Твою мать, выглядел он ужасно! Левая сторона рожи представляла собой одну сплошную рану. Кажется, из щеки натурально торчал осколок кости! От одежды остались жалкие лохмотья, левая рука неестественно вывернута, весь левый бок был залит кровью.
Не теряя времени, я залил ему несколько хилов и его Жизненная Сила оттолкнулась от 20 % и лениво доползла до середины столбца.
— Сукины твари… — пробормотал наш пахан, отрываясь от створки ворот и, прихрамывая, подходя к нам. — Пошли. Времени мало. Кто знает, какую еще магию прикупили эти выблядки. Туда.
Я ничуть не удивился, когда Эрни повел нас к круглому, вросшему в землю дому, в котором торчал давешний скальный клык.
Внутри все было по-прежнему. Мягкая полумгла укутывала небольшую комнатку, красноватый свет, распространяющийся от обелиска, тревожно мерцал, словно был в курсе недавно произошедшей битвы.
— Гм… — Эрни встал пред клыком, задумчивая скребя затылок.
— Непредвиденные затруднения?
— Гм… Он должен быть где-то здесь… Ща поищем… — сплюнув, Эрни, шевеля губами, принялся копаться в интерфейсе Обелиска. В невидимом мне интерфейсе Обелиска! — Ага!
Пространство колыхнулось, моргнуло и перед нам выросла туманная фигура.
Твою мать, Голум! Это был призрачный Голум! Лысая башка, уродливые черты лица, редкая бороденка, согбенная спина… Этот призрачный зеленокожий был очень стар. Слезящиеся глаза подслеповато щурились на гостей, а губы дрожали, будто бы он желал прогнать нас с проклятиями, но был вынужден терпеть.
Азулук. Ашак.
— гласила системная надпись. И было решительно непонятно, что из этого имя, а что звание или должность…
— Че надо? — невежливо спросил призрак и отвернулся, чтобы задумчиво посозерцать стену.
— Гони задание, старый пердун! — невежливо рявкнул на него Эрни, будто зная, что тот от его выдачи не отвертится… Хотя, почему «будто»?
Азулук Ашак втянул голову в плечи и вдруг скороговоркой забормотал:
— Давным-давно, в стародавние времена, в такие стародавние, что даже сам прародитель Аголум Аглы не помнит их, в Осколке Изначального мира, что позже станет Синколом Агарис жил народ Мбела. Он был очень силен и жесток и от его набегов страдали все соседние Осколки. Сотни и тысячи рабов, захваченных Мбеле, стекались на Агарис, чтобы прожить жизнь в страданиях и лишениях, а дети их детей уже и не знали другой.
Но время идет, и оно никого не щадит. Тот, кто раньше был свиреп и жесток, стал мягок..
— Чёрт, давай покороче, у нас нету этого самого сраного времени!
Р-р-р, я чуть было не забил эти слова Эрни в глотку. Так как буквально задницей чувствовал, что этот призрачный хрен ведает о чем-то очень важном! Но с другой стороны наш пахан-командир был прав. Чертово время поджимало.
— Э-э-э… — призрак запнулся из-за сбитого алгоритма и попытался подобрать слова. Его история явно была оборвана на каком-то важном для ее понимании месте. — В месте, что Голумы именуют Пирамида Семи Огней живет последний оставшийся в живых на этом Синколе Мбеле. Лишь он хранит тени могущества своего народа… Но добраться до него нелегко…
— Задание, бл*дь!
— Нелегко, но возможно! Надо лишь задобрить призраков, живущих у подножья Пирамиды… Вот, возьми… эти мечи обманут призраков и они примут вас за своих…
Раздался железные звеньки и по каменному полу заскользили небольшие мечи. Я поймал один из них ногой, остальные же улетели к стенке.
Твою мать! Чертова железяка явственно захреначила разрядом. Я перекинул ее в другую руку, как горячий пирожок, но более такого не повторилось.
Тяжелый… Несмотря на скромные размеры, он явно весил килограмма четыре — пять. Это какой же надо обладать силищей, чтобы махать таким в битве?
Призрак, тем временем, исчез.
— Взял? — Спросил Санчез Эрни, поднимая свой топорик. — Хрена се он весит!..
— Взял. Вы получили задание «Последний воин Мбеле», — процитировал Эрни системную надпись, а тут ее увидел и я:
Вы получили задание «Последний воин Мбеле».
