— Любое вино хмелит голову, — зло ответил Варрос и залпом опрокинул кубок с Вином Жизни. — Идем, здесь больше нечего делать.
— Может быть, — предложил Силамар, зачерпывая флягой Вино Жизни из колодца, — здесь и переночуем?
— Нет, — жестко ответил король. И добавил мягче: — Мне тяжело здесь находиться, Силамар, сам не знаю почему. А потом… Тот камень у пещеры… Вдруг он закроется сам собой и мы окажемся замурованы здесь на два года?
Друзья торопливо уложили поудобнее старого чародея, о котором по всему миру ходило множество самых противоречивых легенд, но которого из всех сейчас живущих видели лишь они двое, и поспешили покинуть пещеру.
Им предстояли трудные дни, и они теперь точно знали об этом. Но, выросшие среди дикой природы, неоднократно рисковавшие жизнью в сражениях и поединках, они смело смотрели в будущее. К тому же кровь будоражило удивительное Вино Жизни, выпитое в изрядном количестве. Сейчас каждый из них мог бесстрашно пойти на повелителя змеелюдей с голыми руками. Но до него еще необходимо было добраться…
Глава восемнадцатая
Обратный путь из волшебной пещеры показался Варросу с Силамаром в дюжину раз длиннее. Может, потому, что друзья забыли факелы у чудесного колодца и продвигались в полной темноте, держась руками за шершавую стену, может, выпитое Вино Жизни кружило голову и замедляло движения, хотя создавало иллюзию прилива энергии, а может, они боялись оказаться замурованными в скале и им не терпелось выбраться на свежий воздух.
Когда они вышли наконец-то из туннеля, то остановились пораженные — буйство красок превращало южные горы в нечто фантастическое: красные блики солнца, казалось, боролись с вечным злом теней, с суровостью скал, с равнодушием неба.
— Ничего себе, — пробормотал Силамар, — уже закат… А я считал, что мы совсем недолго там просидели.
— Странный это закат, Силамар, — заметил король. — Солнце сошло с ума и уходит на восток? Нет, Силамар, это — рассвет! Смотри — солнце прямо на глазах поднимается над горами и свет все ярче…
— Ты хочешь сказать, что мы провели в этой пещере всю ночь?! — не веря собственным глазам воскликнул Силамар.
Варрос пожал плечами.
— Еще и не такие чудеса случаются на свете, друг Силамар, — задумчиво произнес он и обернулся. — Вот тебе еще одно чудо, которое не могут совершить людские руки, смотри!
Силамар тоже обернулся. Огромный камень, что торчал у входа, бесшумно встал на место, и теперь никто никогда бы не сказал, что где-то здесь есть пещера, в которой тысячи лет в мрачном одиночестве томится легендарный чародей Хамра Толерад.
— Да… — только и мог произнести Силамар.
Но сюрпризы на этом не кончились. Коней не было. Одинокое чахлое деревце по-прежнему стояло, растопырив кривые ветви, а коней — нет… Даже обрывков поводьев не видно — либо Варрос и Силамар, торопясь войти в пещеру, плохо их привязали, либо коней похитили.
Но кто мог в этом глухом месте украсть коней? Если только конокрад не шел по следу, но это было вообще маловероятно, скорее поверишь в какое-нибудь чудо магии или собственную неаккуратность.
— Да… — повторил Силамар. — И что теперь будем делать?
Варрос, всмотревшись в камни под ногами, сказал:
— Похоже, коней что-то очень напугало и они, дернув, развязали слабые узлы и убежали. — Он показал рукой к спуску. — Они поскакали туда, могли и шею свернуть… Так или иначе, надо спускаться на тропу. Может, кони успокоились и щиплют тропу в миле отсюда…
— Воин всегда верит в лучшее, — согласился Силамар, — но готовится к худшему. Идем!
— Какой чудесный рассвет, — выдохнул Варрос, — словно сама природа благословляет нас на подвиги. — Он покачнулся. — Дай обопрусь на тебя, Силамар, от этой красоты у меня даже закружилась голова.
— Она кружится у обоих, но не от красоты рассветных гор, а от выпитого вина, — рассмеялся Силамар. — Какой коварный напиток Вино Жизни — пьешь и хочется еще и еще. А потом наступает расплата. Но сейчас кажется, что мы без отдыха пешком можем выйти из гор. Такое впечатление, что еще бы глоток этого вина и полетел бы над горами без крыльев.
— А мы и полетим, — все более заплетающимся языком ответил Варрос.
Они спускались по довольно крутому склону к тропе, держась друг за друга.
Коней, конечно, внизу не было.
— Пойдем вперед, — предложил Силамар. — Если не ошибаюсь, в нескольких милях отсюда стоянка, где обычно ночуют путники… Древний идол охраняет их ночлег. Там большая поляна, множество сложенных из камней очагов и даже навес от дождя. Может, кони у идола и остановились, почувствовав людской запах… А может, кто из путников забрел… В любом случае надо идти туда.
Варрос кивнул, соглашаясь, и они нетвердым шагом пошли вперед.
— Что ты все молчишь, Варрос? — не выдержал через четверть часа Силамар. — Думаешь об утерянных конях?
— Нет, — покачал головой король. — Просто я всегда полагал, что тот чудный сон о моем будущем — помнишь, я тебе как-то рассказывал о чудесных снах? — посылали мне боги. Я думал, что они покровительствуют мне…
— Да, конечно, покровительствуют! — воскликнул Силамар. — Сколько было покушений, которые ты счастливо избежал, сколько было битв, где поражение твоих войск казалось неизбежным, а ты побеждал! За все годы твоего правления всего один неурожайный год… А ты жалуешься на невнимание богов, неблагодарный!
— О, нет! — запротестовал Варрос. — Я не жалуюсь и отношусь к великим Зирива-ванату и Сугнуне с должным почитанием, ты сам прекрасно знаешь. Я говорю не о том. Оказалось, все это дело рук Хамры Толерада, он все эти годы опекал меня от опасностей, посылал дивные сны…
— Ну и что? Разве Хамра Толерад не великий маг, познавший все тайны природы? И не опекал он тебя все время, Варрос, он же просыпается раз в два года — Толерад сам говорил… Лишь посылал тебе пророческие сны.
— Значит, он все знал и знает наперед. Он управляет мной, словно ребенок игрушечными солдатиками! Но я не хочу быть куклой в чужих руках, пусть даже в руках легендарного Хамры Толерада. Я — Варрос! И я всего достигаю сам. Я… — Варрос пьяно икнул. — Я поступлю наперекор Хамре Толераду.
— Ты собираешься отказаться от разведки в Грелиманус? — удивленно спросил Силамар, пошатнувшись. — Но тогда змеелюди с этим Феоротом Злосовершенным завоюют когда-нибудь Лунгарзию.
— А Хамра Толерад только и хочет, чтобы я их победил…
— Знаешь, Варрос, — задумчиво произнес Силамар, — когда я убиваю идущего на меня с оружием врага, я не думаю, кого обрадует его смерть, а кого огорчит. В тот момент я думаю только о себе. И сражаясь с повелителем змеелюдей, ты действительно принесешь пользу Хамре Толераду, он освободится наконец. Но какое тебе до этого дело? Ведь Змей и Феорот Злосовершенный хотят уничтожить тебя и завоевать Лунгарзию! Твою страну, за которую ты в ответе! Чтобы поступить наперекор старому магу, ты собираешься погибнуть?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
