Ждать до утра? Слишком долго. Джейк задумался. В грузовике есть фонарик, и он уже поднимался в горы в темноте.
— От вас ведет только одна тропа, верно? К западу от дома?
Мастерсон нахмурился и кивнул.
— Как мне найти это место?
Коп скрестил руки на груди.
— Сначала пойдешь и ответишь на вопросы.
— Заметано.
— Ее убежище у ручья. Примерно через полмили вверх по тропе. Увидишь слева ее имя, выложенное белыми камнями. Затем пойдешь по узкой тропке, которая спускается к ручью, — Мастерсон нахмурился. — Знаешь, мне все еще не нравится твое… хобби.
— Не спрашивал твоего мнения, — Джейк потер ноющие ребра. — Если хочешь знать мое — следует арестовать каждого, кто использует миссионерскую позу два раза подряд.
Мастерсон расхохотался.
***
Вот сучка. Не стоило оставлять ее в живых. Смотри, что теперь произошло — ее зло отравляло двух хороших мужчин, двух братьев, до тех пор, пока они не дошли до драки прямо посреди улицы. И Хант собирался приползти к ней обратно. После ухода мужчин, слова копа все еще звучали у него в ушах: «…и оставит истекать кровью в грязи».
Его замутило, и он едва успел добраться до маленькой ванны на задворках магазина, прежде чем его вывернуло наизнанку. Его рвало снова и снова, желудок скрутило. Его колотило от страха. Добралась ли и до него эта отрава?
В конце концов, тошнота отступила. Он вытер рот и промокнул бумажным полотенцем пот с лица. Его руки дрожали, словно у него, как у старика Гаса, была болезнь Паркинсона, и от ужаса замирало дыхание. Возможно, он уже умирает? Может, его специально отравили демоны, чтобы он не мог выполнить свой долг.
Но он не смел позволить им победить. Он медленно выдохнул, заставляя себя успокоиться, и дрожь уменьшилась. Значит, его рвало не от яда. Он покачал головой, пеняя на свою слабость, которая позволила прошлому взять над ним верх. Она накатила при виде драки.
Ужасные воспоминания… Даже после того, как он понял, что во всем была виновата она, и что именно эта женщина воплощенное зло, он все же приполз к Глории в последний раз — после многих попыток до этого — и умолял к нему вернуться. Плача, он касался ее шелковистых черных волос.
Но она лишь смеялась над ним. А ее темные глаза блестели от злобы. Голос с каждым словом отрывал куски от его души.
— Ты такой неудачник. У тебя даже не стоит. Отвали и оставь меня в покое.
Она начала отворачиваться от него, как от пустого места, а потом… вот тогда он увидел первого демона. Как тот появился в ее глазах и радовался его боли. Его рука поднялась сама собой, не по его воле, и он бил ее кулаком снова и снова. Крики умирающего демона разрывали ему барабанные перепонки, и он уже подумал, что умрет от боли. Но когда зло погибло, тишина наполнила его силой, пока он не почувствовал себя непобедимым
И он снова стал мужчиной.
При воспоминаниях о том, как после этого его член затвердел, обретя мужскую крепость, он почувствовал, что силы возвращаются. Дрожь исчезла. Он осмотрел свои руки — большие и сильные, умеющие делать что должно. Он поднялся на ноги.
Эндрю вытер раковину и унитаз, оставив ванную чистой и опрятной. А затем закрыл дверь. Выйдя в серые сумерки, он заметил, что на тротуаре остались паллеты. Он должен закончить работу. Но срочное дело звало его, барабанная дробь стучала в ушах.
Он ни за что не должен был оставить ее в живых тогда, на пустой дороге. И из-за его сомнений, его слабости она уничтожила его брата.
Но она, должно быть, сейчас одна… прямо в этот самый момент. Скрывшись в своем логове, она, конечно же, злорадствует над жертвой. А зло расползается от нее во все стороны, оскверняя лес. Он не должен ждать, нужно действовать немедленно. Это его долг.
Он обошел стопку паллетов и сел в грузовик, включив фары. С гор стекала тьма.
