высокой надежности в очистных забоях, что позволило снизить до минимума долю ручного труда как в очистных, так и в подготовительных забоях. Как пример творческого развития метода Стаханова в бытность Марата Петровича Васильчука, впоследствии председателя Госгортехнадзора СССР и России, начальником комбината “Шахтёрскантрацит” по его настоянию на крутом падении свыше 55 градусов нам удалось внедрить узкозахватный комбайн 2К-52Ш на полном обрушении на тумбах. Следует подчеркнуть, что тогда по технике безопасности комбайны на крутом падении разрешались только до 35 градусов. Начальник инспекции и спрашивает меня — на каком основании вы работаете комбайном на падении свыше 55 градусов? А Марат Петрович тем временем уже стал начальником Донецкого горного округа Госгортехнадзора СССР. Я начальнику инспекции и отвечаю: “Слушай, спроси начальника округа…” В итоге если до этого лава давала 400–500 т, то после внедрения комбайна — 1100–1200 т в сутки. А победителей не судят! Вот вам пример новаторства, творческого развития идей Стаханова».
А тем ретивым писакам, которые хорошо разбираются в сплетнях и грязном белье, я бы посоветовал прежде, чем прикасаться к теме святого шахтёрского труда, подумать, кто они сами и благодаря кому живут в сильной независимой стране.
Планета Лубянка
Площадь, что ныне зовется «Лубянка»,
Просит вернуться, как мать-сирота!
Так не хватает там строгой осанки,
Той, что в народе зовут «красота».
Феликс Дзержинский, Вы честности Витязь!
Силы духовной источник святой!
Просит Россия: «Вернитесь, вернитесь!» —
Встаньте на площади бронзой литой!
Владимир Данилов
Феликс Эдмундович Дзержинский вошел в историю как один из самых бескомпромиссных и самоотверженных защитников угнетенных масс, как рыцарь революции — наряду с такими героями, как Спартак или Че Гевара. Он поражает своей цельностью — и в то же время он буквально соткан из противоречий. Судите сами: потомственный дворянин и сторонник диктатуры пролетариата, узник царских тюрем и глава правоохранительных органов республики, убежденный католик в детстве и последовательный атеист в зрелые годы, недоучившийся вольнодумец и созидатель, руководитель народного хозяйства страны, карающий меч революции и любящее сердце, кумир детворы. Попробуем разобраться в этих загадках и понять диалектику формирования личности этого выдающегося человека, опираясь на самые последние исследования и материалы, хранящиеся в архивах семьи Дзержинских.
Феликс Эдмундович происходит из древнего дворянского рода польского герба Сулима, известного как минимум с 1410 года. Он родился в Виленской губернии Российской империи на территории нынешней Беларуси в семье надворного советника Эдмунда-Руфина Дзержинского, выпускника Петербургского университета, который преподавал в Мариинской женской гимназии (1868–1873) и Таганрогской классической мужской гимназии (1873–1875). Среди его учеников был и Антон Павлович Чехов, что подтверждается сохранившейся работой Чехова по математике. Мать Феликса Елена Игнатьевна Янушевская была дочерью профессора Петербургского железнодорожного института. В семье было девять детей, и когда в 1882 году отец умер от туберкулёза, Феликсу было 5 лет, старшей из сестёр — 12, а самому младшему — год с небольшим. Однако Елена Игнатьевна создала все условия для развития детей при материальной поддержке своей матери. Впоследствии Феликс писал: «Мама наша бессмертна в нас. Она дала мне душу, вложила в неё любовь, расширила мое сердце и поселилась в нем навсегда». Именно мама со старшей сестрой Альдоной подготовили Феликса к поступлению в 1-ю Виленскую мужскую гимназию в 1887 году.
В то время по всей Белоруссии и Литве царскими жандармами, чиновниками и учителями преследовалось без разбора всё польское и католическое, что, естественно, не могло не вызывать протеста в пылкой душе будущего революционера. Первые годы учебы, по воспоминаниям самого Дзержинского, он даже мечтал об «уничтожении всех москалей». Перелом произошел в 1894 году, когда он познакомился с идеями марксизма и увидел в них практический способ достижения справедливости на земле. Оставшись в 1896 году без матери, он окончательно выбирает путь профессионального революционера.
В начале 1897 года его как агитатора направляют в Ковно (Каунас) — промышленный город, где, как он сам пишет в своей автобиографии 1921 года, ему «пришлось войти в самую гущу фабричных масс и столкнуться с неслыханной нищетой и эксплуатацией, особенно женского труда. Тогда я на практике научился организовывать стачку». Во второй половине того же года его арестовывают и высылают на 3 года в Вятскую губернию, откуда он бежит на лодке и в 1899 году возвращается в Вильно, а затем перебирается в Варшаву.
В феврале 1900 года его снова арестовывают и содержат сначала в X павильоне Варшавской цитадели, а затем в Седлецкой тюрьме. Отсюда он пишет своей сестре Альдоне Эдмундовне замечательные письма: «Я возненавидел богатство, так как полюбил людей, так как я вижу и чувствую всеми струнами своей души, что сегодня… люди поклоняются золотому тельцу, который превратил человеческие души в скотские и изгнал из сердец людей любовь. Помни, что в душе таких людей, как я, есть святая искра… которая дает счастье даже на костре» (8 октября 1901 года).
«Я всей душой стремлюсь к тому, чтобы не было на свете несправедливости, преступления, пьянства, разврата, излишеств, чрезмерной роскоши, публичных домов, в которых люди продают свое тело или душу или и то и другое вместе; чтобы не было угнетения, братоубийственных войн, национальной вражды… Я хотел бы обнять своей любовью все человечество, согреть его и очистить от грязи современной жизни…» (начало ноября 1901 года).
В своей автобиографии Феликс Эдмундович отмечает: «В 1902 году выслали на пять лет в Восточную Сибирь. По дороге в Вилюйск летом того же года бежал на лодке из Верхоленска вместе с эсером Сладкопевцевым. <…> Поселяюсь в Кракове для работы по связи и содействию партии из-за кордона. С того времени меня называют Юзефом».
Во время революции 1905 года «Юзеф» возглавил первомайскую демонстрацию, был членом военно-революционной организации. В июле 1905 года его арестовывают в Варшаве, но в октябре освобождают по амнистии после царского манифеста 17 октября 1905 года.
В 1906 году в Стокгольме на 4-м («Объединительном») съезда РСДРП Дзержинский знакомится с Лениным и Сталиным и входит в ЦК РСДРП в качестве представителя от социал-демократии Польши и Литвы. В августе — октябре он работает в Петербурге.
Именно тогда, в мрачные годы реакции, последовавшей за Первой русской революцией, в народе укореняются прозвища «Николай висельник» и «Столыпинский галстук». В указе Столыпина «Об учреждении военно-полевых судов» от 19 августа 1906 года говорится: «В местностях, объявленных на военном положении… когда учинение лицом гражданского ведомства преступного деяния является настолько очевидным,
