под ним, так жалобно стонал и просил больше, что остановиться казалось невозможным, это было превыше его сил.
Макарова хотелось облизать с ног до головы, его хотелось обласкать и затрахать до полусмерти, и Адлан не стал себя ни в чем сдерживать, тем более что сам Кирилл отвечал с такой охотой и рвением, которых не было даже в их первый раз.
Адлан в очередной раз пришел к выводу, что ни в его сердце, ни в постели, Кирилла никто и никогда не сможет заменить… Правда Макаров потом долго корил себя за то, что получилось так неудобно — кровать, которая претерпела все пытки их любви принадлежала Артему и Руслану. До самого вечера Макаров краснел и мялся.
Вообще, у Адлана появилось стойкое ощущение, что парень отвык от него и снова начал стесняться, как было в самом начале их отношений. С одной стороны, это было забавно, но с другой, он хотел видеть настоящего Кирилла, а не загнанного и запуганного зверька.
— Поешь, пожалуйста, — Адлан пододвинул тарелку с едой к юноше. — Ты очень сильно похудел, — парни сидели на просторной, со вкусом обустроенной кухне. На улице почти стемнело, через час-другой должны были вернуться Руслан, Артем и их малыш.
У Адлана складывалось стойкое ощущение, будто бы за этот день прошло гораздо больше времени, чем за весь прошедший год. Он успел встретить свою любовь, поговорить с ней по душам, залюбить до потери сознания и снова поговорить. Кирилл смущено улыбнулся, но послушно принялся доедать оставленный ужин.
Говорить больше не хотелось, с Адланом было тепло и уютно. В то, что он действительно был рядом, Кирилл все еще верил не до конца, но вот мужчина все время его касался, что-то тихо говорил и пах таким родным запахом, что Макаров начинал верить…
— Что ты теперь будешь делать? — осторожно поинтересовался Османов. Заводить этот разговор не хотелось, но и избегать его было глупо. Да, они встретились, да, произошло чудо, да, у них был невероятный секс, но что творилось в голове упертого и своенравного юноши, никто не знал.
— О чем ты? — Макаров поднял на собеседника настороженный взгляд. Почему Адлан его спрашивал об этом, он не понимал. Что он должен был делать, когда его любовь сидела в нескольких сантиметрах от него? Он собирался начать жить. Заново.
— Ну… ты собираешься оставаться здесь? Работать? Жить? — неуверенно протянул Адлан.
— Я не знаю… я не думал об этом… — Кирилл улыбнулся и вскоре пересел на колени мужчины. Сидеть поодаль от него больше не было сил. Будь воля Макарова, он бы вообще не отцеплялся от Адлана.
— Ты не думал о том, чтобы вернуться домой? — Адлан серьезно взглянул на парня и тут же пожалел о том, что сказал, потому как лицо Макарова стало хмурым и недовольным.
— Нет, — твердо ответил он. — В Россию я не вернусь, — приговором прозвучало для Османова.
— Но…
— Извини, Адлан, но это невозможно, — Кирилл тут же поднялся с колен мужчины и начал медленно расхаживать взад-вперед. — Я бы хотел тебя обрадовать таким решением, но я никогда и ни за что больше не вернусь в Россию. Мне плохо там. Всегда было плохо, — признался Макаров. — Меня всю жизнь путали с девушкой, оскорбляли, угрожали, избивали. И все только потому, что я не похож на других. Я всегда подумывал о том, чтобы уехать, но дом, учеба, родитель, ты… меня многое держало на родине. Но получилось так, как получилось и теперь я не намерен этого менять. Я не хочу общаться с родителями, они поступили плохо по отношению ко мне, и прощать их у меня пока что нет сил. Я хочу жить здесь. И только здесь, — Кирилл закончил свой быстрый монолог и серьезно взглянул на Адлана. — А что же ты?
— Я? — Османов пожал плечами. Он был растерян. Мужчина и подумать не мог, как серьезно настроен его возлюбленный касательно переезда и своей семьи. Было странно слышать этот от Кирилла, но уже во время «второй» попытки их отношений, Адлан успел понять, что Кирилл далеко не мягкий и стеснительный юноша, каким показался ему в самом начале их отношений.
В нем был стержень, он мог быть стервозным, истеричным, всегда знал, чего хотел. Более того, иногда в Макарове просыпалась такая властность, что даже Адлану становилось не по себе. Если бы не влюбленность в парня, он бы хорошо пораздумывал над тем, стоит ли связывать свою жизнь с таким непростым человеком, но чувства… они решили все за обоих.
— Я не знаю, Кир… то есть, в России у меня работа, бизнес, семья, друзья, сестра, невеста…
— Кто? — последнее Адлан сказал не раздумывая и только спустя секунду понял, какую ошибку совершил. Макаров резко изменился в лице, побледнел и отступил на несколько шагов назад. — Что ты сейчас сказал? Повтори.
— Кир, подожди, — Адлан быстро поднялся с места и подошел к любимому. — Я сейчас все объясню, — он тяжело вздохнул, набирая в легкие побольше воздуха, будто собирался нырнуть на огромную глубину. — Мы ведь расстались… то есть, я так думал. Я думал, что ты бросил меня и уехал в Англию, чтобы начать выстраивать свою жизнь с чистого листа. Я долго был один, но потом стал задумываться о семье, о детях. Мне ведь уже тридцать, я не маленький мальчик, а тебя не было рядом… вот и… так получилось, что у меня появилась невеста, — закончил свой сбивчивый монолог Адлан.
— Ты любишь ее? — холодный тон Кирилла застал вздрогнуть, но все было ничем в сравнении со взглядом парня, в котором не было ничего кроме ненависти и презрения. Не верилось, что буквально минуту тому назад, эти карие глаза светились счастьем, любовью и нежностью.
— Нет, — уверенно ответил Адлан.
— А меня?
— Кирилл, ты же знаешь…
— Ответь! — резко закричал Макаров.
— Да… — Адлан ошарашенно отступил от собеседника. — Конечно, я люблю тебя. Больше жизни…
—
