в машину. Пора ребёнка будить.
– Но я… – Саша задрожала от нагрянувшей паники. – Я же…
– Вы собирались лететь в Италию. Вот и летите.
– Я хотела, как лучше, – на глаза Северянской набежали слёзы. Женщина с отчаянием сжимала сумочку, боясь даже моргать, чтобы мы не испарились. – Альфа, я не могу без них…
– Никита… – мой робкий голос вынудил Волкова стиснуть челюсти.
Альфа подошёл к машине, взглядом приказал мне садиться.
Я нахмурилась и уже приготовилась даже ругаться, когда Никита тихо прошептал:
– Аня, Женю надо разбудить. Он и так шесть часов проспал. Даже я, мало что понимающий в детях, знаю, что это ненормально. А с Северянской… – Никита посмотрел на ссутулившуюся женщину. – Мне понадобится время, чтобы забыть то, что вы собирались сделать с моим ребёнком. В природе альфы нет такой черты характера, как всепрощение.
– Но меня же… – только начала говорить я, как Никита меня перебил.
– Ты – истинная. Остальных предателей я либо подавляю, либо изгоняю из стаи. – Альфа презрительно усмехнулся. – Александра Михайловна, вам очень повезло, что вы не из наших. В общем… возвращайтесь домой. Когда зверь успокоится, я прикажу связаться с вами.
Саша всхлипнула, прижав сумочку к груди.
– Иди, – кивнула я с робкой улыбкой на губах, принимая ребёнка, которого Волков осторожно положил на мои руки. – Я тебе позвоню.
– Спасибо, Аня… Спасибо и ещё раз… простите меня. Я так испугалась… Я хотела помочь…
Видя, что Сашу накрывает истерика, осторожно переложила Женю на сидение и выбралась из машины, чтобы обнять запуганную человечку.
Северянская только ещё больше разрыдалась, стиснув меня в ответ с отчаянной болью.
В таком состоянии оставлять Сашу я не могла. И забавно, что Никита это понял, стоило мне только взглянуть на него щенячьим взглядом.
– Садитесь на заднее сидение. Обе. Живо, пока я не передумал, – рыкнул альфа, доставая какую-то штуковину из машины, болтающуюся на длинном шнуре.
«Рация?»
– Иван? Приём…
– Пшшшш-пшшшш, – зашипела рация. – Альфа?
– Через час будем в стае. Позови Семёныча. Скажи, пусть ждёт нас в особняке. Нужна его профессиональная помощь.
– Мозгоправа? Что-то случилось? – озадаченность отчётливо слышалась в голосе одного из бет Волкова.
– Не страшно, но успокоительные на ночь лишними не будут. Я не собираюсь всю ночь сидеть над рыдающей дамочкой.
Мы загрузились в машину, я разбудила Женю, и «Патриот» сорвался с места.
Сын капризничал. Как я и предполагала. Он хотел есть и двигаться, а в машине, которая без того спешит доставить малыша в респектабельные условия, этого не провернуть.
Пока доехали, я сто раз успела пожалеть, что сняла заклинание с кулона. Кстати, в больнице моё изобретение вызвало такой ажиотаж, что пришлось давать визитку главврачу частной поликлиники сверхов. Малику ждал сюрприз. Впрочем, я ведьмочку предупредила, сбросив сообщение в мессенджере, пока мы ехали в Вёшки.
– Боря, загони машину в гараж, – можно сказать «попросил» Никита, подъехав прямо к порогу здоровенного особняка.
Оборотень, стоящий на входе в резиденцию альфы, мигом оказался рядом с Волковым и послушно запрыгнул на водительское сидение. Как только мы все выбрались на чистую брусчатку, «Патриот» укатил.
– Проходите. Комнаты для гостей на втором этаже. Детская для вас уже готова, – Никита кивнул мне и сыну и мягко улыбнулся. – А для вас, – улыбка вмиг слетела с губ альфы, когда Волков посмотрел на Северянскую, – сейчас приготовят…
За нашими спинами началось какое-то движение. Видимо, оборотницы, прислуживающие в доме альфы, бросились исполнять… даже не приказ, а намёк на него.
Никита тем временем продолжил:
– Думаю, никто не будет против позднего ужина.
Женя нетерпеливо запрыгал на моих руках. Поесть сын никогда не был против. Он у меня маленький троглодит. Организм растущего сверха, что ещё сказать!?
Никита подошёл к правой боковой двери и распахнул для нас две её створки. В стиле барокко, она вся сверкала позолотой, что было необычно, ведь лестница и холл придерживались модерна.
Женя вертел головой, и глаза сына напоминали два блюдца. Пусть наш дом в Мытищах тоже не был похож старенькую обычную однокомнатную квартирку, в которой я Женю родила, но особняк Волкова – это что-то!
Я поставила малыша на пол в надежде, что он прижмётся ко мне обратно, как делал это в чужих домах. Но почему-то заранее предвидела, что моим надеждам не суждено оправдаться.
Женя довольно прытко припустил в столовую альфы, открыто улыбаясь всем попадающимся на его пути оборотням.
Я вошла в столовую и ахнула. Как и дверь в неё, комната всем своим видом напоминала прошлое. Я почувствовала себя в средневековой эпохе замков. Так всё выглядело… странно. В комнатах и холле всё выполнено в современном стиле, а тут… С другой стороны за всё то время, что я была здесь, мне не выпадала экскурсия по дому. Я то в спальне Никиты изнывала под охраной сразу шести здоровенных оборотней, то в его «логове» чалилась.
Через пять минут два подростка с поварскими колпаками на головах накрыли на стол.
– Это Ева и Андрей. Они – дети моего повара. Татьяна Викторовна считает, что знание, насколько тяжёл родительский труд, обязательно для воспитания благодарных детей. – Никита улыбнулся девочке десяти лет, и щёчки Евы залились румянцем. – Ребята помогают Викторовне по хозяйству… если успевают справиться со школьной нагрузкой. Естественно, не бесплатно. Всё, ребят… топайте отдыхать. Мы приберём сами.
Подростки разулыбались и ускакали.
Я еле успела уловить Женю за рубашку. Мой прыткий сверх собирался «топать» следом за молодняком стаи. Только уговоры и обещания вкусной еды смогли унять его капризное недовольство.
Тяжело вздыхая, смотрела за своим маленьким дикарём, уплетающим и суп, и мясное жаркое с таким рвением, что остатки пищи во все стороны летят!
«Ох! Это его «я сам» меня просто убивает! Долбанный кризис трёх лет!»
Саша покинула столовую первой. Как только в комнату настоящей эпохи ренессанса вошла та самая оборотница с очень недружелюбным взглядом, которая мне встретилась в первый день попадания сюда. Тогда я подумала, что она одна из гостий, таких же недружелюбных, но видимо ошиблась.
Девица отчиталась, что комната для крёстной готова, и вызвалась её проводить.
Саша встала, извинившись, пожелала спокойной ночи и ещё раз извинилась, после чего ушла за оборотницей.
Напоив ребёнка компотом, тоже поднялась из-за стола. Хотела прибраться.
Двери справа распахнулись, являя за собой кухню.
– Нет-нет, – запричитала женщина в теле, понукая указательным пальцем. – Здесь моё владение. Никаких красивых дамочек на моём пороге!
Никита улыбнулся, оценив мой опешивший вид.
– Аня, знакомься. Это Татьяна Викторовна – богиня кухни и столовой. Как ты могла заметить, эта очаровательная женщина поклонница сказок и
