и бросились догонять.
Девушку звали Варвара. Оказалось, она пишет картины и специально в день гуляний была здесь, на набережной, чтобы запечатлеть толпу.
– Понимаете, там, где шли основные представления, было слишком много света, фотографии получались размытые, а мне нужны чёткие лица. Я пишу со снимков, – объяснила она, – поэтому и ушла в эту часть. Здесь и обстановка была спокойнее, и люди двигались медленнее. Фотографий получилось много, не все, конечно, пригодились, но ваша была лучшая. И мне захотелось написать портрет – настоящий, с натуры. Где вас искать, я не знала, но очень надеялась встретить тут. Знаете, как бывает, уверен, что повезет, и всё! – Варвара звонко засмеялась. – И видите, всё-таки мне повезло!
– Простите, но я бы обязательно вас запомнил! Тем более если бы вы нас снимали, – Джереми боялся спугнуть удачу. – Забыть такое красивое лицо невозможно, – он не сводил с девушки восхищённых глаз.
– А вы и не могли меня видеть, у меня есть особое место, на парапете у столба. Свет фонаря там падает на тротуар, а я остаюсь в тени. Отличная позиция – люди идут и не обращают внимания, естественные лица, естественные позы. Отсюда можно делать прекрасные снимки. Вы получились у меня очень чётко, даже седая прядь видна. У вас было такое печально-весёлое лицо, что снимок сразу меня привлёк. – Варвара посмотрела в глаза Джереми, поправила упавший на лицо каштановый локон и мягко улыбнулась.
– У вас есть фотография? – глаза Тимура загорелись интересом.
– Можно посмотреть? – сразу приступил к делу Олав.
– Если пройдёмся до моего дома, я вам её покажу.
– Тим, там проставлены дата и время съёмки. Олдридж не мог убить своего друга, в это время он находился на набережной, – сиял Олав. – Жаль, что семейка Дайсонов не попала в кадр, вдруг они всё наврали и живут в Амальгаме?
– Сомневаюсь. Тот, кто разыграл этот спектакль, слишком умён и не будет так рисковать. А вдруг увидят знакомые или полиция начнёт искать? Нет, скорее всего, они из другой параллели. И не думаю, что в ближайшее время эта парочка посетит Амальгаму. Мне и самому до сих пор не верится, что нам так повезло, – покачал головой Тимур, наблюдая за беседой Джереми и Варвары. – Они красивая пара.
– Ты тоже заметил? – довольный Крендель разлёгся у его ног. – Может, повезёт и эта встреча перерастёт во что-то большее? Очень хочется, чтобы так и было, парню сейчас нужна поддержка. Он потерял друга, семью, у него покопались в мозгах, одиночество в таких случаях противопоказано. Пожелаем ему удачи, любовь в сложившейся ситуации – лучший выход, – философски закончил проводник.
Олдридж совершенно забыл, зачем они сюда пришли, и был полностью поглощён разговором с девушкой. Они оба так увлеклись друг другом, что остальное, казалось, их совсем не интересовало, словно мир вокруг перестал существовать.
– Молодые люди, нам пора, – намекнул им Крендель. – Время позднее, нас дома ждут дела.
Всю дорогу назад Джереми искренне благодарил Тимура и Олава за помощь. Его словно подменили, даже походка стала другой – подбородок выше, плечи развёрнуты.
– Теперь я смогу доказать, что не убивал Марека! Вы совершили чудо!
– Возьмите с собой Варвару, снимок и отправляйтесь к капитану Петерссону. Он единственный, кто может вам помочь, – сказал Тимур.
– И мы вас очень просим, не говорите о нас, – попросил Олав. – Не стоит ему знать об этом расследовании.
– Но как же так? Вы столько сделали для меня! Я в любом случае никогда не забуду вашу помощь. Если возникнут проблемы, особенно финансовые, всегда готов помочь! – Засиявший Джереми развернулся и направился снова к дому Варвары.
– Подождите, а кто же тогда убил Марека? – почесал затылок Олав. – Если Олдридж не виноват, то кто? Неужели дело так и останется нераскрытым, а преступник – на свободе?
– Нам ещё предстоит это выяснить, – важно ответил Крендель. – Не знаю, правда, как, да и не моего ума дело. Но у нас есть два отличных детектива, наверное, это их задача, – пошутил он.
Проводив Олава, они вернулись домой, и Тимур снова достал архивы Агаты. Его мучила мысль, что мама каким-то образом имеет отношение к этому преступлению, нужно только найти зацепку. Как бусина из дела Олдриджа попала к ней? Существует ли между ними связь? Или просто случайность?
– Ты спать собираешься? – поинтересовался зевающий Крендель.
– Пока нет, – не поднимая головы, ответил Тимур. Он раскладывал на полу вокруг себя папки по алфавиту.
– Что ты ищешь?
– Пока сам не знаю.
– Не засиживайся долго, – проворчал Крендель, растягиваясь на тахте. – Завтра на учёбу.
– Помню.
Тимур открывал каждое дело и быстро пробегал глазами в поисках знакомых фамилий, так как понятия не имел, как могла назвать папку Агата. Общие знакомые? Нет. Пересечение интересов? Нет. Листок за листком, он перебрал все записи. Классифицировал по месту преступления, потом по годам. Запутался. Начал снова. Ничего подходящего. Тимур разочарованно сложил документы на полку.
«А почему я решил, что это обязательно должно быть оформленное дело? Может, о нём упоминается в маминых записях», – сказал Тимур сам себе и с воодушевлением вытащил все бумаги из ящиков стола Агаты. Их оказалось немало. В одну сторону счета, в другую – открытки, вырезки из газет и всякую ерунду, которая всегда скапливается в любом столе.
Тимур давно собирался их разобрать и отсортировать в каком-нибудь порядке – самое время совместить полезное с приятным. В отдельную стопку сложил письма, перечитав перед этим каждое. Ничего интересного. Затем принялся за записи, которые не поддавались классификации и выглядели ворохом разрозненных бумажных обрывков.
Тимур уже засыпал на ходу, когда наткнулся на обычный тетрадный лист в клеточку.
«…нанял меня для выяснения очень деликатного дела. Ему кажется, что в его фирме творятся тёмные делишки, о которых он хочет знать, особенно о том, кто за всем этим стоит. Джереми исключили сразу, Марек ему доверял как себе. Редко встретишь такую безоговорочную веру в дружбу. Я даже позавидовала немного. У меня таких друзей никогда не было. После проверки несколько незначительных белых пятен обнаружилось только у двоих – у Вилли и у Адама. Марек сразу встал на защиту Вилли, он его партнер, и они вместе много лет, об Адаме никто толком не знает. Пришлось сосредоточиться на нём. Работает в фирме недавно. Отзываются о нём хорошо, о личной жизни ничего не известно. Следила за ним три дня, ничего примечательного, лишь один раз встретился с незнакомым мужчиной в ресторане на окраине города. О чём говорили, выяснить не удалось. Как и договаривались, я присмотрела ночью за домом. Если бы знала раньше, что Марек вернулся, у меня была бы возможность спасти ему жизнь. А так подумала, что просто забыли выключить свет
