потом копию сняли. Чтоб авторство не определить.
Я подумала и согласилась, что версия вполне себе годная. Я бы тоже так подумала.
- Она сама творила, - эта девушка была невысокой и крепко сбитой, чем и выделялась среди прочих. – Я рядом стояла. И видела. Краем глаза. Что? Мне же интересно было! Вообще терпеть не могу эти творческие конкурсы… чушь сплошная.
- Тогда чего участвуешь?
- Понятия не имею… Ленка позвала. Она на первом этапе выбыла, когда каблук сломался. А я вот… в общем, там и вправду было это. Ну, вроде как… я все-таки не совсем рядом была. Вроде то же. Только… другое. Такое, ну… такое совсем… жуть прямо.
Я тихонько отступила.
Интересно, что из этих теорий попадет на форум? Вправду, что ли, заглянуть да почитать? Или лучше поберечь нервы?
Потом подумаю.
- А можно мне шашлыка? – поинтересовалась я у ближайшей тележки. В конце концов, что бы там ни говорили, а Поздняков прав.
Я заслужила.
Съем шашлык и посмотрю, что именно там я заслужила.
В черной бархатной шкатулке оказалась брошь. Крохотный, в сантиметров пять, дубовый лист из темно-желтого металла, сделанный столь точно, что показалось даже на мгновенье, что это тот самый лист, настоящий, только уменьшенный неизвестной мне магией.
Красота.
Я улыбнулась и осторожно погладила его.
Я заслужила… впервые, пожалуй, я точно знала, что заслужила эту награду. И испытывала не чувство вины, а просто радость.
Обыкновенную.
Глава 19
Глава 19
Платье нашлось в одном из маленьких магазинчиков, которых в Упыревке хватало. Бледно-зеленый шелк, простой крой и легкая вышивка по горлу. А главное, ощущение, что я в нем – если не красавица, то почти. И зеркало в примерочной подтвердило.
К платью в соседнем магазинчике подобрали и туфли.
Сумочку тоже принесли, причем именно такую, какую я сама бы выбрала. Так что вечер пройдет неплохо. Правда, чем ближе к этому вот вечеру, тем меньше уверенности во мне оставалось.
Я дважды заглянула в ведьмину книгу, которая, явно ощутив мое волнение, открыла рецепт хорошего успокоительного, а второй раз – заговор от прыщей.
Прыщей у меня не было.
Успокоительное…
Обойдусь.
Я красива.
Да, пусть не само совершенство, пусть мне далеко до тех, которые претендуют на роль невесты. Они и моложе, и сами по себе куда как больше соответствуют… но я все равно красива.
- Главное, - сказала я зеркалу, - повторять почаще. И вообще… я ж не невеста! Чего мне нервничать?
А не нервничать не получалось.
Надо было соглашаться на успокоительное. Определенно.
Вдох.
Выдох…
И Лют приехал вовремя. Это на самом деле ничего не значит, потому что… потому что он вежливый. И знакомы мы уже хорошо. Почти друзья даже.
Вот.
- У тебя выражение лица очень грозное, - сказал он, открывая дверь.
- Извини. Просто… нервничаю. Это ведь не семейный ужин?
- Да как сказать. С одной стороны, несомненно, семейный… с другой, - Лют несколько замялся.
- Не совсем.
- Именно.
- Другие победительницы? Или призерки?
- Скорее уж призерки. Да, они… и их сопровождающие. Знакомые деда, не пригласить которых было бы неприлично. Еще мой брат приехал с супругой. И… моя бывшая жена.
Вот ведь. Надо было на успокоительное соглашаться! Надо! Пора бы уже понять, что книга точно знает, что мне нужно. А я вот…
Я как-то морально не готова.
Хотя… какое мне дело до бывшей жены Люта? И вообще я к князю в гости еду. По личному его приглашению. Вот так надо повторять.
И поуверенней.
Я покосилась на княжича.
- Понятия не имею, зачем она приехала, - сказал тот, оправдываясь. – Она обычно избегает визитов. Даже Гор предпочитает к ней ездить, когда она свободна. И с дедом у нее некоторое… недопонимание, скажем так. А тут вдруг взяла и приехала.
- Дай угадаю, с подругой?
- Именно.
Стало быть, по мою душу. И что теперь? А ничего. Ровным счетом ничего. Причем оба это понимаем и молчим, напряженно так. Еще немного и воздух вовсе от напряжения остекленеет.
- Я тут кое к кому обратился… - Лют заговорил первым. – По поводу тех монахов… священников… и рукописей. Все же если вывезли артефакт подобного ранга, то где-то еще должны были бы упоминать. Или прямо, или косвенно. Просто Византия – не совсем моя специализация.
Я выдохнула.
Да, лучше говорить о специализации, древнем артефакте и не менее древней Византии, нежели о бывшей жене, которая вдруг снизошла до визита.
- И что?
- Позвонил я еще вчера, - признался княжич. – Такие вещи времени требуют, но сегодня мой… знакомый ответил. Кое-что есть. Правда тоже…
- Все сложно? – предположила я и угадала.
- Именно. Сложно и неоднозначно. Во-первых, это было более тысячи лет тому, поэтому информация о тех событиях, если и сохранилась, то весьма разрозненная. Во-вторых, сама по себе Византия этого периода весьма… своеобразна. Великое некогда государство раздирает смута. Власть. Богатство. Величие. И все это щедро полито кровью. Один заговор идет за другим. Чернь волнуется. Вспыхивают мятежи. И гаснут. Границы империи трещат… с одной стороны печенеги, с другой – арабы. Где-то там же то засуха и голод, то дожди и голод. Моровые болезни. Один император сменяется другим, часто перевороты кровавы, а еще после них так и тянет переписать историю, вычеркнув из нее упоминания о прежних неудачах и явив будущему мудрость. Ну или хотя бы обосновав законность восшествия на престол. Вот и горят неправильные, рукописи. Часто вместе с теми, кто их создал. Причем уничтожали и старые рукописи… и очень старые.
- Жутковато звучит.
- А оно и было… жутковато. Вообще в то время начинается повальное увлечение аристократии магией крови. Местами это в целом похоже на массовое помешательство, которое длилось и длилось… в общем, даже сейчас два из трех, дотянувших до наших дней темных артефактов, родом из Византии. Но это не совсем наш случай.
До поместья мы добрались. И Лют остановил машину, но покидать её не спешил. Да и я не торопилась. История ведь не дорассказана.
- В то же время в Византии сохранилось кое-что из наследия великого Рима. В том числе некая чаша, в которую по легенде собрали кровь Спасителя.
- Думаешь… та самая?
У меня и дыхание перехватило. Но Лют покачал головой.
- Вряд ли. Чаша была утрачена много позже. После обретена тамплиерами, после вновь
