призрачное рукопожатие за смертоносную сделку, которую она подписала.
Песня замедлилась, и Фэйт стояла, попивая, наблюдая, как пары раскачиваются под романтическую мелодию. Ее взгляд скользнул по друзьям, и ее сердце замерло от увиденного. Их наряды идеально сочетались, и вместе они перенесли звездное ночное небо на танцпол, темно-синие и серебристые акценты создавали красивые плавающие созвездия. Они смеялись, глаза блестели, когда руки Марлоу обвились вокруг шеи Джейкона, и он крепко обнял ее за талию.
Она знала, что ей следует отвести взгляд от момента их близости, но она не могла унять боль в сердце от того, как они смотрели друг на друга. Пара изумрудных глаз вспыхнула в ее сознании, и Фэйт возненавидела себя именно за то, по кому она тосковала в тот момент.
— Потанцуешь со мной? — Голос Ферриса прервал ее мысли.
Она повернулась и увидела, что он протягивает ей руку. Благодарная за то, что он отвлек ее, она позволила ему отвести себя в пространство, где они могли присоединиться к остальным и потанцевать.
После минутного молчания он сказал:
— На тебя стоит посмотреть, Фэйт. Как на поле боя, так и вне его. — Его глаза потемнели.
Игривая улыбка тронула ее губы.
— Жаль, что я не смешиваю бизнес с удовольствием.
Он тихо усмехнулся.
— Действительно, жаль.
ГЛАВА 28
Вечеринка завершилась в час ночи, и они все ушли вместе, пока персонал зала убирался в счет щедрой арендной платы Фэйт. Марлоу забронировала для нее и Джейкона номер в хостеле Ист-Тауна, чтобы они могли хоть раз провести ночь наедине, не желая оставаться с ее отцом в коттедже за их поселением. Они оставили Фэйт у хижины и попрощались с немалым количеством поддразниваний со стороны Фэйт по поводу того, чем они займутся. Ее друзья покраснели от смущения, к ее великому удовольствию.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Она не стала переодеваться в ночную рубашку, вместо этого натянула пару кожаных брюк и свободную белую рубашку и скользнула в ботинки. Может быть, она вела себя глупо, но она не могла выбросить из головы некоего высокомерного, надоедливого, раздражающе красивого стража фейри — всю ночь, и она устала ждать, будет ли он искать ее — в ее голове или как-то иначе.
Скользнув в постель полностью одетая, она закрыла глаза и стала ждать, когда провалится в темноту. Затем она проснулась, стоя в золотисто-белом тумане своего разума.
Ее руки стали скользкими от пота, а сердце бешено колотилось от волнения. В последний раз, когда она была в черно-серых облаках подсознания Ника, она понятия не имела о том, кем она была — или кем он был. Так много изменилось с тех пор. Тот день казался был целую вечность назад.
Ник вполне мог бы вытолкнуть ее с полуслова или вообще не позволить ей войти. Он поймет это в тот момент, когда она попытается проникнуть в его разум, точно так же, как она делала это всякий раз, когда он посещал ее. Не давая себе времени усомниться, она закрыла глаза и подумала о нем. Когда она почувствовала притяжение и не сразу наткнулась на ментальную стену, она поняла, что прошла через нее. Это не помешало ей сначала медленно приоткрыть один глаз, чтобы проверить, хотя часть ее все еще надеялась увидеть золото. Но это были резко контрастирующие завитки черного и серого, с которыми она столкнулась, когда полностью открыла глаза, и она не была уверена, почувствовала ли она облегчение или страх от того, что попала сюда.
Через короткое мгновение в поле зрения появился Ник. Она чуть не споткнулась, разинув рот при виде его обнаженной груди, руки небрежно скользнули в его пижамные штаны. Его обычные свободные белые рубашки намекали на его подтянутую верхнюю часть тела, но это…
Увидев его обнаженным, щеки Фэйт загорелись. Она не находила слов и внутренне кричала, чтобы выкинуть себя из его головы. Она явно прервала его глубокий покой.
— Я… я могу уйти, если ты, э — э… извини, — заикаясь сказала она, как идиотка.
— Я планировал отдохнуть этой ночью, но не смог отказать тебе, Фэйт. — Озорная улыбка тронула уголки его губ при виде ее явного смущения. — Почему ты здесь?
По крайней мере, он вернулся к своим невыносимым дерзким манерам. Их последняя неловкая встреча не испортила атмосферу между ними.
— Тебя давно не было видно… — Она замолчала, понятия не имея, куда клонит ход ее мыслей.
— Я не знал, что нужен тебе.
— Все не так, — инстинктивно огрызнулась она. Потом она пришла в себя. — Я имею в виду, было бы неплохо, если бы ты проверял все ли нормально или что-то в этом роде, — запинаясь, сказала она.
— Зачем?
Фэйт слегка приоткрыла рот.
— Прости. Наверное, я совершила ошибку, подумав, что мы могли бы быть друзьями. Она повернулась, чтобы уйти, как будто там была воображаемая дверь, когда туман переместился, чтобы обернуться вокруг ее талии и удержать ее неподвижно. Даже ее разум ощущал на себе тяжесть, когда ее удерживали от проецирования куда бы то ни было.
Ник однажды сказал ей, что можно попасть в ловушку разума другого Ночного Бродяги. Вот почему они не часто рисковали этим. Теперь она застряла здесь против своей воли.
— Ты могла бы так же легко навестить меня в любое время, понимаешь? — тихо сказал он.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Она повернулась к нему. Весь гнев, который она собиралась выплеснуть, исчез при этом замечании. Он был прав. Она не искала его, как и он, и даже не осознавала этого, глупо ожидая, когда он появится первым, думая, что он не захочет видеть ее снова после их интимного момента в лесу.
— Ты прав. Мне жаль. Я была… отвлечена, — сказала она со слабой улыбкой. Она не стала рассказывать ему о Пещере, не желая выслушивать лекцию об опасностях и ее безрассудстве, как это сделал бы Джейкон. — Ты можешь встретиться со мной в лесу? — спросила она.
