отзывать она была пока не намерена, надо же узнать, чей соглядатай хвостом за ней бегает. Кстати, а «костюмчик»-то судя по передаче данных от морфов, как раз сюда направляется. Если бы не морфы, она бы и не заметила незаметную фигуру, затаившуюся за колонной. Впрочем, «костюмчик» вскоре перестал ее интересовать, ибо на первом плане нарисовался прибывший оппонент.
Качок Виктор Орлов явился как обычно с внушительной группой поддержки, заглядывающей ему в рот. Весь из себя гордый, грудь колесом, пестрый чуб в зачес. На лице мина успешного аристократа, готового показать зимовье раков грязным плебеям. Девчонки с первых рядов ему приветственно замахали помпонами, тьфу ты, то есть ладошками.
— Не сбежал, — удовлетворенно прорычал Орлов, сбрасывая свой пиджак с эполетами на руки свите. Его маска чуть треснула, и видно было насколько он зол и горит желанием взять реванш в сегодняшнем бою.
— Молодец, — похвалил негромко Марк, так, чтобы слышал только Виктор. — Хотя, надо признаться, я сомневался. Вдруг, тот впечатляющий полет на диване оставил неизгладимый след в твоей душе, и ты-таки передумаешь.
Определенно, хищные птицы не понимают юмора. Виктор весь налился гневом до красных кончиков ушей, и в единую секунду выдвинул лезвие клинка из брелка и направил его острием на оппонента. Надо признать сделал он это красивым отточенным за годы тренировок движением. Браво, пестрый.
Магия арены мгновенно отреагировала — подняв новый защитный полупрозрачный купол, тем самым негласно объявляя начало поединка.
— Я укорочу твой лживый язык, ничтожный кабанишка! — пафосно выярился наследник Орловых. Видимо по местному этикету положено тут грудь выпячивать, строя из себя грозного война, а еще обливать помоями соперника, иначе публика бедненькая совсем заскучает. Впрочем, Мурка была не против, так даже веселее. — Ты замолчишь навсегда! И твой артефакт тебе не поможет. Слышите все! Сегодня род слабаков Боровских окончательно прервется! — повернулся он к зрителям. — Давай, покажи свой силомеч, — с издевкой выкрикнул Виктор. — Он у тебя вообще есть? Или уже сломал свою дешевую болванку, пока шел сюда?
Прихвостни орловские загоготали в рядах. И не только они. Девчонки с первого ряда подхватили.
— Эй, не пугай! — фыркнул Марк, — я его старался бережно нести.
Раз играть, так на Звездный оскар!
Миг, и в руке последнего наследника Боровских тоже появился клинок. Огромный и тяжелый двуручник уткунлся концом в настил арены. Казалось его никогда не поднимет этот мелкий шкет. Мурка оперлась на стальную гарду с заговоренными иероглифами локтем и широко улыбнулась, наблюдая секундную тишину в «зале». Даже «костюмчик» на мгновение выглянул из-за колонны. Виктор Орлов непонимающе дернул шеей, хмуро вглядываясь в силомеч противника.
— Вроде цел, — меж тем Марк Боровский оглядел с двух сторон свой клинок. Перчатка, словно из ячеистой стали уж воплотилась на его руке.
Затем наследник и глава рода Боровских с легкостью поднял свой двуручник одной рукой, словно это была парадная шпага.
— Так что, Витя, может, по домам?
Она действительно и сейчас видела в этих обозленных курсантах — заигравшихся в смерть детей. По-хорошему шел бы этот пестрый восвояси, но увы, это не тот мир. И в следующий миг наследник рода Орловских сорвался с места.
* * *
Присела, избегая прямого колющего в голову, юрко сместилась, чтобы не получить косым в корпус, а потом в развороте с усилением в теле саданула по мечу противника. Орлова аж завернуло отдачей через рукоять. Ух, дедуля, расцелую тебя за меч кладенец, не посмотрю, что мертвец!
Орел встрепенулся и снова понесся пикировать мнимую жертву. Симба вновь заволновался, и пришлось строго его приструнить. На сей раз протанцевав тройку кружков с противником в равном противостоянии, сцепилась с сним в клинче. От такого жесткого бодания стали рот сам разъехался в широкой довольной улыбке. Боже, как ей этого недоставало! Не все же Симбе тешится, наступает и ее время!
— Сука! — прорычал Орел чуя, вот-вот даст слабину. По его смазливой мордашке уже потекла первая струйка пота. Пестрая прядь прилипла ко лбу.
«Почти угадал», — хотелось ответить, да вовремя спохватилась.
Усиления-таки хватило продавить противника и отбросить. Орлов отлетел и чуть было не шмякнулся позорно на задницу. Мурка откровенно расхохоталась, опершись на меч. Все же правы были ее сослуживцы по подразделению, называя ее когда-то стервой космического масштаба. Черт, даже ностальгия накрыла. Однако, этот мальчишка слишком зарвался и напросился на публичную порку.
Орлов, белый лицом с отчаянным блеском в глазах и злобным оскалом, наконец, отбросил свою глупое бахвальство, желая победить врага лишь одной сталью. И взялся за параллельные магические техники. В нее полетела светящаяся сетчатая воронка бледно голубого цвета, и ради эксперимента Мурка приняла ее на силомеч. Техника дернулась, предсмертно замигала и распалась на гаснущие искры. Опачки, все же местные артефакторы достойны уважения! Боровские не могли создавать атакующие заклятья и подобные сило-штуки помогали им в бою напополам с родовой магической броней. И сейчас она в этом окончательно убедилась, снося летящие в себя мощный сгусток, вида кометы, который тут называют молот, и тройку копий. Да только театр надо заканчивать.
Длительный бой не входил в планы Мурки. Прорва морфов шла на усиление тела, удерживать которое надолго она еще не способна. И потому пошла на противника.
— Финита ля комедия, Орлик, — прошептала.
Сконцентрироваться на создании новых техник она ему сейчас точно не даст.
Меж тем зрители дуэли уж давно не скучали. Некоторые повскакивали с кресел, иные снимали бой на силоглас, пара девиц прикрывала рты ладонями, испуганно тараща глаза. Очередная волшба Виктора очень быстро захлебнулась, поскольку Боровский перешел в нападение. Огромный меч в его руке порхал, как бражник над цветком. Разрезаемый тяжелым клинком воздух даже не пел, а мощно гудел. Орлов вначале ушел в глухую оборону, вертясь, как бешеный волчок, на что-то вначале надеясь. Порой пытался разорвать дистанцию, но тщетно. Юркий, как ящерица, мелкий Боровский его настигал и методично расправлялся с последними силами оппонента, будто в насмешку не нанося глубоких ран, а шлепая плашмя — по плечам, спине, ягодицам. Лицо Орлова уж застилал пот, его волосы взмокли, прилипнув к щекам, а на лице маска решимости все чаще трещала по швам, являя на свет злое отчаяние.
В конце концов Виктор Орлов рухнул без сил. Все видели, в полной тишине Марк подошел к поверженному противнику, и приставил силомеч к его груди.
— Нет! — разрезал тишину всхлип одной из девчонок с первого ряда, Алины Яровской. — Вик!
Замерший Боровский метнул в нее взгляд. Что-то прошептал Орлову прежде, чем покинуть арену.
За ее спиной магическое табло высветило результат поединка, подсчитывая какие-то загадочные
