Она подалась к нему, но затем вырвалась из его рук.
— Отвали.
— Что? — Да, сегодняшнее утро. Наша ссора. Беспокоясь о ее безопасности, он совсем об этом забыл. — Калинда, прости меня. Давай…
— Стоп, — она отступила, глядя на него, как на Уиппла совсем недавно. — Я не хочу выслушивать то, что ты собираешься сказать, и не хочу тебя видеть.
От ее ледяного голоса и боли в глазах земля закачалась у него под ногами. Джейка накрыло чувство вины. Он так старался не причинять женщинам боль, и все же именно это он и сделал.
— Кайли…
Он услышал звук шагов, а затем Мастерсон довольно грубо оттолкнул его от Кайли. Его голос был таким же холодным, как у сестры:
— Ты сейчас же уедешь отсюда, Хант. Садись в свой грузовик.
— Нам с Кайли надо поговорить.
— Нет, не надо.
Джейк помедлил, оценивая боевой вид Мастерсона, и отступил. Вполне реально было сцепиться с ним, но драка с копом, по совместительству кузеном Кайли, заведомо проигрышная ситуация. Он склонил голову в молчаливом протесте и отступил на шаг назад.
Мастерсон спросил мягким тоном, обращаясь к сестре:
— Малыш, ты в порядке?
Джейк услышал дрожащий вздох Кайли, и затем она соврала:
— Все хорошо.
— Черт, милая, я хотел бы остаться, но…
— Нет, брат, — она мельком взглянула на Джейка, и ее безжизненный взгляд, словно лезвие, пронзил его сердце. — На самом деле я не хочу здесь оставаться. Я собираюсь подняться на холм и посидеть у моего ручья.
Коп нахмурился.
— Лучше бы ты осталась. Мы пока еще…
— Я хочу выйти отсюда. Выпустите меня! — Уиппл бился плечом о дверь полицейской машины.
— Иди, — подтолкнула его Кайли.
Мастерсон расстроено на нее посмотрел и кивнул Джейку:
— Езжай, Хант. Встретимся в участке.
— Кайли…
— Уходи, Джейк. Просто… уходи, — ее тон был ровным ни гнева, ни тепла, ни жизни.
***
Боль в груди не утихала. Кайли повесила бутылку воды на всегда собранный для выхода рюкзак. Боль не желала притупляться, даже когда Кайли гладила Муфасу и проверяла лошадей в загоне. Уайет и Морган возвращаются затемно, так что животных покормят. Ей просто хотелось сбежать.
Боль немного отступила, когда она поднималась вверх по тропе. Ее окружал запах сосен, и полные ненависти слова, которые она почти прокричала Джейку, растаяли в тишине.
Выше и выше. Дыхание участилось, мышцы напрягались — подъем был крутой. Пришлось приложить усилия, чтобы перелезать через стволы деревьев, поваленных во время последнего шторма, подниматься по каменистым выступам и подныривать под низкие ветви. Возможно, им стоит этим летом привести в порядок тропинки. Но не надо торопиться. Нет никакой необходимости приводить укромную тропку в ухоженный вид, как это делают в «Серенити Лодж».
Она шарахнулась от воспоминаний, словно наступив на осиное гнездо. Не думай о нем. Пусть все подождет, пока она доберется до своего особого места. Если она сейчас расплачется, то не сможет разглядеть дорогу. Вы только посмотрите, что этот ублюдок со мной сделал, я же не плачу, черт побери.
Красноватые лучи заходящего светила играли на деревьях, солнце опускалось за западными горами. Закат. Она доберется до места уже в сумерках.
Мысль о безопасном убежище успокоила ее. Вскоре, после того как она переехала к Мастерсонам, дядя Харви взял ее с собой на гору. Он сказал, что каждый мальчик нашел тут себе укромный уголок — место, где можно победить своих демонов, свой гнев и свою печаль. Он велел ей найти свое особое место, сказав, что это ей понадобится, чтобы сбегать из дома от четырех тупых мужланов. Она улыбнулась, вспомнив, как он не гнушался их называть. Первые несколько лет она часто пользовалась своим лесным убежищем.
