Я бы, наверное, сделал всё немного иначе. Всё же у меня опыта в подобных делах больше. Как-никак, я – опытный избранный. Это и отличает меня от учеников.
Странно, но меня охватило чувство удовлетворения. Чем неопытнее мои компаньоны, тем спокойнее на душе. По крайней мере, я точно знаю, что они не представляют угрозу. С такими навыками – точно нет.
В этот момент возник вопрос. Задал его не я:
– Что будем делать с тушей?
Все переглянулись. По-хорошему, нужно было выпотрошить тушу: забрать мясо, кости, внутренние органы. Вот только сколько таких крыс в этих катакомбах? Тысячи, а может и больше. Никто не хотел возиться с каждой тушей. Наша цель другая – кровавые камни.
– Ну, что решили?
– Оставим. Не будем с ней возиться, – сказал Далемир.
Как лидер, он быстро принял решение, и остальные послушались. Никто не возражал. У всех в группе были припасы, так что еды хватало.
Раз так, я решил вмешаться:
– Далемир, друг мой.
– Да?
– Позволь мне осмотреть тушу.
– Ты хочешь?
– Конечно. Эта крыса могла думать. Что-то делало её особенной.
Она точно не всегда была такой. Возможно, это что-то внешнее, а может быть, что-то в её теле. Никто не знает. Но чтобы разобраться, может понадобиться время.
Далемир беззаботно ответил:
– Хорошо, но у тебя пять минут. Справишься?
– Да.
Меня всё ещё беспокоил вопрос о разделе добычи. По общему правилу, камни делились поровну на шестерых. Вот только с личными находками дело обстояло сложнее – тут многое зависело от удачи.
Существовало негласное правило: индивидуальная находка оставалась у нашедшего, а общая делилась между всеми. Система была запутанной, и не всегда можно было найти однозначное решение.
– Если что-то найду, то это будет моим? – уточнил я, внимательно глядя на каждого. Все кивнули в знак согласия.
Группа уже собиралась выбросить тушу, поэтому никто не был против.
Я же получил новую подсказку. Из-за неё и устроил всё это:
[Посмотри в желудке крысы.]
Перечитав сообщение, я невольно поморщился. Работёнка не из приятных, но выбора не было. Достав охотничий нож, я опустился на колено возле туши.
Резь.
Лезвие легко вспороло брюхо, и по пещере тут же распространился тошнотворный запах. Натянув перчатку, я погрузил руку в рану. Внутри было тепло – в другой ситуации это могло бы быть даже приятно, но сейчас вызывало только отвращение.
Когда знаешь, где искать, и уверен, что искомое существует, задача значительно упрощается. Через мгновение я нащупал что-то твёрдое, необычной квадратной формы.
– Что-то нашёл... – произнёс я, стараясь подготовить остальных. Впрочем, находка всё равно стала для всех шоком. Все уставились на меня широко раскрытыми глазами.
– И что же?
Я извлёк находку и, осмотрев её сам, показал остальным. Это оказался прозрачный камень с выгравированным чёрным символом «ᛖ» – не просто буквой «мэ», а настоящей руной.
– Ого! Что это? – изумлённо воскликнула Вея.
Её удивление было понятным – группа только что чуть ли не прошла мимо такой находки.
– Это амулет Эваз, – пояснил Далемир.
– Ты что-нибудь знаешь о нём? – спросил я, встретившись с незнакомым понятием.
– Это амулет изменения и движения, связанный с дао. Говорят, он помогает достичь просветления тем, кто носит его с собой. Если верить слухам, помощь весьма существенная.
Далемир, похоже, происходил из влиятельного клана – настоящая ходячая энциклопедия. Его обширные знания и готовность делиться ими дорогого стоили.
– Так всё в порядке?
– Да. Как и было сказано – он твой.
Хотя некоторые явно были недовольны таким решением, для культиватора нарушить данное слово было неприемлемо. Я аккуратно протёр амулет тряпкой и убрал в рюкзак. Просветление мне определённо не помешает.
Впрочем, всё было не так гладко, как казалось. Краем глаза я заметил недовольный, полный жадности взгляд Мичуры. У парня явно были проблемы с головой, но, к счастью, он предпочитал молчать. Иначе непременно потребовал бы свою долю.
Эх, Мичура, Мичура... Нельзя быть таким недальновидным. Какой шанс упустил! Мог бы же хоть голос падать. Я усмехнулся – с его-то навыками стрельбы его можно было даже не опасаться.
Его стрелы можно было спокойно ловить руками. Главное – я дал им даже больше, чем просто находку. Я дал ответ на вопрос: чем же эта крыса отличалась от остальных!
...
Время тянулось медленно. Мы продвигались по запутанным коридорам, то погружаясь во тьму, то выходя к освещённым участкам, постепенно спускаясь всё глубже.
Туннели заметно различались между собой: где-то сочилась вода, где-то виднелись следы обвалов. В шахтах шутки были неуместны, но наш проводник Далемир отлично справлялся со своей работой.
Сколько бы мы ни шли, один вопрос не давал мне покоя:
– Народ, можете мне кое-что объяснить?
– Да, спрашивай, – кивнула Вея.
– Когда мы начнём добывать кровавые камни?
– Глупый, – нежно проговорила девушка.
За такую дерзость её можно было простить – уж больно ласково это прозвучало.
– Если добывать их здесь, то это будет пустой тратой времени.
– Да?
– Конечно, тут же всё собрали. Мы идём туда, где их много. Понимаешь?
Я осмотрелся по сторонам. На стенах отчётливо виднелись выступы, а подсказка говорила:
[Там кровавые камни.]
Они действительно были там, скрытые породой. И их было немало.
– Говоришь, их нет? Ну, ты права! – я едва сдержал смех.
Решил не демонстрировать свои способности. Выделяться больше, чем уже случилось, ни к чему – человеческая жадность безгранична, и не стоит провоцировать других.
В конце концов, этот «поход» – всего лишь проверка: осмотреться, заработать заслуги. Выделяться сейчас не нужно – никто не оценит.
Спустя пять или шесть часов – точнее сказать не могу – мы, по словам Далемира, официально добрались до «нужной глубины».
Забавно, что за всё время пути на нас напали ещё четыре раза. Похоже, это было связано с «течкой» – активность была необычайно высокой. По словам Веи, обычно случается всего одна-две стычки.
Несмотря на общую усталость, никто не позволял мне прикасаться к тушам. Почему? Они всерьёз опасались, что