— Валим? — спросил Санчез, когда мы выбрались во внутренний дворик крепости на пригревающее солнышко.
— Ты идиот? Надо обыскать крепость, вдруг здесь есть, чем поживиться… И еще.
Эрни вдруг развернулся ко все еще лежащей на утоптанной земле Аньки и у меня вдруг засосало под ложечкой.
— Думаю, мы должны быть вознаграждены за наши потери… У нас тут будет еще небольшое развлечение, хе-хе…
Ах он сраный ублюдок!
— Не делай этого, Эрни, — глухо сказал я.
— Почему? Ты все еще сохнешь по этой шмаре?
— Просто не делай этого. Когда мы выберемся отсюда, ты сможешь купить себе кучу шлюх.
— Гм… Да… Но сейчас-то здесь только она.
Ком ярости подкатил к горлу. Разум что-то настойчиво твердил про то, что, мол, на кой черт тебе сдалась эта малолетка, ведь из-за нее все твои проблемы, но гнев мутной волной смыл все разумные доводы, а рука будто сама подняла жезл, чтобы запустить в ненавистную харю Молнией Андала.
— У ты какой, ха-ха-ха… — рассмеялся Эрни, ничуть меня не опасаясь.
А зря!
На кой черт мне молния, когда у меня есть много более мощные Чары!
Влияние Горбага!
Х*й его знает, кто такой этот самый Горбаг, но сейчас это именно то, что мне может пригодиться!
В мгновение ока я мысленно активировал Заклинание и набросил его на Эрни. В ту же секунду мелькнула надпись о том, что наложение прошло успешно, и передо мной развернулся новый интерфейс:
Предмет найден: Решение изнасиловать конкретный объект женского пола.
Возможные влияния:
Смена объекта. Стоимость: 80 Деструкции. Вероятность успеха 25 %.
Отмена решения. Стоимость: 160 Деструкции. Вероятность успеха 25 %.
Но гораздо интереснее был второй раздел:
Предмет найден: Решение получить договоренности с Хозяином Чар.
Возможные влияния:
Удовлетворение малой уступкой. Стоимость 40 Деструкции. Вероятность успеха 25 %.
Отмена решения. Стоимость 160 Деструкции. Вероятность успеха 25 %.
Так он гад, шантажируя меня насилием над Анькой, хочет получить некий гешефт?!
Мозг заметался, пытаясь понять, что происходит. И что здесь можно предпринять.
— Отставить, баран! — вдруг воскликнул Эрни, обращаясь к Санчезу за моей спиной.
И в тот же миг в голове разорвалась атомная бомба.
ГЛАВА 21
— Ты это сделал, — это было скорее утверждение, чем вопрос. Глядя на маслянисто поблескивающие глаза Эрни и его едва заметную ухмылку, мне все было понятно.
Должен ли я был злиться? Наверно. Но я не буду этого делать. Я затолкаю мою ярость в такое место, откуда она не выберется до… Не выберется очень долго. Мой гнев лишь делает его сильнее. Превращает из партнера по нашим договоренностям в игрушку, в пешку в планах. Но этого не будет.
— Ок. Это твое дело. Думаю, теперь нам нужно как можно скорее унести отсюда ноги. Не думаю, что Серега и остальные так просто забудут наш рейд.
— Нам, Том, нам. Хе-хе…
Ну, конечно же «нам». Ведь это было то, чего он и хотел. Уж теперь-то мне к людям Сереги путь точно заказан.
— Неважно.
— На самом деле, не думаю, что Серега возьмется мстить. Не сейчас…
— Серега сделает то, что хотят люди. Это его метод. Он исполняет желания людей, седлает их. А люди… После сотворенного тобой… Люди вновь захотят увидеть, как ты молишь о пощаде…
Ха-ха… Теперь была моя очередь удовлетворенно смотреть, как гнев наполнил темные глаза Эрни. Помнит? Конечно, помнит!
— Не шути со мной, Том, — прошипел он угрожающе.
— А с чего ты решил, что шутить можно со мной?
С минуту мы играли в гляделки и, наконец, благоразумие взяло верх… Над нами обоими.
— Возможно, я был и неправ, — выдавил, наконец, Эрни.
Твою ж мать, ну надо же! Я хотел было сказать… не знаю, что я хотел сказать. Перед глазами лишь промелькнула изломанная фигурка Аньки, лежащей без сознания, и волна ненависти снова попыталась накрыть разум… И я снова затолкал ее подальше.
