в Райенелле, но и во всех семи королевствах Унгардии и даже за ее пределами.
– Что с ними случилось? – С замиранием сердца спросила Фейт. Она не могла представить, что привело к их исчезновению, если слова короля были правдой.
Агалор не стал продолжать рассказ, и Фейт едва не запротестовала, когда он отвернулся от каменных перил, кивком приглашая ее следовать за собой, прежде чем отступил внутрь. Но она сдержалась, зная, что лучше не требовать ответов от короля, даже если тот твой отец.
Они снова зашагали по коридорам; в некоторые Фейт раньше не отваживалась заходить. Агалор поддерживал беседу, но, к ее легкому недовольству, не возвращался к разговору об Огненных птицах, который не давал ей покоя. Тем не менее она погрузилась в его рассказы о менее важных исторических событиях и их с мамой проделках, что значительно улучшило настроение.
Но в конце длинного коридора у Фейт перехватило дыхание при виде украшающего стену моря красок, которые поглотили все ее внимание. Замысловатые картины, завораживающе красивые. Когда она подошла достаточно близко, чтобы различить детали, то обнаружила, что каждая картина иллюстрирует историю. Но больше всего ее заинтересовали многочисленные изображения Фениксов в битвах. И она пришла к выводу, что это «Красные годы», так Агалор назвал период кровавой бойни. На картинах преобладали кровь, война и бесстрашно бросающиеся в бой существа, преподносящиеся как нечто поэтичное.
К счастью, Агалор возобновил рассказ, и она вслушивалась в каждое слово, в то время как цвета перед ней приобрели совершенно новую глубину.
– Фейри и люди были не правы, когда наткнулись на этих созданий в их гнездах. Они невольно вторглись на уже занятую территорию. Матеас понял это и твердо решил отвести войска и оставить существ в покое.
Фейт поняла, почему он отложил эту часть истории. Здесь можно было увидеть, почувствовать, и пережить те эмоции, пока он рассказывал и заполнял пробелы, которые не могли передать визуальные изображения.
– Хотя Огненные горы лежали не землях Райенелла, Матеас не хотел конфликтов между какими-либо видами в своем королевстве. Он планировал оставить птиц в покое, найти маршрут через горы, который не помешал бы им. Он сразу же отвел войска в Эллием, но не смог выбросить этих существ из головы и почувствовал призыв вернуться… одному.
Фейт подняла бровь, встретившись взглядом с Агалором. Он слегка кивнул и улыбнулся.
– Он вернулся без единого стражника, зная об опасностях. Я верю, что в этом мире есть вещи, которые мы не можем объяснить. Чувства, энергию, судьбу, как некоторые это называют.
Следующая картина оживила сцену, о которой говорил Агалор. И Фейт невольно охнула при виде этого произведения искусства. Одинокая фигура стояла на краю горы, едва заметная, как пятнышко тени между высокими, зазубренными вершинами. Фейри уставился на самое прекрасное создание, которое Фейт когда-либо доводилось видеть. Оно было огромным, и рост фейри едва ли достигал когтя на его лапе. Казалось, что распростертые крылья птицы движутся на фоне тусклых горных камней. Красные и янтарные оттенки с едва заметными вкраплениями желтого, подсвеченные на кончиках пылающим огнем. Фейт была очарована и машинально протянула руку, чтобы провести по языкам пламени, которые лизали перья.
– Когда Матеас забрался на Огненные горы, его встретил Великий Феникс, которую впоследствии, в легендах, назовут Атериас. Она была их лидером, защитницей, но Матеас смотрел на нее без страха. Не потому, что был невероятно храбрым, а потому что понимал ее, как один монарх другого. Но завоевать доверие Атериас было не так просто. – Он молча шагнул к следующей картине.
Фейт неохотно оторвала взгляд от красавицы с распростертыми крыльями. Следующее изображение заставило сердце биться быстрее, словно она сама оказалась за скалой, где притаилась маленькая фигура короля, пока над головой вспыхивал огонь. Она почувствовала жар в теле, представив обжигающее пламя, которое поджидало его за каменным щитом.
– Он погиб? – спросила она, затаив дыхание.
Агалор усмехнулся:
– Я бы не стал тратить силы на историю с таким грустным концом. – И бросил на нее дразнящий взгляд. – Нет, все было совсем не так. Видишь ли, Фениксы яростно защищали свои гнезда, но в то же время были невероятно преданными и умными. Некоторые думают, что король обезумел, пытаясь завоевать доверие Атериас. Он не сопротивлялся, снова и снова принимая на себя ее огонь. Обесилев от этого, он был едва в состоянии прятаться, чтобы выжить. Вскоре она остановилась. Матеас снова предстал перед ней, заглянул в глаза и услышал в голове ее имя. Он верил, что между ними есть некая связь, и, чтобы доказать это, разбежался и сбросился со скалы.
Фейт резко повернулась к нему, не веря в услышанное. Король лишь кивнул на следующую картину. И когда она посмотрела на изображение, то была по-настоящему ошеломлена.
– Гений или безумец, этого никто никогда не узнает. Но Атериас подхватила его, и с тех пор их связь стала нерушимой. Вскоре после этого он привел своих воинов в горы, образовав множество союзов, но не всем удалось постичь разум и душу Фениксов. До сих пор неясно, что делает фейри достойным связи с Огненной птицей. Я верю, это как-то связанно с чистотой души, благими намерениями и добрым сердцем. Фениксы были невероятно умным видом. Некоторые полагали, что они могли заглядывать прямо в душу.
– Я не понимаю… Что с ними произошло? – Если история была правдой, а возможно, она наивно поверила в это из-за страсти в его голосе, их вымирание не имело смысла.
– Много веков они жили в мире и гармонии. Это был бесценный союз, невероятно укрепивший мощь королевства. Так было до тех пор, пока Матеас не был предан своим братом, Балеморасом. Младшему брату не удалось установить связь с Фениксом, и он сходил с ума от зависти и злости. У Матеаса было все – корона, любовь народа и самая могущественная спутница в лице Атериас. – Голос Агалора стал мрачным, и Фейт уловила печаль в пролегших на лице морщинах, предчувствуя, что история вот-вот примет самый зловещий оборот. – Птицы мирно сосуществовали с фейри и людьми. Они все еще жили в Огненных горах и призывались наездниками с помощью ментальной связи. Балеморас убил ее – Атериас, – когда Матеаса не было рядом, чтобы защитить ее. Собрал свои собственные верные ему легионы и атаковал глубокой ночью. Атериас преградила им путь, поэтому они убили ее первой.
Фейт отчаянно заморгала, сдерживая навернувшиеся слезы при виде последней картины. Ее сердце разбилось, рана была такой глубокой и болезненной. Она не понимала, почему ей так больно смотреть на умирающих Фениксов. На бьющиеся крылья
