то бишь.
Дана, конечно, сразу же начала зубоскалить, зато Светлана Аркадьевна тепло обняла меня и заворковала, нахваливая мой внешний вид.
- Да ты, никак, похудела! - восхитилась начальница, оглядывая меня с головы до ног, - Я тебе правду говорю, Никусь! Только посмотрите на эти скулы! Да и попка подтянулась! Вот что значит свежий воздух!
- Ага, - кивнула я. А еще тяжелый и изнуряющий труд изо дня в день. Но кто об этом скажет?
Но начальница права. По одежде я с легкостью поняла, что смогла немножко похудеть. И подкачаться. И это всего за две недели! Надо взять на заметку.
- Из навоза, поди, не вылезала, - жестко усмехнулась Дана, - Вот жопу и накачала.
- Дана! - осуждающе проговорила Светлана Аркадьевна. - Это мелочно! И совершенно по-детски!
- Ой-ёй, девочки! - не обратив на начальницу никакого внимания, девушка поморщилась, - Да от нее и пахнет до сих пор! Фу-фу!
Я лишь глаза закатила. Дана, как всегда, в своем репертуаре!
- Рада вас всех видеть, девочки, - проговорила я мягко, скрывая раздражение, - Светлана Аркадьевна, если можно, мне хотелось бы поскорей приступить к работе. Дадите последние отчеты?
- Конечно, моя дорогая, - спохватилась начальница, - Оно и понятно. На обеде поговорим, и ты все-все расскажешь. Пойдем, дам тебе распечатки. А электронные варианты я уже скинула.
- Спасибо. Ну? Начнем?
37. Вероника
Я с большим наслаждением ныряю в рабочую суету и творческий круговорот. Цепко хватаю возможность не сидеть в нашем отделе и ношусь по этажам, чтобы встретиться с теми или иными сотрудниками или же даже начальниками - а все для того, чтобы лично забрать документы и провести опрос по последней продукции или новым контрактам. Вообще-то, это не моя обязанность - моя должность выше. Но сейчас это шанс загрузить себя по полной, чтобы на адреналине не дать себе лишний раз перевести дыхание и не почувствовать себя разбитой и изможденной. Это мой давний и работающий способ - если дать себе больше пяти минут перерыва, я рискую почувствовать усталость и тяжесть в теле и голове. И в итоге вообще не встать на ноги, погрузившись в состояние, подобное апатии. Только еще в сочетании с болезненным недомоганием. И тут даже кофе не поможет.
Я даже почувствовала себя вновь стажеркой - молодой такой и полной сил. Когда энтузиазм лезет из всех щелей и хочется работать, работать и еще раз работать.
Даже если лодыжки сводит судорогой от каблуков.
Даже если в уголок глаза словно соринка попала.
Даже если от фразы “Ника? Где пропадала? Давненько не виделись!” в ушах уже надоедливо и противно шумит и хочется рявкнуть что-нибудь этакое в ответ.
А потом звонит Махловский. И снова - все идет кувырком. В душе - раздрайв. И неприятие самой себя и своих чувств.
- Привет, детка. Соскучилась?
Нет. Вот совсем нет, не соскучилась. И вообще голос Паши неожиданно звучит как-то мерзко и противно. Он прям сочится приторной сладостью и ЧСД - чувством собственного достоинства. И самолюбованием.
- Привет, - отвечаю я скупо.
- Ты ведь уже вернулась, да, Ника? Я помню, ты говорила о двух неделях. Я молодец?
- О да, Паша. Память что надо.
- Так, может быть, встретимся сегодня? Я вечером свободен. Отметим твое возвращение. Расслабимся. Как ты смотришь на то, чтобы смотаться в клуб?
- Ммм... Заманчиво, конечно. Но я бы хотела отдохнуть...
- Вот и отдохнем, зайчик! Ты же наверняка устала от своей деревни. Коров. Навоза.
Да что они привязались, в самом деле, к продуктам жизнедеятельности домашней скотины?!
- Нет, Паша, - говорю я уже куда строже, - Я серьезно. Не хочу ни в какой клуб. Давай в другой раз, хорошо?
- Ну ты и бука, - беззлобно смеется любовник, - В другой, так в другой. Но я как возьму, да как напьюсь...
- Махловский, я на работе, - предупреждаю я, - И вообще, ты не пьешь же. Ты же ЗОЖник.
- У меня сегодня повод. Заодно и тебя решил выгулять.
- А, ну тогда все ясно. Решил воспользоваться беспроигрышным вариантом. А не потому, что действительно соскучился.
Что ж... Может, оно и правильно. Выбьет из меня всю дурь.
- Ладно. Я согласна, - нехотя говорю я, - В десять буду готова. Ты заедешь?
- Разумеется, детка, - самодовольно заявляет парень, - Тогда до вечера.
- Ага. До вечера. Пока.
Я первой сбрасываю вызов, а сама морщусь. Ну вот и на кой черт? Ведь только начало недели! А я уже вымотанная! И все-таки собралась в клуб, в которые я не очень-то и вхожа.
Ну не дурная?
Дурная!
И все-таки…
Стоит напомнить себе, что я пока еще вполне себе молодая и полная сил, разве нет? Да и показаться на людях не помешает. Для самой себя, хотя бы.
Убрав телефон в карман пиджака, я вздыхаю и подбираюсь. Гордо задираю подбородок, перехватываю поудобнее стопку папок и снова мчусь по коридору в сторону лифта. Работать.
Ничего особенного, кстати, не происходит. Я вполне себе спокойно и размеренно дорабатываю свой первый после отпуска дней и лишь немного задерживаюсь напоследок, чтобы разобраться с входящими письмами на электронке, которых оказалось довольно много за время моего отсутствия, и иной корреспонденцией.
Последней уходит, привычно перепроверил выключенную технику и порядок на столах, Светлана Аркадьевна.
- Девочка моя, может, все-таки на завтра оставишь? - обеспокоенно интересуется она, сжимая уже в руках теплый плащ и сумочку и озабоченно глядя на меня.
Я улыбаюсь и отрицательно мотаю головой:
- Не беспокойтесь, пожалуйста, Светлана Аркадьевна, - говорю я успокаивающе, - Я и правда хочу сегодня сделать по-максимуму. Оказалось, благодаря Дане, дел накопилось куда больше, чем я думала. Не хочу жаловаться, но не отметить бардак, оставленный ею, я просто не могу.
- А я говорила, - огорченно вздыхает женщина, пожав плечами, - Я, к сожалению, не всё смогла проконтролировать. А свыше того, что я тебе уже присылала, мне не хотелось тебя обременять. Все-таки ты была в отпуске.
- Возможно, и стоило…
- Но, судя по твоему рассказу, у тебя и без того было полно дел, дорогая. Так что все же сделала все правильно, правда?
- Спасибо, - искренне благодарю я, улыбаясь мягче и ласковей, - Идите, Светлана Аркадьевна. Хорошего вам вечера.
- Только не задерживайся, Ника, -
