– Ради всего святого! – взмолилась она, не в силах долее терпеть эту пытку. – Отпустите меня!
– Я – мужчина? – не унимался Ридли, дико сверкая глазами.
– Вы – чудовище! – вскричала Аллегра и выдернула руку со слезами на глазах. – И не достойны даже минутной жалости! – Швырнув на пол камзол, она выскочила прочь из комнаты. Прочь из таверны. Прочь из города. Прочь от горя, готового разорвать ей сердце.
– Ну что ты за глупая тварь? Неужели будешь тащиться за мной до самого Уэнлок-Эджа только потому, что я спасла от мальчишек твой хвост? – Аллегра уселась на лужайку в стороне от пыльной дороги и протянула руки к тощей дворняге. В спешке покидая Ладлоу, она и внимания не обратила на пса. Тогда все ее мысли занимало стремление поскорее убежать от Ридли.
Однако смышленый пес запомнил ее. И увязался следом, преданно виляя хвостом. А теперь радостно взлаял и подскочил к ней в объятия, уткнувшись холодным носом в шею.
Щекочущее прикосновение теплой шерсти почему-то напомнило о том, что соломенная шляпа так и болтается у нее на спине с той минуты, как Ридли стащил ее с головы. Ей давно следовало надеть ее как подобает. Солнце пекло вовсю. Наверное, оттого в висках зарождалась пульсирующая боль.
Аллегра встала и осмотрелась. Должно быть, она неподалеку от Калмингтона. С детства ей запомнилось, что через деревню протекает ручей, который за околицей скрывается в лесу. Глоток холодной воды наверняка прибавил бы ей бодрости. Может, ей даже удастся выбросить из головы мысли о Грее Ридли.
Свернув с дороги, путешественница очутилась под прохладной лесной сенью. Оказывается, здесь имелась тропинка: не ее одну привлекала живительная влага в такие жаркие августовские деньки, как этот. Сопровождаемая по пятам дворнягой, Аллегра вышла на небольшую солнечную лужайку, пестревшую яркими цветами среди сочной зеленой травы. Между прочим, убегая в панике из Ладлоу, она совсем позабыла зайти в аптеку.
– Ну что, псина, – со смехом обратилась к собаке Аллегра, – матушка обучила меня не только терпению, но и практичности, а уж на этой лужайке растет столько лекарственных трав, что с успехом хватило бы на десяток аптек.
Девушка сняла шляпу, повесила за ленту себе на руку и не спеша двинулась вперед, разыскивая и собирая в импровизированную корзинку поджидавшие здесь дары природы. Желтые соцветия горечавки от болезней желудка, очанка и папоротник-орляк, душистый тимьян, пастушья сумка от кровотечений. Вскоре шляпка была полна цветов, листьев и трав. Аллегра разогнала суетливых пчел, жужжавших над ароматным клевером, и счастливо улыбнулась. Даже в самые неудачные дни выпадают светлые минуты. Если царапины на руке у лорда Ридли воспалятся, придется делать припарки. А для них прежде всего необходим клевер. Она набрала несколько пригоршней пахучих головок и положила в шляпу.
К тому времени как поляна была пройдена насквозь и вблизи послышалось журчание ручья, на душе у нее заметно полегчало. Зачем попусту убиваться по Грею Ридли, если ему уже ничем не поможешь? Довольно с нее и собственных тревог и горестей. А про то отчаяние, что она прочла в его глазах, про его горячие нежные губы и сильные руки надобно поскорее позабыть.
Опустившись на колени, Аллегра утолила жажду прямо из ручья и двинулась вдоль русла дальше в лес. Поток внезапно разлился широкой заводью, затененной вековым ясенем. Солнечные блики весело мерцали на водной глади, пробиваясь сквозь густую листву.
Прохладная заводь так и манила к себе. Аллегра секунду поколебалась, а потом отложила в сторону шляпу и, быстро скинула с себя всю одежду. Летний ветер овеял теплом голое тело. После пыли и духоты эта ласка была вдвойне приятна.
Пес следил за ней, забавно свесив голову набок и всем своим видом словно желая сказать, что она сошла с ума. Однако когда Аллегра попробовала воду ногой, то убедилась, что животное было право.
Но с другой стороны, казалось глупым отступать сейчас, когда она уже успела раздеться. Девушка набрала полную грудь воздуха и кинулась в воду. Святые угодники, да у нее и впрямь мозги набекрень! Аллегра принялась молотить руками и ногами, разбрызгивая воду. Влага оказалась более чем освежающей, и девушка уже подумывала о том, как бы поскорее выбраться отсюда.
Слава Богу, заводь не очень глубока – вода едва доходила до груди, а то и потонуть недолго. Хотя рядом с фермой Хаммер Прингл протекала река, купаться в ней запрещалось даже в самую жару. Хозяйка опасалась, что строптивая батрачка додумается уплыть по реке в Чарлстонскую гавань, а там поминай как звали.
Пес стоял на берегу и лаял. Она со смехом зачерпнула пригоршню воды и брызнула. Дворняга поспешно укрылась за толстым бревном, но тут же выскочила обратно и залаяла пуще прежнего. В пса снова полетели брызги воды, он вновь спрятался, чтобы выскочить на берег, заходясь счастливым лаем. Незамысловатая игра доставляла обоим огромное удовольствие. Аллегра и не могла припомнить, когда играла в последний раз – разве что в детстве. Ей стало грустно, и она вздрогнула – и от болезненных воспоминаний, и от ледяной воды одновременно. Пес не спускал с нее глаз и лаял, приглашая еще поиграть. Девушка постаралась встряхнуться и брызнула водой. Животное исчезло надолго.
Аллегра стала ждать. Было слышно, как хрустят сухие ветки в кустах позади толстого дерева. Куда же пропал пес?
– Эй, собака, ты не хочешь больше играть?
– Я еще с дороги услышал, как он лает. Наверное, испугался лошади и удрал.
Аллегра охнула от испуга и погрузилась в воду по самый нос. Грей Ридли верхом на своем огромном жеребце выехал на берег и уставился на купальщицу с игривой улыбкой. Его одежда была в беспорядке, а глаза возбужденно блестели.
– Сколько бутылок джина вы успели опорожнить после моего ухода? – брезгливо поинтересовалась она. Как ни странно, в этот миг ее испуг уступил место гневу.
– Сколько ни выпил – все мало. – Ридли был весьма доволен собой.
Девушка машинально попыталась прикрыть свою наготу, но тут же поняла, что ничего не выйдет. В такой прозрачной воде не спрячешься. И к тому же он успел налюбоваться ее грудью раньше. Так чего же стесняться? И она нарочно дерзко выпрямилась под его взглядом, сердито промолвив:
– Возвращались бы вы поскорее в Бэньярд-Холл, пока можете удержаться в седле, милорд!
Он рассмеялся и спешился, двигаясь тяжело и неловко. На запястье болтался короткий хлыст, которым Ридли хлопнул животное по боку.
– Пускай возвращается сам. Вместе мы с тобой и так доберемся до Бэньярд-Холла. Попозже, – слащаво про мурлыкал он.
Аллегра скрипнула зубами от злости. Ну почему выпивка всегда распаляет похоть?
