Саид пытался просветить Мансура, назвать ему хоть половину его ошибок, но чем дальше царевич был от родного дворца, тем более надменным и неумным становился.
– Аллах милосердный, Мансур, так ты рискуешь потерять и уважение и доверие тех, кто еще в тебя верит.
– Мне не нужны ни уважение, ни доверие. Лишь покорность и повиновение! И ты, мой телохранитель, должен стать первым из тех, кто повинуется мне беспрекословно.
О как блеснули глаза замолчавшего Саида! Он мгновенно ощутил, как перестал быть братом царского сына. А поняв это, совсем иначе стал к нему относиться. Ибо братская любовь, которую так терпеливо лелеяла царица Амани, навсегда покинула его. Осталось лишь молчаливое недоумение из-за собственной глупости, которое грозило вот-вот перейти в открытую ненависть к царевичу.
Заскрипели канаты в кабестанах, ветер надул тугие паруса, и плавание началось. Ничего этого не заметил Валид, ибо вел долгую безмолвную беседу с Назиром-звездочетом. Он рассказывал о странствиях последних дней, о погибшем под песками Вавилоне, о блистательном Бехистунском памятнике, что повествует не только о мудрости и дальновидности царя персов, но и об удивительных мастерах, руками коих была высечена огромная надпись, существовавшая тысячелетия.
«О Аллах, какое счастье, мальчик мой, что ты увидел все это! Ведь я помню тот день, когда ты прочитал об этом в свитке, повествующем о днях расцвета империи персидских царей!»
«Помню этот день и я… Но помню и то, какая печаль объяла меня, как только я подумал, что удивительные истории, какими пестрела и эта книга, и многие иные, так и останутся историями на бумаге. Что никогда не увидеть мне воочию ни развалин Вавилона, ни удивительных монументов, повествующих о вечности, ни даже обыкновенного разбойника… Печалился я, что жизнь моя пройдет между страниц книг, и я так и умру всеведущим, но ничего не видевшим книжным червем!»
«Каким, увы, стал я…»
«О да, мой добрый и мудрый дед, каким стал ты… Но сейчас я благодарю всесильного и всемилостивого Аллаха за то, что он дал мне эту удивительную возможность…»
«Твоя матушка, моя нежная дочь, была бы рада этим твоим словам».
Валид словно наяву увидел, как увлажнились глаза Назира-звездочета.
«Теперь же, мой добрый Валид, я попрошу тебя об услуге. Вернее, лишь о части услуги. Мой друг Георгий, мудрец, к которому спешите вы все, ждет тебя как особого ученика. Ибо, увы, это не секрет, ни Мансур, ни Саид не способны впитать всех тех знаний, которыми так богат Георгий. А вот тебе, мой друг, моему лучшему ученику, такое под силу. И вот моя просьба – стань прилежным учеником Георгия, лови каждое его слово, не отказывайся ни от одного урока, какими бы странными знаниями тебя не удивлял мой мудрый друг. Поначалу, быть может, многое будет тебя смущать, приводить в трепет или уныние. Но, прошу тебя, наберись терпения. И ты будешь вознагражден знаниями и умениями столь разнообразными, что даже я, мудрец и звездочет, не в силах вообразить!»
«Об этом, добрый Назир, ты мог бы меня и не просить… Ибо я мечтаю припасть к этому удивительному источнику знаний с того самого мгновения, когда узнал о нем. Даю тебе слово, добрый мой учитель, что не будет у Георгия-мудреца более усердного ученика, чем я!»
Простившись с далеким Назиром, Валид вышел на палубу взглянуть на море. Весенние шторма уже отшумели, но летние штили еще не пришли. Вот в эти благословенные дни и пересекали сыновья царя Омара Море Джурджан.
Валид поднял глаза вверх. Высоко над кораблем реяли птицы. Воздух над морем был так свеж и напоен удивительным ароматом свободы, что душу Валида наполнило ощущение небывалого счастья. И в этот момент до него долетел новый зов. Зов человека, с которым юноша никогда ранее не беседовал.
«Здравствуй, мой новый ученик!»
«Здравствуй, учитель! Но я же знаю тебя! Я слышал тебя ранее, слышал твой голос…»
«О да. Я помогал твоему деду обучить тебя этому замечательному искусству. Искусству, что скрывает расстояния и сближает души. Расскажи мне, где вы сейчас?»
И Валид послушно начал описывать весь долгий путь каравана от ворот столицы страны Ал-Лат до порта Баболь, где трое сыновей царя Омара взошли на борт корабля.
Георгий смеялся от души: «Так ты говоришь, смесь черного пороха и лекарственной мяты… Забавно. Мои мальчишки обычно в таких случаях обходятся только мятой и жгучим перцем…»
«Да, мой учитель, о перце я тоже читал. Но мне показалось, что порох будет действовать вернее…»
Валид чувствовал удивительное душевное единство с этим человеком. И пусть он никогда не видел своего нового учителя, но уже сейчас был готов внимать ему часами, дабы насладиться всей бездной знаний, что должна была разверзнуться перед ним.
«Ну что ж, мой друг. Если ваш Аллах не сменит милости на гнев, то через три дня вы высадитесь в порту богатого города Астара. Это место удивительное, но вам я не советую задерживаться там надолго. Ибо вам придется еще вынести как минимум два дня пути верхом. И только тогда вы появитесь перед светлыми очами правителя моей родины, гордой страны Аштарат».
«Правителя?»
«Конечно! Ведь твой старший брат – наследник трона великой державы. И потому обязательно должен появиться во дворце. Думаю, твоему старшему брату, Мансуру, уже не захочется никуда ехать. А вот тебя я буду ждать, ибо в тебе чувствую настоящую жажду знаний…»
Валид почувствовал пустоту – его разум вновь принадлежал только ему. Итак, теперь их ждет дорога от Астара до столицы страны Аштарат. Как, оказывается, еще далеко до цели! Подлый хозяин караван-сарая, похоже, заметно удлинил их путь. Но сколько чудес увидел Валид на своем пути…
К удивлению младшего из сыновей царя Омара и морское странствие, и дорога от Астара до столицы промелькнули, словно за секунду.
И вскоре перед тремя всадниками в запыленных дорожных плащах открылись ворота дворца, где ждал их властелин земли Аштарат. Всего несколько минут смогли провести в своих комнатах сыновья страны Ал-Лат. И вот уже, вытащив из сундуков самое нарядное платье и самое богатое оружие, они спешат по коридору в большой зал для приемов.
Мудрый, но совсем еще молодой Мкртич Первый, властелин земли Аштарат, принял их удивительно радушно. Столы ломились от яств. А когда в долгой приветственной речи царевич Мансур упомянул, что царь Омар желает, чтобы сыновья продолжили курс наук под руководством мудрого Георгия, радость властелина просто превзошла все границы. Ибо маленькая гордая страна Аштарат славилась и своей древней культурой, и удивительным хранилищем знаний, что сберегало свитки, клинописные таблички и книги долгую тысячу лет, и… школой мудреца Георгия.
