Читаем без скачивания Сезон огненных дождей - Олег Шовкуненко

– Что делать с этим полутрупом в дикой безжизненной пустыне? – произнес он в раздумье. – Не на себе же тащить! А так получит свои два грамма свинца – и привет. И ему спокойней, и мне, а уж как в «Архангеле» «обрадуются»!..

Последней фразой разведчик буквально поперхнулся. «Стоп! Они, конечно же, будут искать Тэрри, капитана и всех остальных. Это ведь не какая-нибудь патрульная группа, исчезновение которой можно просто так, тихо и незаметно списать в неизбежные, заложенные в статистику потери. Это спецподразделение… это их творение, это их элита.

Так… и что нам дает появление здесь поисковой группы? А ничего хорошего не дает. Обнаружат они груду расстрелянных трупов и тут же кинутся искать неведомого обидчика. И ведь найдут… непременно найдут! С их-то оборудованием!.. Ну, а даже если поверить в чудо и предположить, что ему все-таки удастся улизнуть… Что дальше? Куда идти? В пустыню? В одиночку, пешком, без малейшей возможности пополнять запасы продовольствия и воды… главное, воды! Шлема нет, костюм поврежден. Я не смогу собирать и регенерировать использованную влагу. А значит, долго не протянуть. И помощи, как всегда, ждать неоткуда…

А если попытаться позвать Николая? – Спасительная мысль сверкнула как луч света меж грозовых туч. – Великий Мастер, он такой… он может и услышать! – Пораскинув мозгами, Марк отрицательно покачал головой. – Где он, этот Мастер? Наверняка за сотни километров. Чем он может помочь, кроме доброго слова?! Нет, видимо, все-таки придется положиться только на себя. Спасение утопающих, как говорится, дело рук самих утопающих.

Итак, если поход в пустыню – отпадает, то что тогда остается? Остается не пустыня. Черт, хитро завернул! – Разведчик хмыкнул и обреченно покачал головой. – А не пустыня – это у нас что?» Тут он замер и продолжал так стоять минуту, две, три. Марк чувствовал, что у него бешено колотится сердце, а дыхание становится частым и глубоким. Выброс адреналина, как всегда, безошибочно указывал на одно – Грабовский решился на очередную, традиционную для него авантюру.

– Мне нужно попасть в город, – наконец едва слышно прошептал он. – А там посмотрим. Будь что будет!

После того как мимолетная идея превратилась в абсолютную уверенность, лейтенант присел на корточки перед телом все еще не пришедшего в себя Тэрри.

– Ну что, ключик ты мой золотой, поможешь дяденьке? – Грабовский почти с отеческой заботой поглядел на молодого рейнджера.

Глава 19

Капитан Томас Менокс даже не успел пропихнуть в себя и половину обеденного рациона, как поступила команда на экстренный вылет. Чертыхаясь, он выскочил из помещения офицерской столовой и пулей помчался в сторону подъемников, обслуживающих стартовую площадку номер шестнадцать. Его легкий транспортный флаер класса «Мул-МС» был уже наверху. Браво, видимо, Эверс постарался! Обрадованный тем, что часть нудной работы уже выполнена, пилот с ходу прыгнул в прозрачную кабину пассажирского лифта.

На Воларде оказалась кислородосодержащая атмосфера, и процедура шлюзования отпала сама собой. Герметичный туннель тоже не потребовался, и капитан из кабины лифта ступил прямо на бетон взлетной полосы.

Эх, хорошо-то как! Менокс полной грудью вдохнул хотя горячий, но все же свежий ветер. После застоявшегося, пахнущего дезинфицирующими средствами воздуха угрюмых подземелий это было чудо, настоящее чудо. Однако капитану не пришлось долго им наслаждаться. Входной люк «Мула» оказался всего в паре шагов от него, и через секунду Томас был уже внутри.

– Что там у нас?! – прокричал он с порога своему второму пилоту, лейтенанту Эверсу.

– «Гром» из второго дивизиона грохнулся. Идем на выручку.

– Ни фига себе! – присвистнул капитан. На его памяти это была первая авария флаеров класса «Гром». – Почему мы идем? Спасатели где?

– Спасатели? Да вон они… – Эверс многозначительно кивнул в сторону тесного пассажирского отсека.

Опуская фиксаторы безопасности, капитан мимоходом проследил за взглядом лейтенанта. То, что Менокс увидел, ему не понравилось… очень не понравилось. Вместо открытых человеческих лиц в его сторону были обращены три отливающих металлом защитных шлема А-420.

– Ничего себе спасатели! – Менокс перевел взгляд на напарника. – Из зоны «А» небось? Не хотел бы я, чтобы в случае чего за мной явились эти гробовщики.

