Внезапно он понял, что молится, снова и снова произносит слова молитвы во спасение дома и всего, что в нем есть.
Его тревога и опасения были настолько сильны и мучительны, что Малколму казалось, будто прошла вечность с той минуты, как его бросили здесь одного. Хотя разумом он понимал, что минули лишь считанные минуты. Время словно застыло для него.
Почему не едут пожарные, где их машина? Ведь здесь совсем недалеко, миль пять, не больше. А колокол все звонит и звонит, скликая всех!
Он должен разбудить арендаторов в их домах, крестьян в деревне и... Джеральда. Почему его нет здесь?
Малколм чувствовал, как закипает в нем гнев, когда услышал вдруг шум машины.
Блеснул свет фар, взвизгнули тормоза, машина остановилась перед домом.
Кто-то вышел, неразличимый в сумерках.
— Эй! Кто там? — крикнул Малколм.
Через лужайку к нему шли двое, и вскоре он узнал их, услышав бодрый голос доктора.
— Что произошло? — спросил доктор у Малколма.
— В доме пожар, — как-то устало ответил тот. За спиной доктора стоял Джеральд.
— Это вы, Джеральд? — Малколм, сам того не замечая, впервые назвал управляющего по имени. — Ради Бога, идите в дом, посмотрите, что там происходит!
Джеральд, не сказав ни слова, побежал к дому. Доктор умелыми руками помог Малколму устроиться поудобнее, заметив, что тот не очень хорошо себя чувствует в кресле.
— Кто вынес вас сюда? — справился он.
— Моя жена распорядилась, — ответил Малколм. — Да не стойте вы здесь с вашими разговорами. Ради всех святых, доктор, идите в дом, возможно, там нужна ваша помощь. Почему, черт побери, до сих пор нет пожарных?
— Не надо расстраиваться, — остановил его врач. — Вам это вредно. Колокол звонит, и скоро все ваши соседи будут здесь. Звон слышен на десятки миль. Я возвращался от пациента, и звон колокола напугал меня. Я решил, что случилось что-то серьезное, заехал за Джеральдом и захватил его с собой. А теперь успокойтесь, я пойду в дом и узнаю, что там. Где пожар может наделать самую большую беду? Отсюда не видно, чтобы он был серьезным.
— Да ведь с той стороны гостиные, старый глупец! — не выдержав хладнокровия врача, раскричался Малколм.
— Я все сделаю, сэр, при условии, что вы успокоитесь, — невозмутимо ответил доктор и поспешил к дому.
Постепенно на подъездной аллее одна за другой стали появляться машины, прорезая темноту светом фар.
Не все они подъезжали к дому, некоторые останавливались вдалеке от чугунных ворот поместья. Люди, выходя из них, спешили через сад к освещенному заднему крыльцу дома.
Вскоре из дома стали выносить мебель и вещи. Сердце Малколма сжалось от тревоги.
Неужели огонь достиг гостиных, и теперь выносят картины?
Он напряженно всматривался, но в быстро наступившей темноте разглядеть что-либо было трудно. Малколм попытался окликнуть тех, кто выносил вещи, сгибаясь под их тяжестью. Никто не отозвался на его голос. Малколм понял, что его усилия напрасны, ибо колокол заглушал все своим непрестанным звоном. Он разошелся и теперь гудел, как набат, оповещая всех, кто способен был его услышать.
— Спасите дом! — бормотал Малколм почти неслышно. — Ради Бога, спасите дом!
Где Марсия, что она делает? Почему оставила его здесь одного? Там Джеральд, он может всем руководить, там и доктор, он не дурак, все может организовать, если нужно.
Он хотел, чтобы его жена пришла к нему, чтобы успокоила его, утешила. Сил верить у него становилось все меньше, он испытывал страх.
Наконец где-то вдалеке послышался знакомый дробный звон колокола пожарной машины, которая вскоре свернула на подъездную аллею. Свет ее фар заставил посторониться тех, кто торопился на пожар — кто пешком, кто на велосипеде или на машине.
Пожарная машина с шумом подъехала к подъезду, пожарные в медных касках, отражавших свет, льющийся из окон, в мгновение ока исчезли в доме.
Пожарный кран был рядом с парадным подъездом, Малколм хотел было подсказать это, но ему не хватило голоса. Впрочем, кажется, это было известно пожарным: двое из них уже прикручивали шланги.
Успокоившись, Малколм вспомнил, что все это местные парни, а кое-кто даже работает у него в поместье, так что они лучше его знают, где что находится.
Пожарные вбегали и выбегали из дома, делая свое дело, а вокруг уже собралась порядочная толпа зевак, и их все прибывало. Они ходили вокруг, глазели на работу пожарных и бросали любопытные взгляды на Малколма, сидевшего в одиночестве на лужайке. Малколм, в свою очередь, смотрел на них.
Какой-то незнакомый Малколму мужчина вдруг остановился, узнав хозяина поместья.
— Это вы, ваша светлость? — спросил он, глядя на Малколма в кресле. — Что произошло, милорд? Большой пожар?
— Откуда я знаю, черт побери! — раздраженно ответил Малколм. — Сам жду, когда мне скажут.
Мужчина сконфузился, пробормотав, заикаясь:
— Простите, милорд! — поспешил прочь.
Малколм видел, как он пару раз оглянулся, словно был напуган или по меньшей мере удивлен недоброжелательностью милорда.
«Господи, чего они хотят от меня? — рассердился Малколм. — Лучше помогли бы, а не шатались без толку, словно это не пожар, а варьете с голыми девицами».
Он почувствовал, что ненавидит эту толпу, эти любопытные, бесцветные физиономии, кажущиеся в темноте бледными расплывчатыми пятнами.
Будь это в его силах, он безжалостно прогнал бы их всех отсюда, послав им вслед несколько крепких слов.
Колокол внезапно умолк. Наступившая тишина показалась почти зловещей, ибо его ухо уже привыкло к громкому звону.
Теперь слышна была человеческая речь — чьи-то вопросы и ответы, громкие распоряжения. Вслушиваясь, Малколм не уловил пугающего потрескивания огня, пожирающего дом.
Ничего этого не было, как не было и запаха гари. Лишь в воздухе носился незнакомый, резкий кисловатый запах.
Пожарные покидали дом, с ними вышел на крыльцо и Джеральд.
Малколм окликнул его, да так громко, что тот не мог не услышать.
— Джеральд!
Тот повернулся и быстро направился к Малколму. Спутанные волосы в беспорядке падали ему на лоб, в руках он держал небольшую картину в рамке. Малколм узнал ее: то была картина из спален для гостей.
— Все кончено! — крикнул Джеральд. — Пожар потушен!
Малколм почувствовал, как внезапно ослабело и обмякло в кресле его тело, и испугался, что потеряет сознание.
— Слава Богу! — пробормотал он про себя.
— И все благодаря Марсии, — с энтузиазмом рассказывал Джеральд. — Она остановила огонь еще до приезда пожарных. Марсия была великолепна, просто великолепна! Если бы мы ждали их, сложа руки, им бы не справиться с огнем так быстро.
