Читаем без скачивания Сезон огненных дождей - Олег Шовкуненко

Переполненная надеждами, женщина кинулась к штабной палатке, но вдруг остановилась как вкопанная. Все светлое и радостное, все надежды и чаяния, все планы и стремления, всё это рухнуло, превратилось в прах. Ни для чего подобного здесь не было места. Здесь полноправно царила лишь одна смерть.

Около десятка тел, распластавшись, лежали возле только что прибывшего разведывательного модуля. Они не двигались, у некоторых из ушей, носа или глаз текли тоненькие струйки крови. Дэю поразило, вернее, даже напугало кровотечение из глаз. Что же должно было случиться, чтобы лопнули глазные кровеносные сосуды? Однако эта мысль лишь на мгновение посетила голову лурийского доктора. Невозможно думать о чем-то отвлеченном, когда тебе самой угрожает смерть.

Смерть смотрела на нее огромными черными немигающими глазами трех харририан. Это было все равно, что находиться под дулами винтовок. Один шаг в сторону, малейшее движение, попытка к бегству, и они выстрелят. И выстрел этот будет молниеносный, беззвучный и невидимый. Дэя вдруг поняла, что произошло. Оборотни! Это ужасные оборотни! Они пробрались в лагерь, и теперь людям Отто не будет спасения.

В этот самый миг, где-то совсем невдалеке от лурийки, прогремела автоматная очередь. Пули ударили в одного из харририан, превращая его грудь и голову в сплошное грязно-бурое кровавое месиво. Немигающие, пропитанные холодной ненавистью взгляды жителей Агавы тут же переметнулись с женщины на нового, более опасного противника. Освободившись от их оков, Дэя рухнула на землю. У нее больше не было сил. Страх, а может быть, и взгляды этих чудовищных существ выпили, иссушили ее до дна. Сейчас она могла лишь недвижимо лежать на горячей каменистой земле, не многим отличаясь от мертвых.

А выстрелы все гремели и гремели. Вот уже второй оборотень опрокинулся на спину и нелепо, словно поджаренный на огне арахнид, задергал конечностями. Почему на повстанцев больше не действует смертоносное излучение морунгов? Лурийка с трудом повернула голову и глянула в том направлении, откуда звучали выстрелы. Несколько человеческих фигур, головы которых украшали эллипсоподобные шлемы, объяснили все. Кто-то из повстанцев все же успел облачиться в защитные шлемы. Им теперь не страшны морунги, они теперь могут подойти вплотную и расстрелять этих тварей, как бешенных змееногов.

Только Дэя об этом подумала, как со стороны десантного модуля грянули ответные выстрелы. Из открытых дверей замершего планетохода посыпались люди в камуфлированных комбинезонах. Одновременно с этим небо закрыли черные силуэты огромных десантных кораблей. Дальше все смешалось в сплошном водовороте грохота, выстрелов, криков и стонов. Судьба лагеря, а значит, и Дэи была предрешена. Это был конец.

Лежа на земле, женщина обреченно глядела на залитое кровью поле боя. Солдаты ушли, преследуя отступающих повстанцев. И вот тогда-то произошло самое страшное… вот тогда-то и пришли они… Лурийка не видела, откуда появились фигуры в белых комбинезонах. Казалось, что они материализовались из самого горячего воздуха пустыни, казалось, что это призраки, явившиеся за душами умерших. Ах, если бы за душами… но нет же, они явились за головами. Какими-то зловещего вида инструментами, похожими на мощные лазерные скальпели, они отделяли головы погибших от тел и тут же прятали их в квадратные, поблескивающие металлом контейнеры. Исключение не делали ни для своих, ни для чужих, ни для людей, ни для инопланетян. Когда охотники за головами двинулись в ее сторону, женщина просто закрыла глаза. Она готовилась к страшной смерти…

– Мы на месте. – Конвоир сунул вычерченный на куске пластика план во вмонтированный в стену приемник утилизатора. – Дальше я поведу ее сам.

– Ты справишься, сержант?

Двое других солдат переводили взгляды с сержанта на Дэю и обратно, как бы оценивая его возможности. Сержант покосился на стянутые наручниками запястья инопланетянки, на толстые перчатки, надежно укрывающие ее острые двухдюймовые когти, и утвердительно кивнул.

– Справлюсь, тем более что бежать нашей гостье отсюда некуда. – Землянин внимательно посмотрел в глаза лурийке и медленно, почти по слогам повторил: – Бежать отсюда некуда. Ты меня понимаешь?

Дэя поняла, но ничего не ответила. Находясь в вынужденном бездействии на борту «Призрака», а затем и в лагере повстанцев, она усиленно изучала английский – язык тех людей, среди которых доктору довелось очутиться. Он оказался легче французского, но все же без загрузочных кабин, да еще за столь короткий срок, лурийка не смогла особенно преуспеть.

