может быть, из-за реакции наших спутников, а может, из-за неестественности приближающегося феномена. Река внезапно показалась не убежищем, а ловушкой, из которой нужно было срочно выбраться.
Гребя вёслами, я чувствовал, как напрягаются мышцы спины и рук. Благо по течению идти было легче, но всё равно приходилось прикладывать немало усилий, чтобы не сбиться с курса. Холодные брызги время от времени попадали на лицо, освежая и придавая сил. Позади нас неумолимо надвигалась тёмная масса то ли облака то ли тумана, похожая на живое существо, медленно преследующее свою жертву.
Я бросил взгляд на Вику. Она сидела на носу лодки, напряжённо всматриваясь вперёд, словно пыталась разглядеть что-то на горизонте.
— Чем опасна эта аномалия? — спросил я, не прекращая грести. — Что в ней такого страшного? Почему мы от неё бежим?
Вика повернула голову, в её глазах мелькнуло что-то похожее на удивление.
— А неизвестно чем, — ответила она, помедлив. — Ну, то, что опасно, это однозначно.
— В каком смысле неизвестно? — я нахмурился, делая особенно сильный гребок, чтобы обойти плывущую корягу.
— А в том, что каждый раз по-разному, — Вика пожала плечами, не отрывая взгляда от надвигающейся стены. — Когда-то в ней была куча каких-то зомби-мутантов. Когда-то била электричеством, стояло в нее попасть. Когда-то обжигал кислотой.
Она говорила спокойно, почти буднично, но я заметил, как её пальцы крепче сжали борт лодки. Этот туман явно пугал даже её, что само по себе было тревожным знаком.
— Ну, что интересно, — продолжила Вика, — два раза подряд одно явление никогда не наблюдалось.
— Как будто Система экспериментирует, — пробормотал я, бросая через плечо очередной взгляд на тёмную массу.
Вика метнула на меня быстрый взгляд, в котором промелькнуло что-то похожее на уважение.
— Именно так, — кивнула она. — Как будто проверяет, что сработает лучше. Или… просто развлекается.
Последнее слово она произнесла с такой холодной ненавистью, что я невольно поёжился.
— И как часто такие феномены проявляются? — спросил я, переводя разговор в более практическое русло.
— По-разному, — Вика провела рукой по волосам, отбрасывая мешающую прядь. — Когда раз в три дня, когда раз в месяц. Закономерности нет… или мы её просто за десять лет так и не поняли.
Я сделал несколько мощных гребков, чувствуя, как начинают гореть мышцы. Пот стекал по спине, несмотря на прохладный воздух. Облако, или туман, казалось, был живым существом — он клубился, перетекал, словно принюхивался к нашему следу.
— Ну, — заключил я, пытаясь найти хоть какой-то повод для оптимизма, — кислота нам тогда не грозит.
Вика удивлённо подняла брови:
— Откуда такая уверенность?
— Да, несколько дней назад попал в дождь… кислотный, — ответил я, вспоминая, как капли прожигали одежду и съедали энергию, что поддерживала щит. — Если твоя теория верна и явления не повторяются дважды подряд…
— Понятно, — Вика внимательно посмотрела на меня. — Как выжил?
— В пещере спрятался, — я пожал плечами, стараясь не сбиться с ритма гребли. — Повезло, наверно.
— Везение — редкий товар в этом мире, — хмыкнула Вика. — Береги его.
Егор с Валентином гребли в нескольких метрах от нас, не отставая, но и не опережая. Их лодка оставляла за собой V-образный след, рассекающий тёмную воду. Егор то и дело оглядывался на туман, его лицо становилось всё более напряжённым.
Наши усилия и скорость течения давали нам небольшое преимущество — мы слегка опережали приближение тумана. Но это была хрупкая фора, которая могла исчезнуть в любой момент.
Мои руки уже начинали неметь от напряжения, но я не позволял себе сбавить темп. Вика достала из рюкзака флягу с водой и протянула мне. Я благодарно кивнул, сделав пару глотков, стараясь не прекращать грести. Прохладная вода придала новых сил.
Минут двадцать мы потихоньку отдалялись от тумана. Я уже начал надеяться, что нам удастся уйти, когда река вдруг сделала резкий поворот направо. Мы были вынуждены следовать её течению, подчиняясь изгибу русла.
— Чёрт, — выругался я, видя, как туман начинает нас нагонять. — Так мы нихнера не отдаляемся!
Действительно, туман, не скованный берегами реки, продолжал двигался по прямой, в то время как мы были вынуждены следовать руслу. Мы вырвались-то буквально метров на триста пятьдесят, а сейчас, с учётом того, что река вильнула, наше преимущество быстро таяло.
Было видно, что туман идёт сплошной массой, заполняя всё пространство от горизонта до горизонта. Он уходил далеко в стороны, расползаясь, как огромное тёмное покрывало. В его движении чувствовалась какая-то жуткая целеустремлённость, будто он осознанно преследовал нас.
— Он не по воде идёт, — заметил я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Ему всё равно, где двигаться.
— Конечно, мистер очевидность, — Вика нервно постукивала пальцами по борту лодки. — Это же не природное явление. Это от Системы. У неё свои правила.
Я продолжали грести изо всех сил, но буквально за пару минут туман приблизился метров на сто. Уже можно было различить странное свечение внутри тёмной массы — светло-оранжевые всполохи, напоминающие зарницы в грозовых облаках.
— Не нравится мне это, — пробормотал я, чувствуя, как холодок пробежал по спине.
Я оглянулся на берег — поросший камышом и невысокими деревьями, он выглядел гораздо более многообещающим, чем открытая вода, где мы были как на ладони.
— Давай к берегу! — крикнул я, резко меняя направление. — Ногами будет быстрее!
Валентин кивнул и стал загребать к берегу так же, как и я. Егор что-то крикнул Вике, но слова унесло ветром. Она лишь махнула рукой, показывая, что поняла.
Наша лодка, подгоняемая отчаянными гребками, быстро достигла мелководья. Я почувствовал, как днище заскрежетало по камням и песку. Не медля ни секунды, мы с Викой выпрыгнули из лодки прямо в холодную воду.
Быстро спрыгнув на дно, я поморщился, когда ледяная жижа затекла в ботинки. Но сейчас было не до комфорта. Мы вытащили лодку на берег — прикинув, что нельзя оставлять средство передвижения, оно могло ещё пригодиться — и ринулись вверх по пологому склону.
Егор и Валентин тоже причалили и теперь бежали следом за нами. Валентин что-то кричал, но я не мог разобрать слов сквозь шум в ушах от бешено колотящегося сердца. Адреналин гнал вперёд, заставляя забыть об усталости и тяжести промокшей одежды.
Мы достаточно быстро побежали по диагонали от тумана, стараясь двигаться против ветра. Все молчали, боясь