***
Джейк никогда не был до этого в полицейском участке Биар Флэт и особо не впечатлился. Участок казался даже меньше, чем гостиная в «Серенити». Одна комнатка со столом в центре и парой письменных столов по углам. Доска объявлений, демонстрационная доска, везде телефоны. А кабинет начальника полиции был размером с туалетную будку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Оказавшись там, Джейк терпеливо отвечал на вопросы, задаваемые ему шефом Джексоном и Мастерсоном. Когда он в последний раз видел Мими? Говорила ли она о Уиппле? Не было ли похоже, что ее били?
— Только один раз, — ответил он высокому, худощавому шефу. — Когда она порвала с Уипплом, он довольно сильно ее избил, — лицо Джейка окаменело при воспоминании о синяках на нежной коже, опухших губах и гематоме под глазом.
— Зная тебя, я удивлен, что ты оставил это безнаказанным, — сказал стоявший в дверях Мастерсон.
Джейк не попался на удочку. Рассказать копу, что набил морду местному жителю? Не-а.
Глаза Мастерсона смеялись.
— Еще пара вопросов, Хант, и я тебя отпущу, — заверил его Джексон. — Когда Мими…
— Шеф, — вошедший коп выглядел слишком юным даже для того, чтобы иметь водительские права. — Простите, шеф. Похоже, единственное, что мы можем предъявить Уипплу, — что употребление кокса, и он даже признает это. Похоже, он считает, что, нюхая кокаин, становится более… настойчивым… в общении с женщинами, — его перекосило от отвращения, и он передал капитану две стопки бумаг. — К сожалению, у него прочное алиби для одного из убийств.
Шеф просмотрел бумаги, и его рот сжался в тонкую линию.
— Вынеси ему предупреждение — строгое. И освободи его.
Коп вышел, оставив дверь открытой. Шеф Джексон обратился к Мастерсону:
— Он был шафером на свадьбе друга по колледжу. Та семья подтвердила это и, кроме того, прислала по факсу фотографии.
Мастерсон нахмурился.
— Он мог все провернуть, незаметно выйти и вернуться.
— Свадьбу играли в Нью-Йорке, — сказал Джексон сухим голосом.
— Черт возьми! — Мастерсон ударил ладонью по стене. На секунду он склонил голову, а затем выпрямился. — Хорошо. Перейдем к следующему.
— Подожди минуту, — шеф пролистал вторую стопку бумаг и нахмурился. — Новая информация из департамента шерифа. Сообщают, что они сопоставили информацию от семей и друзей жертв, — шеф ущипнул себя за переносицу. — Все жертвы ссорились со своими парнями или мужьями в день исчезновения. Это были отвратительные стычки. На публике.
— Подождите, — прервал его Джейк. — Вы говорите их убили из-за ссор? С кем-то еще?
— Может быть. Серийные убийцы живут в своей реальности, они убивают по глупейшим причинам, — шеф Джексон склонил голову. — Итак, Хант, ты когда-нибудь ссорился с Мими на людях?
— Никогда.
— Я ссорился, — Дэвид Уиппл появился в дверях. Бледное лицо блестело от пота. Он схватился рукой за дверную раму, и костяшки его пальцев побелели. — В своем магазине. После того как она расстались с Хантом, — его лицо потемнело от гнева, затем гнев исчез, а глаза наполнились слезами. — Я хотел, чтобы она вернулась. Я даже умолял.
Джейк на мгновение испытал к нему подобие симпатии.
— Она ответила отказом. Сказала, что едет в Сан-Франциско. Я накричал на нее, — Уиппл вытер глаза рукавом. — Обозвал сукой. Я никогда не думал…
— Кто еще был в магазине в тот момент, Дэвид, — мягко спросил Мастерсон. — Можешь вспомнить?
Уиппл прислонился к двери, едва держась на ногах.
— Ага. Мне было стыдно, что они слышали, как я унижаюсь. Там была пара лесорубов. Но я с ними знаком — они геи.
Шеф покачал головой.
— Видимо, не они. Жертвы были изнасилованы после смерти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Тошнотворная новость, как таран, ударила Джейка в грудь. Нет, только не Мими. Он почувствовал на плече руку Мастерсона и вернулся к реальности — худшей реальности, чем та, что была секунду назад.
— Кто еще? — спросил шеф Уиппла.
— Из мужчин только они. Женщина-пожарный. Миссис Андерсон. Саманта, ей лет десять, — он нахмурился, — и еще доставщик безалкогольных напитков, Эндрю, он выгружал товар в глубине магазина.