– Мы пошли.

Сержант одной рукой взял женщину за локоть, а другую приложил к датчику сканирующего устройства. Через мгновение замок щелкнул, и разблокированная дверь с легким шипением скользнула в сторону.

Помещения, по которым пролег их дальнейший путь, кардинально отличались от бездушных бетонных коридоров. Здесь все было по-другому. Полы и нижняя часть стен оказались декорированными красивым природным материалом. Дэя однажды читала, как он называется, но сейчас вспомнить не могла. На память приходили лишь огромные раскидистые растения с толстым и твердым стволом. Их очень много на Земле, поэтому немудрено, что люди с давних времен используют их как строительный и отделочный материал. И надо сказать, они достигли в этом истинного совершенства.

Доктор отдала должное благородной красно-коричневой отделке стен и геометрической мозаике полов. В глянцевых поверхностях тускло отражался свет замысловатых, похожих на большие белые цветы светильников. Они висели на стенах и своим слегка желтоватым светом придавали помещениям спокойную умиротворенную атмосферу, схожую с вечерними сумерками. Светильники на стенах чередовались с изображениями. Это картины – тут память лурийки не подкачала. Люди очень ценят их, особенно работы старых мастеров. Доктор не могла сказать точно, но, как ей показалось, именно такие картины и доминировали в этой подземной галерее. Обнаженные человеческие фигуры, мифические существа с крыльями, воины, облаченные в похожие на скафандры железные доспехи, диковинные фрукты и цветы. Все изображения были вставлены в массивные позолоченные рамы, поэтому казалось, что это окна и выходят они в разные миры. Совсем другие миры. Туда, где нет боли и страха, страданий и смерти. Но стоило Дэе отвести взгляд, и реальность с ужасающей жестокостью кричала ей: ты смертница, и жить тебе осталось считаные часы.

Вспомнив о камере сжигания отходов, женщина задрожала. Ничто, пусть даже самые шикарные интерьеры, не сможет заглушить воспоминания о ней. Вонь гниющих нечистот, закопченные стены, груды грязных пластиковых пакетов и огромное черное жерло, из которого вот-вот вырвется смертоносный огонь. И это все не где-то там на другой планете… это все здесь, возможно, даже за соседней стеной, возможно, ведущий к жуткому крематорию туннель находится вот за этой огромной дверью.

Эти мысли до предела напрягли нервы несчастной женщины. Поэтому, когда конвоир свернул и повел Дэю к этим самым резным двухстворчатым дверям, она едва переставляла ноги.

Оказавшись у двери, землянин приложил руку к датчику идентификатора и негромко произнес:

– Это сержант Смит. Пленная доставлена.

Ответа не последовало, но, видимо, так и должно было происходить. Сержант тут же убрал ладонь с поверхности сканера и, невесело покачав головой, приготовился ждать. Он молчал примерно два такта, затем перевел взгляд на лурийку и негромко произнес:

– Мы уже встречались. Я тебя хорошо запомнил.

В голосе конвоира не было враждебности, только пустота и усталость. Такой голос не бывает у лютого врага, именно поэтому Дэя и ответила:

– Твое лицо мне тоже показалось знакомым. Но я не могу вспомнить, где и когда мы встречались.

– Тогда лучше не вспоминай. – Человек по имени Смит сделал неопределенный жест рукой, словно отмахивался от прошлого, как от мерзкого надоедливого насекомого.

Своеобразный ответ. Лурийка вдруг поняла, что этому землянину неприятно вспоминать былое, может, даже он его стыдится и сожалеет о содеянном. Это хорошо. Возможно, удастся разговорить этого человека и таким образом раздобыть хоть какую-то информацию. Марк всегда говорил, что информация – это ключ к спасению. Подавив острую щемящую боль, которая возникла при воспоминании о любимом, Дэя самым тихим и кротким голосом, на какой только была способна, спросила:

– Куда меня привели?

– Кое-кто хочет с тобой повидаться.

– Кто?

– Не знаю. Это не мое дело, – резко ответил Смит, а затем, одумавшись, уже более мягко добавил: – Если мы оказались здесь, это значит, что тебя ждут важные персоны.

– Что это за место? – Лурийка обвела взглядом диковинно оформленный коридор. – И почему оно так странно выглядит?

– Странно? – Несколько тактов Смит непонимающе хлопал глазами. Затем в его взгляде появилось понимание. – Ах, да… ты ведь инопланетянка. Ты не понимаешь наших вкусов. – Смит снисходительно улыбнулся. – То, что ты видишь вокруг, это яркое проявление богатства и роскоши. Дорогие породы дерева, венецианское стекло, старинная мазня. Такое в нашем мире могут позволить себе лишь единицы.