теперь? — поинтересовалась у сестры. — Что дальше? Ты же явно не все мне рассказала!
— Не все, ты права! — согласилась она. — Видишь ли, я собираюсь продолжать строить свою жизнь дальше сама.
— Поздравляю! — сказала я. — А от нас ты что хочешь?
— Понимаешь, в мои дальнейшие планы ребенок не входит, он ведь даже не мой, — сказала она спокойно. — Я, если честно, и не знаю, что с ней делать! Сначала я хотела ее отдать в дом малютки, но, подумав немного, решила сначала посоветоваться с вами. Как — никак у нее есть отец, а я уверена, что Дмитрий не захочет, чтобы его дочь осталась круглой сиротой при живых родителях.
Все это Марина говорила спокойно и уверенно. А вот у меня от каждого ее слова внутри начинала клокотать ярость. Мне так сильно хотелось встать и дать пару пощечин прекрасной мордахе сестрицы, а потом еще отыскать ее мать и ей тоже отвесить несколько звонких пощечин, что мне пришлось с силой сжать подлокотники кресла, чтобы не сорваться.
Это ж надо было до такого додуматься! Сначала невесть как сделали ребенка, а когда он стал им не нужен, решили выкинуть как надоедливого котенка!
Возмущение во мне так и клокотало, за время ее рассказа внутри меня столько всего накопилось, что я с удовольствием бы выговорила сейчас все это Маринке. Но, глядя на эту хладнокровную девушку, у которой на лице не проскользнула ни одна эмоция, когда она говорила про то, что собиралась отдать ребенка в приют, я поняла: что бы я сейчас ей ни сказала, это будет бессмысленно. Какие слова я бы при этом не использовала, ей будет просто все равно. Так стоит ли вообще ей что — то говорить?
— Так чего ты конкретно хочешь? — как можно спокойней спросила я.
Она не ответила, лишь поднялась с кресла, в котором до этого сидела и направилась в дальний угол кабинета. Та часть кабинета была создана специально для отдыха из — за того, что там царил полумрак. В углу располагался диван и небольшой кофейный столик, а благодаря большим кустам комнатных растений, мебель почти была не заметна. Там можно было спокойно насладиться чашечкой ароматного кофе и мнимым уединением.
Спустя минуту Марина показалась оттуда с… переноской в руках, в которой спала малышка! Марина подошла к столу и поставила на него переноску. Сестра не стала присаживаться назад в кресло, а, стоя рядом с переноской, повернулась ко мне.
— Свидетельство о рождении и мед. карта здесь, — и она достала из сумочки небольшой конверт. — Как и документы на отказ от ребенка, все составлено по закону, через нотариуса. Можете не беспокоиться, назад требовать ее не буду! — усмехнулась она.
Положив конверт рядом с переноской, она развернулась, намереваясь покинуть кабинет.
— То есть ты сейчас ее вот так бросишь, и все? Тебе не жаль ее? — еле справившись с шоком спросила у сестры.
— Нет, — спокойно ответила Марина, даже не поворачиваясь. Она дошла до дверей, и только там она как будто о чем — то вспомнила и повернулась ко мне лицом. — И да, привет Дмитрию передавай от меня!
И все.
Она ушла, просто оставив ребенка у меня на столе.
Ребенка, который был ни в чем не виноват — ни в том, что появился на свет (пусть даже в следствие отвратительной аферы), ни в том, что грандиозные планы одной сумасшедшей женщины не воплотились в жизнь. Ребенок, который еще не успел ничего сотворить, который был беззащитен и не мог за себя постоять. Его просто взяли и бросили, как надоедливого котенка, как игрушку, которая больше не нужна, которой уже наигрались…
Эпилог
Пять лет спустя…
— Ваня, Аня?! — остановила я детей, которые во всю свою прыть неслись к кромке воды. — Почему вы одни? Где Лиза? Сколько раз я вам говорила, не бросайте ее одну?! — стала я отчитывать их, пыталась выискать взглядом младшенькую.
— Ну мам! — запричитали они в один голос, им так не терпелось вновь окунуться в море, а я их тут задерживаю!
— Мы ее не бросали, она с бабушкой! — ответил Ваня, взяв на себя ответственность, как старший. — Можно мы пойдем? — и столько мольбы во взгляде…
Закатив глаза, я разрешила им продолжить свой путь и спустя минуту со стороны моря послышался радостный визг. Уже неделю мы отдыхаем на острове, и все это время дети практически не вылезают из воды. Их радости не было предела, когда они узнали, что нас ждут внеплановые каникулы.
Каждый год, в одно и то же время, мы выбираемся из душного города и летим на остров отдыхать. Но этот год стал для нас тяжелым и эмоционально выматывающим, поэтому мы приняли решение, что несколько недель незапланированного отдыха пойдут на пользу всем.
В этом году Дима окончил школу и у нас встал вопрос о том, где он будет обучаться в дальнейшем. Дмитрий настаивал на учебе за границей, я же утверждала, что в России тоже есть хорошие места для обучения. Мне не хотелось его отпускать так далеко! Понимаю, глупо, он уже большой мальчик, но для меня он все еще ребенок! Но сколько бы мы с мужем ни спорили, доказывая свою точку зрения, сын все равно сам выбрал, где будет обучаться. И когда он сообщил, что будет учиться за границей, я молча приняла его выбор, хотя внутри все сжималось от переживаний за сына. Другая страна, другие люди, а он там один! Но я ему обещала, что стойко приму любой его выбор, и пусть сердце сжималось от страха, боли и переживаний, я старалась сдержать свое обещание.
Перед тем как у Димы начнется учебный год, мы решили провести время вместе, в кругу семьи. Поэтому, не сговариваясь, мы упаковали чемоданы и спустя несколько часов одного долгого перелета, уже нежились на песочке под палящим солнцем и купаясь в море.
— Мама! — прокричало маленькое светловолосое чудо, подбегая и обнимая меня.
— Мое ты солнышко! — улыбнулась я. — Где бабушку потеряла? — поинтересовалась у нее.
— Там! — проговорила Лиза и указала пальчиком в сторону дома.
Я посмотрела