– Тише ты, – зашипел на него Эверс. – Услышат… бед потом не оберешься. Знаешь ведь, они там шуток не понимают. Давай лучше делать свою работу. Видишь, сигнал на старт уже прошел, так что, как говорится, с богом!

– С богом! – повторил капитан Томас Менокс, переводя двигатели во взлетный режим.

Капитан Менокс вел свою крылатую машину точно на сигнал маяка. К счастью, в этой части экваториального континента связь работала. Ее не забивала та странная помеха, от которой страдал весь север. Так что выжившим в авиакатастрофе несказанно повезло. А в том, что таковые имеются, Менокс даже не сомневался. Кто-то же включил маяк, чем невероятно облегчил задачу поисковым группам. Без наводящего сигнала прошли бы дни, возможно, даже недели, прежде чем удалось бы натолкнулся на погибший флаер. В этом случае, естественно, нечего было даже мечтать о спасении людей, тем более, если они получили серьезные ранения. А так все невероятно упрощалось. Сорокаминутный прыжок по орбитальной дуге, и «Мул», ведомый рукой опытного пилота, уже на месте.

Картина катастрофы сверху была видна, как на ладони. «Грому» действительно хорошенько досталось. Более или менее уцелел лишь фюзеляж. От остальных же атрибутов совершенной летающей машины не осталось и следа. Все, что когда-то было крыльями, двигателями, стабилизаторами, антеннами и шасси, сейчас в виде покореженных бесформенных кусков металла валялось на площади в добрых пятьдесят акров.

– Сделайте круг и садитесь где-нибудь невдалеке. – Менокс услышал за спиной голос. Причем фраза была произнесена явно в приказном тоне.

– Я могу без круга. Прямо так… – начал было командир флаера.

– Вам сказано: круг и лишь затем посадка. – Капитана властно и грубо перебили. – Выполнять!

– Слушаюсь.

Пилоты затравленно переглянулись и повели машину на турбореактивных маневровых двигателях, сохранившихся практически неизменными еще с эпохи самолетов вертикального взлета и посадки. Пыли и песка от этого поднялись целые тучи. Что там в них яйцеголовые смогут разобрать, Менокс не понимал. Да и черт с ними, пусть теперь сами пеняют на себя. Совесть капитана чиста, он ведь предупреждал.

– Все нормально, садитесь. Опасности нет. – Скрипучий голос из-под защитного шлема прозвучал более дружелюбно.

Флаер Менокса приземлился в полусотне метров от погибшего «Грома». Пилоты заглушили двигатели, разблокировали входной люк и приготовились к долгому и нудному ожиданию. Люди из спецзоны предпочитали работать самостоятельно и лишних свидетелей с собой не брали. А если кто из простых смертных и оказывался задействованным в их операциях, то этому бедолаге можно было только посочувствовать. Чаще всего затем его ожидала хорошенькая чистка памяти. Нет, Меноксу такая перспектива совсем не улыбалась. Хорошо, что он пилот и никогда…

– Капитан, вы пойдете с нами. – Старший спецгруппы, по знакам различия майор, заглянул в пилотскую кабину.

– Но я…

Менокс растерялся. Первое, что пришло ему в голову, так это строка инструкции, согласно которой в зонах боевых действий первому пилоту категорически запрещалось покидать борт корабля. Однако прикройся он ею, и получится, что капитан струсил, что он хочет подставить вместо себя напарника. Майору, конечно, наплевать, а вот Эверсу… Да… между Меноксом и его товарищем навечно проляжет глубокая смердящая канава. Это нехорошо… это неправильно и недостойно!

– Я же сказал, опасности нет, все нормально. – Майор из зоны «А» по-своему истолковал нерешительность пилота. – Просто вполне возможно, что нам понадобятся кое-какие ваши знания. Да и выживших двое. Вчетвером нам будет удобно их транспортировать. На каждого потерпевшего придется как раз по два носильщика.

«Черт, вот угораздило!» – чертыхался про себя Томас Менокс всю дорогу до изувеченного «Грома». И неизвестно, к чему больше относились его проклятия, то ли капитан укорял судьбу, принудившую его работать в этой неуютной компании, то ли крупный красный песок, который потоком лился в его низкие летные ботинки. Однако мысли обо всех неудобствах, тяготах и мерзостях жизни вылетели из головы, как только капитан оказался внутри искалеченного «Грома».

Хаос, творящийся внутри, был понятным и даже весьма ожидаемым. Менокс воспринял его спокойно, без излишней эмоциональности. Капитан не был новичком и за свою пилотскую карьеру уже повидал несколько крупных катастроф. Но вот к чему пилот оказался точно не готов, так это к виду жертв, особенно в грузовом трюме.