Вот оно. У белых валунов около реки был поворот к ее укромному месту. Она остановилась на пригорке, чтобы отдышаться, и ветерок приятно овевал прохладой потное лицо. Звон ручейка манил ее. Это мое место. С усталостью и облегчением она сошла с тропы и направилась к своему убежищу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
***
Мастерсон, сволочь, висел у Джейка на хвосте всю обратную дорогу до города, не давая ему возможности развернуться. Поэтому, когда они прибыли в Биар Флэт, Джейк припарковался через дорогу, прямо у продуктового магазина, за грузовиком доставки Сикриста, и пошел к полицейскому участку, как примерный гражданин, готовый к сотрудничеству с полицией. Мастерсон одобрительно кивнул.
Он дождался, когда тот вытащил Уиппла с заднего сиденья и сосредоточился на разъяренном задержанном. Затем Джейк повернулся и пошел прямо к своему грузовику. Он заставит Кайли выслушать его, неважно…
— Хант, подожди минуту, — окрикнул Мастерсон. Черт. Джейк обернулся посмотреть, что произошло. Офицер в униформе вел Уиппла в участок, а Мастерсон в это время перешел улицу вслед за Джейком.
К черту. Кайли вовсе не в порядке, что бы она не говорила. Она не должна оставаться одна. Не успев дойти до грузовика пару шагов, он повернулся и в упор посмотрел на копа.
— Арестуй меня или катись к черту.
— Никаких арестов, Хант. У меня перерыв.
— И? — Джейк мельком глянул на горы. Солнце почти опустилось до вершин. Надо поторопиться.
— И вот, — коп ударил Джейка так сильно, что тот отлетел назад.
Его челюсть заныла от боли. Что за хрень? Секунду он простоял, остолбенев, а затем его охватила ярость. День был отвратительный. Еще и этого дерьма не хватало. Он налетел на копа и ударил его кулаком прямо в живот.
Джейк перехватил ответный удар и блокировал еще один. Отходя в сторону, он едва не споткнулся о сложенные паллеты с напитками и увидел потрясенное лицо Сикриста. Бедняга доставщик вел себя так, словно никогда раньше не видел драку. Просто смотри, приятель. Многое для себя узнаешь.
Он ударил Мастерсона так сильно, что тот отлетел, приложившись спиной о пикап.
— Из-за чего все это, черт возьми?
— Гребаный ублюдок, — Мастерсон вытер кровь с подбородка. — Я предупреждал тебя, чтобы ты не причинять боль Кайли.
О, черт. Джейк заколебался, и в этот момент Мастерсон врезал ему по ребрам.
Твою мать. Джейк ударил прежде, чем тот успел увернуться. Первый удар пришелся по губам, а следующий — в живот, после чего коп сложился пополам.
К тому времени как Мастерсон выпрямился и снова поднял кулаки, Джейка уже не было рядом. Кайли, наверное, изобьет его, если он отправит ее кузена больницу.
— Я знаю, что сделал ей больно. Черт возьми, Мастерсон, я хочу все исправить, — он нахмурился, — если смогу заставить ее выслушать меня. У вас в семье все упрямые ослы?
— Да, — Мастерсон не двигался, все еще оставаясь в боевой стойке. — Как ты собираешься все исправить?
— Чего бы мне это ни стоило, — Джейк ощупал ноющую челюсть. — Отличный удар, засранец. Знаешь, я люблю ее.
Оторопев от вырвавшегося признания, он замолчал. Что за черт? Тем не менее, несомненная правота этих слов нахлынула на него со всей ясностью и с такой мощью, словно он словил в грудь пулю из 44 Магнума.
— Черт, — выдавил он, и ругательство прозвучало как старческий хрип.
Мастерсон рассмеялся.
— Похоже, это больнее моих ударов.
Да уж. Джейк плюхнулся рядом с копом и прислонился спиной к пикапу.
— Так и есть, засранец. И думаю, будет еще больнее, пока она меня не простит.
— Хант, она разорвет тебя на кусочки и оставит истекать кровью прямо в грязи, — коп был чертовски этим доволен.
Джейк вытер кровь со рта.
— Большое спасибо. Теперь, если ты позволишь…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Не-а
— Что?
— Прости, но шеф хочет видеть тебя прямо сейчас, — коп кивнул на участок, а затем взглянул на темнеющее небо. — Кроме того, Кайли вполне может провести ночь в своем убежище у ручья, обзывая тебя всеми известными ей ругательствами. Лучше дай ей время остыть до утра.
