этого. Это не было связано с Лордами. Просто два чрезмерно ревнивых мужчины, которые готовы на все, чтобы доказать свою точку зрения.
— Мэтт здесь? — спрашиваю я Прикетта, избегая его вопроса. Вообще-то я предпочитаю оставаться в квартире Блейк. Она не такая уединенная, как мне хотелось бы, но это лучше, чем это место, полное озабоченных гребаных мужчин.
— Да, он в спортзале, — они с Ганнером обмениваются взглядами.
Я бегу вверх по лестнице, поворачиваю направо на втором этаже. Затем несусь по коридору к двойным дверям в конце. Я распахиваю их, замечая, что Ганнер и Прикетт позади меня.
Тренажерный зал большой, в нем есть все, что только можно придумать, много станций, чтобы мы все могли комфортно заниматься одновременно. Когда говоришь почти сотне мужчин, что они не могут трахаться, многие из них начинают тренироваться, чтобы отвлечься от того, чего они действительно хотят. К счастью, в это время большинство из них уже на занятиях или еще спят.
В данный момент здесь только Мэтт. Я замечаю его в углу, он занимается со свободным весом. Он ухмыляется, когда его глаза встречаются с моими в зеркалах от пола до потолка.
— Почти уверен, что эти гири слишком тяжелы для тебя, — шутит он.
Подойдя к нему, поднимаю тридцатифунтовую гантель со скамьи рядом с ним и замахиваюсь, ударяя его по голове.
Он спотыкается, роняя гантели, которые держал в руках.
— Черт… — стонет он, его рука тянется к ране, из которой теперь течет кровь. Надеюсь, он сейчас видит гребаные звезды.
Глаза Ганнера расширяются, а Прикетт роняет свое яблоко на пол. Не обращая внимания на них обоих, хватаю Мэтта за волосы и дергаю его к скамье для жима лежа. Я бросаю его на нее лицом вниз.
— Нагрузите его, — приказываю я Прикетту и Ганнеру. Если уж я собираюсь устроить им шоу, то пусть работают.
Мэтт все еще ошеломлен после удара по голове, поэтому еще не до конца понимает, что происходит. Поэтому его тело вялое и медленное, чтобы встать. Его голова свисает с конца, а руки — с боков, касаясь пола.
Прикетт и Ганнер кладут по пятьдесят фунтов на каждый конец, а затем поднимают с перекладины. Прижав штангу к спине, они прижимают Мэтта, но держат с двух сторон, заставляя его стонать от тяжести.
Я приседаю на корточки перед его лицом, которое свисает с конца скамейки.
— Я видел, как ты вчера разговаривал с моей девочкой.
Очевидно, что Блейк не помнит наш разговор перед тем, как она отключилась прошлой ночью, потому что она не упомянула об этом сегодня утром. И я не буду напоминать ей, но и не собираюсь сдавать ее. Мэтт должен думать, что я видел это, а не то, что Блейк рассказала мне, что он сказал и сделал. Потому что я знаю, что если бы не заставил ее, она бы никогда не рассказала мне. И мне это не нравится.
Ганнер и Прикетт давят своим весом на оба конца перекладины, еще больше вдавливая ее в спину Мэтта, заставляя его оскалить зубы от молчания. Он кашляет, лицо краснеет, но он полностью осознает, что сейчас происходит.
— Она не твоя, — Мэтту удается выдавить сквозь стиснутые зубы. — Неважно, что ты, блядь, делаешь! Она будет моей!
Я не могу возразить, потому что это правда. Но это не значит, что мне это чертовски нравится.
— Вот в чем дело, Мэтт. Мне похуй на это. Сейчас она моя. И я, блядь, не делюсь. Так что в качестве напоминания… — я встаю и хватаю его за потные волосы. Дернув его голову вверх, подношу колено к его лицу, слышу треск, и он вскрикивает. Его тело дергается, и парням приходится крепче ухватиться за перекладину, чтобы удержать ее на месте.
Держа руку в его волосах, снова приседаю рядом с ним и шепчу ему на ухо:
— Это было за то, что ты провел своим гребаным языком по ее лицу. Еще раз так сделаешь, и я вырежу эту чертову штуку, — я отпускаю Мэтта, и его окровавленное лицо падает на скамейку.
— Держись от нее подальше, Мэтт. Это будет твоим единственным предупреждением. Я уже забрал ее у тебя однажды, и могу сделать это снова, — с этими словами парни отпускают концы, и штанга соскальзывает справа по его спине. Вес подхватывает его тело и вместе с ним валит его на пол.
Я поворачиваюсь и иду к двойным дверям, чтобы выйти из зала, когда слышу его крик:
— Она не принадлежит тебе! Она будет моей женой! — Мэтт кричит, когда двери закрываются за мной. Спустившись по лестнице на первый этаж, я направляюсь в свою комнату, чтобы собрать сумку для поездки домой.
— Что это, блядь, было? — Прикетт вбегает в мою комнату с Ганнером за спиной.
— Ничего, — лгу я. Я не в настроении проходить через это с ними. Все мое тело сейчас вибрирует, потому что я так зол на Мэтта. На Блейкли. Я знаю, что это не ее вина, но тот факт, что я мог никогда не узнать, не дает мне покоя. И я даже не могу, блядь, сказать ей об этом, потому что тогда она поймет, что сказала мне прошлой ночью. Блядь!
— Какого хрена, Раят? Это не пустяк, — огрызается Ганнер.
Я бросаю сумку на свою кровать и поворачиваюсь к ним лицом.
— Мне не нужна была твоя помощь. Так что в следующий раз не ходи за мной и не вмешивайся.
Ганнер фыркает, а Прикетт проводит руками по волосам.
— Послушай… — Прикетт делает шаг ко мне. — Все изменилось с тех пор, как вы с Мэттом вернулись из Чикаго в прошлом году. Мы все это знаем. Мы все это видели. Я не знаю, что там, черт возьми, произошло, но тебе нужно собраться с мыслями. Драться с Лордом из-за избранной?.. — Он покачал головой. — Это последнее, что ты хочешь.
Я
