class="p1">— Раз знаешь, зачем задаешь мне глупые вопросы? Мы должны любой ценой ослабить Дмитрия и его позиции.
— Все будет сделано в лучшем виде, Виктор Степанович, — заверил помощник.
Канцлер кивнул.
Хотя, с другой стороны, Виктору Степановичу было плевать на Дмитрия и его выкрутасы, ему бы сперва исправить свои ошибки исправить, которые он совершил. Но пока он не представляет, как это сделать наверняка.
Опять эти мысли! Вот бы было хорошо, если бы они пропали…
Точно!
Если все подосланные убийцы провалились, то нужно попробовать другую тактику. Виктор Степанович внезапно понял, что делать.
— А помнишь, ты подходил ко мне с делом от одного своего знакомого насчет северных земель Эльбруков? — спрашивает канцлер у помощника.
— Да, помню. Вы приняли решение на этот счёт?
— Принял решение. И склонен к тому, чтобы согласиться. Оплату могу перевести по старой схеме.
— Вы уверены? До этого вы говорили, что это слишком кардинальная подработка. Риски высоки.
Канцлер не спешил отвечать. Месяц назад это предложение в самом деле казалось ему рискованным, но сейчас многое изменилось.
Месяц назад помощник пришел к нему с предложением. Он предоставил ему папку со списком. В нем было очень много людей из трех городов рядом с границей с Великим Северным Союзом. Этих людей надо было убрать, не обязательно в физическом плане — кого-то уволить, кого-то сократить или отправить на пенсию, за что обещали большую сумму денег. Канцлер и тогда хотел согласиться, но решил не спешить. А сейчас это предложение пришлось весьма кстати.
Устранив людей из списка, которые входят в разные государственные структуры, тайную службу безопасности, разведку — все ведомства, которые так или иначе подчиняются канцлеру, Виктор Степанович может сократить отделы и сильно ослабит позиции северного региона, что приведет к тому, что война начнется гораздо быстрее, особенно, если учесть, что вторжение на этих землях уже происходит.
Пока Российская империя не отправляет туда армию, поскольку у неё нет правителя, который может единогласно принять такое решение. Страной правят четверо наследников, и их решения не находят согласия. То Григорий против, то Фёдор считает, что не стоит снимать позиции с других границ, то Анастасия полностью против войны. Каждый раз, когда собирается совещание по поводу отправки армии к северным границам, не находится единогласного решения среди наследников. Поэтому этот вопрос постоянно откладывается до выбора нового императора.
Когда Виктор Степанович уберёт людей из этого списка, можно считать, что регион будет потерян. Но ему будет всё равно. Там живут настоящие варвары, а не люди… Да, они называют себя имперскими жителями, но на самом деле они подобны тем же ублюдкам, которые живут за границей, а в месте, которое почему-то называет себя Великий Северный Союз, хотя от великого там только название.
Больше всего канцлеру не нравится, что на северных имперских землях его не поддерживает местная аристократия, а Эльбруки и вовсе за цесаревича Дмитрия.
Виктор Степанович общался с послами Великого Северного Союза, и они дали прямым текстом понять, что будут возвращать территорию, что находится на севере Российской империи, до последнего. Если они вернут её быстро, то остановятся и вернутся назад. А если их потери будут большие, и их не хватит, чтобы окупить этот поход, то они пойдут дальше. Тогда на их пути встанут крупные города, среди которых есть три поселения, очень интересующие канцлера, в них три из шести заводов принадлежит ему. И если война дойдет до этого места, дела рода Разумовских очень пострадают.
Но этого случиться не должно… Когда начнется противостояние, у Дмитрия не останется выбора, как отправить на север своего легендарного воина Кутузова.
Тогда Виктор Степанович снова сделает попытку убрать Дмитрия, а то уже сложилось ощущение, что цесаревич вовсе стал неприкосновенным. Это раздражает, канцлеру не нравится чувствовать, что он не может до чего-то или до кого-то дотянуться.
Двенадцать специалистов пропали, которые пытались устранить младшего наследника. Конечно, жаль, что не получилось добить Кутузова… тогда, когда он лежал в клетке горящего дома. Его жертва была необходима для блага рода. Для самого Виктора Степановича.
Очень жаль, что сын этого так и не понял.
— Уверен, — ответил канцлер. — Свяжись с нужными людьми.
* * *
Мое сознание было полностью чистым и открытым, а концентрация — максимальной. Я стоял, вытянув руки и проводил магические манипуляции, и это давалось очень нелегко. Все тело напряглось, словно пружина. Но я продолжал сохранять контроль.
— Давно я этого не делал, — хмыкнул я. — Слишком давно. М-да, думал, что после меня хоть один из наследников догадается… Хотя, может и догадались, но у них попросту не хватило сил. А ты молодец, поднабрал мощи.
За спиной раздался голос Алины:
— Ой, как интересно! А что с ними дальше будет?
— Потом расскажу, — отвечаю я.
Вожу рукой над Кодексом Первого Императора, и книга начинает сиять белым светом. Из ладони выбирается небольшой светящийся шарик дара некромантии, а затем еще три — огня, молнии и слабенький и грязный дар ветра, который для меня полностью бесполезный. Все они друг за другом впитываются в книгу.
— Ну, господи-ин, — протянула Алина. — Мне очень интересно. Может, сейчас расскажете?
Ну что я могу рассказать, если по факту сам мало знаю о том, что создал. Просто это одна из граней моего дара императора, которой больше во мне нет.
Раньше я знал, как создать такую вещь, но теперь этого знания нет, и навряд ли снова смогу его обрести. И как бы я не пытался его вернуть, ничего не получалось. Помню только, что для этого нужен был личный предмет Императора. Не обязательно книга, это могло быть и личное оружие, и имение, и замок, да хоть земли. Хотя с ними все было бы не так-то просто.
Но теперь я уже не знаю, как сделать нечто подобное. Помню, что эти знания просто появились, когда я повысил свой ранг до самого высокого.
Тогда мне много чего открылось, в том числе понимание, как сделать нечто сильное и могущественное. По большей части это была интуитивная работа. Я мог бы создать магическое оружие и усилить себя. Но я создал Кодекс Первого Императора, потому что хотел помочь Российской империи, помочь ее жителям… Тогда они очень в этом нуждались, куда больше, чем сейчас.
Думаю, что именно таким образом и привязал себя именно к этому миру. Ведь в других мирах я тоже достигал небывалых вершин, но больше не мог
