писем с Джейконом с тех пор, как уехала, но писала расплывчато из-за чувства вины и стыда, что так и не смогла проникнуть в разум Ника и подтвердить, что полностью здорова. Что бы он о ней подумал?
Легкое прикосновение к спине заставило ее вздрогнуть, возвращая обратно в коридор, где братья и Ливия тихо беседовали с генералом Фенстеда. Она повернула голову и встретила встревоженный взгляд Рейлана.
– Хочешь поговорить наедине?
Сердце Фейт забилось быстрее от этого вопроса. Странно, но она даже не смогла выдержать его взгляд, не покраснев. И покачала головой.
– Мне нужно проверить Рубена. – Очередная ложь, оставляющая внутри мерзкое ощущение.
Фейт надеялась застать его одного и теперь, в компании, чувствовала себя неловко, а нахлынувшие воспоминания о друзьях из Хай-Фэрроу затягивали в пучину отчаяния. Все посмотрели на нее, и Рейлан напрягся, словно собираясь возразить, но Фейт с милой улыбкой прошла мимо них и направилась обратно тем же путем, каким пришла. К счастью, никто не последовал за ней, хотя она могла поклясться, что почувствовала движение Рейлана. Отголоски его желания последовать за ней отозвались мурашками на спине, пока что-то не остановило его.
Фейт уже шла по второму коридору, собираясь свернуть за следующий крутой поворот, когда в ужасе втянула воздух и резко остановилась, как если бы наткнулась на стену всего в нескольких сантиметрах от высокой, твердой фигуры. Когда Фейт подняла глаза, ее словно обдало льдом. Она уставилась широко раскрытыми от шока глазами в горящие карие глаза короля Райенелла. Он с легким удивлением уставился на нее в ответ. Фейт сомневалась, что все еще дышит. Она тут же отступила в сторону, инстинктивно склонив голову в знак подчинения.
– Простите, Ваше Величество, – выдавила она, едва дыша, пока сердце продолжало бешено биться, и крепко сцепила руки за спиной, чтобы подавить дрожь. И только безмолвно молилась, чтобы он продолжил путь, не обращая на нее внимания.
– Нет необходимости в формальностях, Фейт. – И если бы она не знала королей, то почти поверила бы ноткам боли в его низком голосе.
Фейт заставила себя поднять взгляд и встретиться с серьезными глазами, в которых таилась скрытая тоска. В ее золотистых радужках он видел ее мать, свою потерянную любовь. Возможно, пребывание здесь все же стало ошибкой; она лишь напоминала ему о жизни, которую он потерял, о ребенке, которого он не знал… возможно, даже не хотел. От этой мысли у нее внутри все сжалось из-за постыдного чувства вины.
Агалор заметно вздохнул, его широкие плечи грациозно приподнялись, рот слегка приоткрылся без слов, как будто он раздумывал. Это казалось нелепым, но Фейт подумала, что он слегка нервничал, обращаясь к ней.
После недолгой паузы, Агалор наконец добавил:
– Не хочешь ли присоединиться ко мне? Я как раз направлялся в Стеклянный сад. И буду очень рад показать его тебе.
Фейт была ошеломлена. И хотя он много раз приглашал ее туда после прибытия в Райенелл, передавая приглашение через других и держа дистанцию, пока она привыкала к новому окружению, прямое приглашение от великого короля обрушило на нее реальность своего положения. Перед ней стоял не король Райенелла, а ее отец. Она уронила руки по бокам и открыла рот, чтобы ответить. Король терпеливо ждал, но в глазах читалась легкая грусть, как будто он уже предвидел отказ.
– Вы очень любезны, но мой друг…
– Окружен заботой, пока мы разговариваем, – заверил он ее.
Фейт переминалась с ноги на ногу, не находя предлога избежать прогулки наедине. Она не могла делать это вечно – и знала это. Затем в голове пронеслись слова ободрения, сказанные Рейланом прошлой ночью, и в душе вспыхнула надежда, что Агалор может помочь ей избавиться от ночных кошмаров. При этой мысли, и последствиях – возможности снова увидеть друзей, если она снова сможет странствовать – Фейт глубоко вздохнула и вместе с выдохом выпустила часть накопившихся внутри тревог.
– Тогда я с удовольствием составлю вам компанию, Ваше Величество.
Агалор слегка изогнул бровь от удивления, но затем широко улыбнулся в ответ на ее улыбку.
– Пожалуйста, не нужно обращаться ко мне по титулу. Мой дом – твой. Надеюсь, со временем ты почувствуешь себя здесь непринужденно. – Он жестом пригласил ее идти и зашагал рядом.
Фейт старалась сохранять внешнее самообладание, но внутри вся дрожала от смятения. В прошлом ее отношения с королями едва ли можно было назвать приятными, но Агалор был… другим. Она украдкой бросила на него взгляд и задалась вопросом, заметил ли кто-нибудь их сходство. Ее локоны идеально подходили по тону к его волосам: светло-каштановые с золотистыми вкраплениями. Ее подбородок был таким же угловатым, как у него, только мягкий и женственный.
Когда он посмотрел вниз и поймал ее взгляд, она тут же посмотрела в сторону, залившись краской.
Фейт не знала, каково это – иметь отца. И не понимала, как теперь вести себя рядом с тем, о ком тайно и мучительно мечтала. В глубине души она хотела обидеться на мать за то, что та лишила ее этой связи, уроков, которые она могла бы усвоить, и любви, равной которой не существовало. И все же не могла. Не могла заставить себя даже плохо подумать о маме, которая стольким пожертвовала, чтобы обеспечить ее безопасность, что в конце концов стоило ей жизни. Все, что она могла сделать, это начать строить ту жизнь, о которой мечтала. Теперь, когда нашла недостающий фрагмент и узнала о своем происхождении.
Некоторое время они шли молча. Фейт сжала кулаки, чтобы отвлечься от неловкости. Она не знала, что сказать, и не была уверена, чувствует ли Агалор то же самое или просто наслаждается спокойной прогулкой в ее компании. Он немного разрядил обстановку, когда наконец заговорил.
– Как ты находишь Райенелл? – Вопрос был скучным и расплывчатым, и она подумала, что с таким же успехом он мог спросить ее о погоде. Тем не менее прочистила пересохшее горло, радуясь, что не смогла сразу выдать какую-нибудь глупость.
– Тут все по-другому, – осторожно начала она. – В Хай-Фэрроу я не знала никакой роскоши, пока… – Она умолкла, когда из глубин сознания всплыли мрачные воспоминания. Все счастливые мгновения в замке рядом с Ником и Торией были жестоко омрачены перенесенными пытками и ужасами. Фейт смущенно уставилась в пол.
– Ты не обязана рассказывать мне о своем прошлом сегодня. Или когда-либо, если решишь этого не делать, – ласково сказал он.
Она бросила на него робкий, благодарный взгляд, но все же уловила в его голосе нотки грусти. Отец хотел знать о ней больше, и Фейт не боялась признать, что
